Проблема развития качества мышления в современных образовательных практиках влечет за собой как теоретические построения о том, какой должна быть сегодня отечественная высшая школа, так и апробацию разнообразных курсов обучения, в числе которых «Логика и критическое мышление». Материалы исследования включают анализ дискуссионных публикаций по вопросам преподавания гуманитарных дисциплин. В частности, акцентируется внимание на необходимости преподавания философских курсов, направленных на развитие мышления, и обсуждении актуальных вопросов образования с опорой на традиционный инструментарий социально-гуманитарных наук. Теоретические концепции, касающиеся перспектив отечественного образования, становятся важным ресурсом для решения социально-философских задач. Методологическим базисом в исследовании фактического контекста образовательного проекта по логике и критическому мышлению становится теория социальных эстафет М. А. Розова. Человеческая деятельность формируется под влиянием социальных программ, способствующих овладению языком и позволяющих индивиду осваивать навыки понимания и объяснения текстов. Социальные взаимодействия играют ключевую роль в развитии критического мышления, рассматриваемого в фокусе тематики языка, ценностей, социально-этических навыков. Изучаются лингвистические аспекты курса «Логика и критическое мышление», планируемый результат обучения в котором направлен на обретение участниками способностей рационального и эффективного мышления. Неразрывность языка и мышления подвергается обсуждению сквозь призму логики как науки о мышлении и науки о языке. Показывается проблематичность достижения действенных критических навыков учащимися в отрыве от прочных логических знаний. Обсуждаются тонкости мыслительных операций, содержательная сторона конкретных ситуаций, характеризуются параметры нормативности, позволяющие учащимся осознать неотрывность культуры разумного мышления от языка как выразителя содержания и формы мысли. Во взаимосвязи с эстафетным содержанием деятельности разбирается проблема понимания. Конкретизируются ситуации, обнаруживающие недостаточное или полное непонимание языковых выражений, приводящее к спорам и конфликтам. Анализируются механизмы, находящиеся в основании объяснительных схем и теорий понимания, заостряются вопросы установления смысловых значений, контекстуальности, интерпретации высказываний. Вскрываются лингвистические навыки, систематически демонстрируемые участниками проекта. Особое внимание уделяется социальным и этическим результатам программы обучения. Как учебная дисциплина логика в контексте критического мышления служит эффективным инструментом для формирования гибкого, доказательного и концептуально строгого мышления. В своем содержании программа курса нацелена на экспликацию высказываний социального, этического характера. Убеждения и ценности, которые играют ключевую роль в выражении субъективных точек зрения, вскрываются в процессе диспутов и полемики. Высказывания неминуемо аксиологически нагружены, и обнаружение ошибок в аргументации требует установления ценностных оснований ее участников. Выясняется сложность организации платформы убеждений субъектов, фигурирующих в аргументационном процессе. Учащиеся решают задачи по распознаванию конфликтов, тем самым развивая свои социальные навыки и умения уважать точки зрения, отличные от собственных. Существенно значимыми представляются моральные ценности в контексте критического мышления. Практика реализации курса показывает, что участники программы становятся более ответственными за свои суждения, проявляют терпимость к несогласию и дорожат разнообразием мнений. Учащиеся не только анализируют информацию, но и осуществляют этическую экспертизу высказываний и действий. Интеграция критического мышления с этическими нормами в образовательном процессе приводит к качественным изменениям в способах мышления, позволяя участникам более осознанно взаимодействовать друг с другом. Выводы статьи подчеркивают, что многообразие мыслительных навыков достигается через систематическую и целенаправленную работу в рамках концептуально оформленной программы. Результаты исследования демонстрируют рост логической культуры слушателей. Лингвистическая компонента курса непосредственно связана с эффективностью коммуникации. Показаны изменения ценностного, социального, этического характера в мыслительной практике учащихся. Делается вывод о том, что невозможно рассуждать продуктивно о развитии критического мышления в отрыве от социокультурной составляющей проекта.
