Актуальность и цели. Актуальность предложенной к обсуждению темы обусловлена необходимостью научного осмысления цикличности постсекулярного общества и возрождения религиозного сознания в современном мире. Цель исследования заключается в изучении исторического опыта разработки стратегии государственно-конфессионального взаимодействия для обеспечения устойчивого развития и мобилизации ресурсов духовной сферы (на материалах Советской России / СССР в 1920-х - начале 1930-х гг.). Материалы и методы. Основу доказательной базы исследования составили документы, раскрывающие специфику государственной политики в отношении ислама и мусульманской уммы в 1920-х гг. и представленные в фондах Российского государственного архива новейшей истории и Государственного архива Российской Федерации. Выбор методологического инструментария связан с теорией социального конструкционизма П. Бергмана и Т. Лукмана, рассматривающей процесс формирования и институционализации социальных феноменов посредством социальных же интеракций, а также новой культурной истории, акцентирующей проблемы формирования идентичности и социальных представлений. Результаты. Проанализированы результаты разработки истории мусульманской уммы в советский период в отечественной историографии, выявлены основные циклы эволюции государственно-конфессиональной политики в Советской России / СССР. Важнейшим аспектом проблемы стала реконструкция движения религиозной самоорганизации мусульманских общин в условиях крушения империи и становления сепарационной парадигмы религиозной политики. Выводы. На рубеже XIX-ХХ вв. мусульманская умма России, будучи вовлеченной в процессы либерализации и формирования гражданского общества, вступает в период активных поисков новых форм самоорганизации и самоопределения. Факторами модернизации выступили становление парламентаризма и крушение империи, а ресурсами - развитие просвещения, печати и формирование политических объединений. Захват власти большевиками радикально изменил характер сепарационной модели. Коммунистическое богоборчество («воинствующий атеизм») рассматривалось инструментом мобилизационной парадигмы, что обеспечило утверждение авторитарно-репрессивного характера отношений власти и церкви в СССР. Вместе с тем активное и пассивное массовое сопротивление мусульман (сохранение и деятельность незарегистрированных общин, религиозных школ, петиционное движение в защиту вероучения, проведение съездов мусульманского духовенства, соблюдение обрядов, сохранение традиций организации религиозной жизни) вынуждало власти идти на временные уступки и исподволь ограничивало административный нажим. Выбор стратегии государственно-конфессиональной политики, кризисно-циклический каркас которой сложился в 1920-1930-е гг., доказал свою историческую несостоятельность к концу ХХ в.
Актуальность и цели. Актуальное значение избранной темы определяется необходимостью всестороннего изучения различных вопросов и форм взаимоотношений власти и общества российской провинции в моменты коренных исторических изменений, одним из которых был период осуществления новой экономической политики, когда происходило изменение всех подсистем общества, трансформировались мировоззренческие установки населения. Аналогичные процессы происходили совсем недавно: смена представлений о месте и роли различных социальных групп в российском обществе как основание заново формирующихся настроений. Цель исследования заключается в комплексном рассмотрении проблемы взаимоотношений власти и общества в годы новой экономической политики на материалах Пензенской губернии для поиска эффективного опыта устойчивого развития регионов. Отдельное внимание уделено вопросам взаимодействия власти и населения в решении проблемы беспризорности и безнадзорности, поскольку отношение к несовершеннолетним определяет будущее развитие любого общества. Материалы и методы. Использованы различные материалы: архивные, результаты исследований взаимоотношений власти и населения в отечественной историографии, правовые источники (законодательные и другие официальные акты). Методологические подходы, основанные на принципах научной системности, объективности и историзма, определили предмет исследования. Результаты. Всестороннее исследование явлений и фактов реальной действительности базировалось на объективном и беспристрастном истолковании и оценивании. Проанализирован характер взаимодействия власти и общества в исследуемый период. Рассмотрена проблема отношений с властью в Пензенской губернии в кризисных социально-экономических и политических условиях. Отражены особенности восприятия населением губернии проводимых властью мероприятий, выявлены противоречия во взаимоотношениях пензенской общественности с властью, а также отражены особенности существования общества в данных исторических условиях. Исследовано влияние государственной политики на отношения внутри общества и преодоление одной из важнейших проблем - беспризорности и безнадзорности детей. Выводы. На всем протяжении новой экономической политики взаимоотношения общества и власти носили противоречивый характер. Проблемы в реализации новой эконмической политики непосредственно отражались на отношениях местных партийно-государственных органов и пензенской общественности. Создание низовых структур советской власти фактически было навязано крестьянству как враждебное общине образование. Волостные и сельские советы действовали в сфере административного управления, учета и контроля, другие вопросы были отнесены к полномочиям схода, что укрепляло контркультурный по отношению к общине характер советской власти. Во второй половине 1920-х гг. новая власть поглотила общину, реальной полнотой власти обладали местные структуры большевистской партии. На протяжении всех 1920-х гг. фиксировался рост социальной напряженности. Остро стояла проблема беспризорности и безнадзорности несовершеннолетних. На начальном этапе новой экономической политики слаженных институтов и действий, направленных на преодоление исследуемых социальных явлений, не было. Перед обществом и государством стояли другие проблемы: все усилия в это время были направлены на восстановление экономики страны (ликвидировались последствия голода и недорода, шла борьба за жизнь детей). Только к середине 1920-х гг. были определены основы для будущей борьбы с беспризорностью: действовали все основные организации, ведущие борьбу с беспризорностью, законодательно были закреплены меры, позволявшие решать данную проблему более эффективно и с меньшими затратами