Актуальность и цели. Вопросы конструирования и поддержания в рабочем состоянии федеративного государства со временем не теряют своей актуальности, а в условиях международной турбулентности становятся только значимее. Это особенно верно, когда речь идет о постимперском, мультиэтничном федерализме, уровень управляемости которого должен быть значительно выше, чем у обычного буржуазного федерализма. Автор ставит перед собой цель показать особенности федеративного строительства на дальних рубежах в условиях пересечения конкурирующих национальных амбиций, которые молодая советская власть пыталась усмирить с помощью проведения оптимального национально-территориального размежевания.
Материалы и методы. Работа подготовлена на основе монографий и статей о развитии Средней Азии со второй половины XIX в. до середины 1920-х гг. включительно. Использован статический материал и сравнительно-государствоведческий метод.
Результаты. Регион Средней Азии оказался наиболее поздним в плане его включения в состав Российской империи. Территориально-административной его основой стал Туркестанский край и два протектората - Бухарский эмират и Хивинское ханство. Местная российская администрация не форсировала переселение крестьян из Центральной России - оно происходило естественным путем из-за голода и малоземелья на обжитых территориях империи. Падение самодержавия и Временного правительства способствовало националистическому брожению, которое частично удалось нейтрализовать с ликвидацией Кокандской автономии в феврале 1918 г., но ключевую победу советская власть одерживает только с ликвидацией блокады в январе 1919 г. В то же время серьезным дестабилизирующим фактором являлось басмачество. В 1920 г. удается добиться свержения мусульманских авторитарных монархий в Хиве и Бухаре их преобразованием в народные, а затем социалистические республики в составе РСФСР. Образование в 1922 г. побуждает перейти к оптимизации национально-территориальной структуры в 1924-1925 гг. по линиям, намеченным В. И. Лениным еще в июле 1920 г. При этом приходилось справляться с преодолением местных национал-коммунистов. Одним из наиболее активных среди них являлся Т. Рыскулов, мечтавший о создании в Туркестане чисто тюркской компартии и армии.
Выводы. Национально-территориальное размежевание, проводившееся в 1924-1925 гг., предусматривало прежде всего упразднение Туркестанской АССР, Бухары и Хивы как псевдогосударственных образований и организацию двух новых союзных республик - Туркменской ССР и Узбекской ССР - с целью преодоления опасности пантюркизма и пансилализма. Статус других республик до уровня союзных (Таджикской АССР, Кара-Киргизской АО) большевики поднимать не спешили, что было совершенно справедливо с учетом существовавшей социально-экономической и культурной отсталости, националистическими предрассудками.
Актуальность и цели. Исследование посвящено укреплению украинского национализма в первые годы СССР в связи с проводимой государственной политикой украинизации и коренизации, что позволяет осознать истоки современного варианта концепции украинофильской исключительности. Автор ставит задачу проанализировать объективную картину смешивания этносов на Украине и субъективные усилия украинской этнократии по переходу к этническому доминированию. Раскрываются мотивы федерального центра по санкционированию осуществления политики украинизации и коренизации.
Материалы и методы. Используется целая серия публикаций об этнолингвистической ситуации на Украине во второй половине XIX в. - 1920-е гг., статистические и партийные источники (стенографические отчеты XII съезда РКП(б) и IV совещания в ЦК РКП(б)). Автор применяет методы анализа и синтеза, сравнения, публикует важный табличный материал.
Результаты. Отсутствие Украины как единого территориально-административного массива подстегнуло украинофильскую интеллигенцию в условиях революционной дестабилизации 1917 г. к идеологической и территориальной экспансии в лице киевской Центральной Рады. Однако в ходе Гражданской войны сторонники мелкобуржуазной националистической идеи не получили приоритетной поддержки - Украина все-таки стала советской. Тем не менее опасавшиеся украинофильства большевики пошли на неоправданные уступки последнему. Они выразились в насильственной интеграции Новороссии в Украину, а позднее - в политике украинизации языков. Но очень скоро формальное равноправие языков трансформировалось в предоставление кадровых и материальных преференций носителям идеи украинства. Ее отстаивали в партийных и чиновничьих верхах Х. Г. Раковский, Н. А. Скрыпник, Г. Ф. Гринько, А. Я. Шумский, В. П. Затонский, В. Я. Чубарь. Первоначально курс на украинизацию фактически саботировался в низах, но с приездом жесткого сталинского назначенца Л. М. Кагановича происходит перелом. Вместе с тем националистические безобразия, в которых были замечены отдельные представители творческой интеллигенции типа М. Хвылевого, побуждают центральную власть насторожиться и кампания постепенно начинает свертываться.
Выводы. Политику украинизации следует рассматривать как часть курса на коренизацию, предусматривавшую всемирную помощь в социально-культурном развитии коренных этносов. В условиях Украины увлечение этой политикой наряду с позитивной культурологической составляющей таило в себе особенно много опасностей по причине размеров и стратегической важности республики, ее этнической неоднородности (прежде всего наличие русскоязычной Новороссии), агрессивности украинского шовинизма, мечтавшего подчинить себе русскоязычные города. Наконец, ситуацию усложняло затянувшееся заигрывание с националистами со стороны центра, от которого во многом отказались только в начале 1930-х гг.