На основе функционально-семантического и коммуникативно-прагматического подходов осуществлен комплексный анализ стихотворения Иосифа Бродского «Я всегда твердил, что судьба — игра…». В процессе анализа основной акцент сделан на авторской модальности как способе транслирования индивидуально-авторской картины мира, на средствах выражения модальных значений. При этом авторская модальность рассматривается как текстообразующая семантическая категория, эксплицированная на различных текстовых уровнях: лексическом, синтаксическом, фонетическом, композиционном. Выявлена роль в структурировании авторской модальности исследуемого текста следующих ресурсов языка: синтаксический параллелизм, стиховой метр и ритм, тропы различной структуры, стилистическая разнородность лексики, фонетическая инструментовка и композиционная организация речи. Установлено, что совокупность средств выражения авторской модальности в тексте стихотворения является способом репрезентации значимых для поэта философских категорий, таких как время, пространство, одиночество, судьба
Проведен комплексный анализ стихотворения И. Бродского «По дороге на Скирос», направленный на выявление способов выражения ценностных ориентиров автора в процессе трансформации мифологического сюжета (мифа о Тезее). Соответствующий анализ осуществлен на трех текстовых уровнях: языковом, структурном (композиционном) и идеологическом, позволяющих в своей совокупности определить основные особенности реализации авторской модальности в рассматриваемом стихотворении. Установлено, что содержательный (идеологический) план текста, репрезентированный системой характерных мотивов, формирует значения авторской модальности. Акцентированную роль в тексте играют экспликаторы ситуативной модальности: долженствования, желательности и возможности
Предпринята попытка осмыслить образы красной лошади и белого пуделя, возникающие в стихотворении Виктора Сосноры «Латвийская баллада». Упомянутые в финальных стихах всех нечетных строф, они выступают в качестве лейтмотива стихотворения, а их появление в художественном мире «Латвийской баллады» становится главным событием текста, в заглавии которого содержатся указания на жанр и на национальную и/или локальную закрепленность действия, чем во многом обусловлены смыслы, порождаемые двумя этими образами. Особое внимание уделяется пространственно-временной организации текста, констатации со стороны субъекта чудесности появления красной лошади и белого пуделя в контексте изображаемой сельской идиллии, на основе чего дается характеристика и точки зрения субъекта, и некоторых аспектов лирического сюжета, формирующегося во многом именно благодаря красной лошади и белому пуделю. Сделан вывод о статусе лирического субъекта как художника, творца, что позволяет и всю «Латвийскую балладу» оценивать как поэтический текст, посвященный искусству и миссии художника, способного видеть скрытые грани мира и передавать эмоцию от увиденного другому
На материале поздних стихотворений Г. Шпаликова, одного из ярких представителей поэзии эпохи хрущевской оттепели, выделяется и рассматривается сфера ключевых образов и мотивов художественного мира поэта, который кодирован ситуацией онтологически-трагической экзистенции лирического субъекта в замкнутом хронотопе общества. Выявлены центральные мотивы творчества Шпаликова этого периода: мотивы одиночества, неприкаянности, заброшенности, беззащитности, прощания, безысходности, самоубийства. Семантику художественного мира поздних (и не только) стихов маркирует тернарная модель «природа — человек — цивилизация / общество». Движением «сюжета» большинства поздних стихотворений определяется внутреннее катастрофическое изменение психического состояния лирического субъекта, стремящегося к добровольному уходу из жизни, что закреплено в экспрессивной, эмоционально-оценочной и сниженной лексике, тесноте стихотворного ряда и напряженном синтаксисе