Статья посвящена углублённому онтологическому анализу ценностей будущего в условиях ускоряющегося усложнения техно-био-социальных процессов, характеризующих современную цивилизационную динамику. Авторы исходят из положения о том, что классические аксиологические модели, ориентированные на устойчивые и универсальные нормативные основания, оказываются недостаточными для описания трансформаций ценностного порядка в ситуации неопределённости, множественности и распределённой агентности. В этой связи обосновывается необходимость переосмысления ценностей через призму метафизики становления, реляционной онтологии и постгуманистической философии, позволяющих выйти за рамки антропоцентрических и субстанциалистских интерпретаций. Показывается, что ценности будущего не могут рассматриваться как фиксированные нормативные структуры или иерархически заданные идеалы, а предстают в виде динамических онтологических модусов, формирующихся в результате перераспределения субъективности, агентности и планетарных форм бытия. Особое внимание уделяется роли технологических, медиальных и материально-семиотических процессов в производстве и трансляции ценностных новообразований. Подчёркивается, что ценности будущего возникают в гибридных пространствах взаимодействия человека, технологий, природы и социальных институтов, что требует расширения понятийного аппарата современной аксиологии. В статье формулируется комплексная модель онтологического становления ценностей, опирающаяся на принципы процессуальности, множественности и распределённой материально-семиотической продуктивности. Данная модель позволяет концептуализировать ценности как открытые, контекстуально обусловленные и со-становящиеся образования, способные адаптироваться к условиям радикальных социокультурных и технологических изменений. Полученные выводы могут быть использованы в философских исследованиях ценностей, а также в междисциплинарных разработках, связанных с анализом будущего и стратегиями устойчивого развития.
Мы являемся свидетелями бурного развития цифровых технологий, которые переформатируют всю социальную жизнь. Многие современные эксперты пытаются предсказать последствия цифровизации общества, всё большего использования искусственного интеллекта в экономике, науке, социальной сфере, в военной практике и в геополитике. В не меньшей степени нас должны интересовать духовные последствия происходящих изменений. Именно духовное измерение человека во все времена составляло наиболее значимую часть предметной области философии. В статье представлен анализ возможной трансформации духовной жизни человека формирующегося цифрового общества. Социум, будучи сложноорганизованной диссипативной системой, периодически проходит через бифуркационное состояние, претерпевая качественные изменения. Духовная сфера, хотя и взаимосвязана с другими сферами жизни, жёстко не детерминирована последними. При всём многообразии индивидуальных духовно-нравственных интерпретаций смысла человеческого бытия и уникальности человеческой экзистенции, в истории человечества встречаются духовные ценностные комплексы, которые могут быть условно сведены к нескольким основным типам, каждый из которых имеет потенциал стать регулятором поведения человека внутри общества цифровой цивилизации на локальном или глобальном уровне. В этом смысле, будущее человечества однозначно не определено достижениями в сфере цифровых технологий и искусственного интеллекта, так как духовное измерение цифрового общества может быть разным, а это обусловит отношение человека к себе, ближнему кругу окружающих людей, Человечеству в целом и Природе. Обладая невиданной до этого технической мощью, человек может стать причиной гибели всего живого на планете, но также способен создать условия для оптимального развития социума, открывающие новые возможности для духовного роста человека в его коэволюции с Природой. Будущее человечества зависит не только от научно-технического прогресса, но и от того, какая система духовных ценностей станет доминирующей в социуме на ближайшие десятилетия. Нет однозначной траектории изменений духовной сферы в связи с цифровизацией разных сфер жизни общества и внедрением технологии искусственного интеллекта в социальную практику. Используя терминологию синергетики, отметим, что каждый конкретный социум, проходя цифровую трансформацию, попадает в бифуркационное состояние, при прохождении через которое возможен выход на один из возможных аттракторов. Случайность, связанная с субъективным фактором, деятельностью отдельных личностей и групп, может и будет иметь решающее значение для духовного облика человечества будущего, в котором могут быть локально представлены разные по своим духовно-ценностным комплексам социальные системы. В этом исследовании использован сценарный подход для того, чтобы показать возможные варианты трансформации духовно-нравственной жизни человека при переходе к цифровому обществу. Обращаясь к философским сюжетам прошлого, осуществили ретроспективный анализ, исходя из того, что в философском знании присутствует непреодолимый компонент, который может быть экстраполирован на настоящее и будущее социума. Синергетическая методология позволила нам рассмотреть нынешнее состояние общества как бифуркационное и увидеть возможные сценарии будущего как вероятные аттракторы, на которые может выйти социум в результате происходящих сейчас в нём качественных изменений. Под аттрактором в синергетике понимают относительно устойчивое состояние системы, которое как бы «притягивает» к себе всё множество «траекторий» системы, определённых разными начальными условиями.
В статье утверждается, что Родина, национальность и язык даны нам от Создателя через наших земных отцов как аманат (дар), который мы должны передать последующим поколениям. Если мы это поймём на глубинном, сердечном уровне, то такой патриотизм не будет национализмом (фашизмом), не будет деструктивным. В Коране сказано: «Мы, поистине, сотворили вас из мужчины и женщины, и сделали вас народами и племенами, чтобы вы познавали друг друга. Но самый достойный из вас перед Аллахом - более богобоязненный» [1, с. 516]. Это значит, что перед Богом какой-то человек (народ) может заслужить почёт только благодаря своей богобоязненности, а не происхождению. Когда человек верит Богу, просто как морально-устрашающему, морально-наблюдающему Существу, лишь однажды актом Своей великой воли сотворившему весь этот проявленный мир, но далее предоставившему всякую волю только человеческому эго и более не участвующему в земных делах, такое эго начинает позволять себе вседозволенность (данная установка появилась в мировоззренческой картине мира в эпоху Просвещения). Именно в этот период возникает «конструкция представлений о трансцендентальной истине или Боге, оторванного от реальной действительности». Сейчас нам необходимо преодолеть дуалистическое мировоззрение, заимствованное от западного (греко-римского) общества, и связанное с ним состояние дуалистического тупика, которое ставит человека перед выбором между объективизмом трансцендентальной истины (или Бога) и субъективизмом (утилитарный индивидуализм), одержимого жаждой наживы, который приводит к духовной деградации общества. Данная дуалистическая концепция, рассматривающая Бога лишь «однажды пустившего в ход машину мира, далее удалившегося от земных дел и не вмешивающегося в общественную жизнь людей», является корнем мировоззренческо-методологических проблем, к которым мы, как человечество, сейчас подошли. «Они дали решающий толчок секуляризации, то есть формированию концепции человеческой жизни, не нуждающегося в Боге, и в наши дни дошедшей до крайних пределов. Отсюда же берёт начало либерализм. Этим неоднозначным и уклончивым термином в некоторых случаях обозначался и обозначается проект человеческой жизни и сосуществования людей под руководством только разума, как если бы Бог не существовал» [2, с. 77]. Чтобы преодолеть ограниченность дуального и линейного мышления, закрепившегося в эпоху Просвещения (узаконенного западноевропейской философской мыслью античности), нам необходимо заново осмыслить и рационально обосновать тот факт, что Бог (Абсолют), единожды создав мир, постоянно и непрерывно участвует во всех происходящих в нём событиях. Ошибки в методологии познания Абсолютной Истины (Бога) привели человечество к серьёзным последствиям для общества, по своей тяжести не сравнимым ни с какими другими заблуждениями. Это объясняется тем, что методология постижения Истины относится к области первопричин, из которой проистекают все остальные проблемы - как внутренние (ценностные и духовные), так и внешние (социальные и общественные). Методологические, мировоззренческие, ценностные и внутренние рефлексивные проблемы человека представляют собой первопричину и источник внешних, социальных и политических проблем. Социальные трудности являются прямым следствием искажений во внутреннем духовном мире, результатом утраты подлинных жизненных ориентиров и потери связи человека со своим глубинным «Я» (духовным сердцем), через которое происходит подлинная связь с Богом. Следовательно, для осуществления подлинных изменений и трансформаций в любой области - будь то мировоззрение, социальная сфера или духовнонравственное воспитание - необходимо обращаться непосредственно к области причин, а не бороться с их последствиями.
Работа посвящена философскому анализу утопического характера представлений о родине в массовом сознании. Целью статьи является обоснование утопии родины как экзистенциальной проблемы бытия человека. Предметом теоретического анализа является диалектика связи утопического мышления и массового сознания. Природа данных феноменов определяет своеобразие свойств утопии родины. В ходе исследования были получены результаты, которые можно характеризовать как дополнение к уже имеющемуся знанию о массовом сознании. Ответ на вопрос отношения носителя массового сознания к обществу может свидетельствовать о его равнодушии, на первый взгляд, к общественной жизни. Но стоит обозначить триаду: будущее - общество - родина, как «пассивность» исчезает. Родина одного - это не только «личное наличие», оно касается всех потому, что осознавший феномен родины вышел из одиночества, тем самым вобрав в себя всё находящееся за пределами себя. Так возникает у людей в массе своей ощущение отношений, которыми они связаны в общественной жизни, зависимость малого от большого и великого от малого. Не всякая сущность поддаётся своему выражению в слове, есть сущности, о которых человеку нельзя словами обозначить понятие, если он не имел в этой сущности опыта - духовного и материального. Здесь слово говорит не о понятии, а служит лишь обозначением переживания. К таким словам можно отнести понятие родины. Жизнь с родиной - осознание необходимости мысль, чувство, действие согласовывать со всей цельностью своего существа, отнесённого к общему. Есть люди, у которых образ родины совершенно бесспорен. Другие, участвуя в его создании, ставят себе и другим вопросы. Третьи трансформируют видение родины в миф. Четвёртые от него отказываются или разрушают уже имеющийся. И, наконец, есть те, которые остаются в поисках настоящего и будущего образа родины, даже предполагая недостижимость цели поиска особых связей настоящего с прошлым и будущем. Подобная позиция обозначает особую точку зрения в массовом сознании на функциональное понимание утопии родины, которая подчинена не столько сиюминутным, сколько перспективным интересам его носителя. Рассматривая этот подход, можно прийти к выводу о том, что для утопии родины в массовом сознании необходимо выделить внутреннюю основу этого понятия, а также связывать его существование с внешними чертами, которые носят вероятностный характер. Утопическое сознание не тождественно массовому сознанию, оно представлено в нём не только стилем мышления, но и особой разновидностью, которой является утопия родины. Специфика массового сознания формирует содержание утопии родины. Эмоциональное и ценностное наполнение утопии родины снимает вопрос о действительности или возможности, освобождая людей от задач установления истинности/ложности разделяемого идеала. Предложенный в статье методологический подход позволяет раскрыть мотивацию обращения к утопии родины носителя массового сознания как в конкретно-историческом контексте, так и во вневременном. Исследование связи утопии родины и массового сознания осуществляется в аспекте диалектического понимания двойственной природы данных феноменов. Утопия родины может иметь национальную форму выражения, однако является универсальным явлением: она есть константная категория всех времён и народов, выражающая необходимость человека как в проектах будущего, так и в способе адаптации к настоящему. Утопизм есть способ видения мира, а не сам мир, метод анализа событий и процессов, а не сами события и процессы, приём поиска истины, а не сама истина. Утопия родины - работа по поиску или по воспроизводству смыслов жизнедеятельности повседневности. Утопия родины в значительной степени обращается к чувствам человека и тем самым служит эффективным средством привлечения его интереса и направления воли.
В статье приводятся результаты ассоциативного эксперимента, целью которого было определение схожих и различных семантические характеристик наименований алкогольных напитков, отражающих опыт их употребления и эмоционально-личностное отношение к ним среди русских женщин 17-20 лет. Испытуемым (115 человек) в письменном виде были предложены стимулы ВИНО, ВОДКА, ПИВО, ВИСКИ, КОНЬЯК, ТЕКИЛА, ШАМПАНСКОЕ. МАРТИНИ. Полученные ассоциативные поля обрабатывались методом кластерного анализа. Основной вывод исследования состоит в следующем: наименования алкогольных напитков отличаются друг от друга довольно значительно, в их семантике нет семантических характеристик и компонентов, в одинаковой степени характерных для всех изученных слов. Положенная в основу эксперимента гипотеза подтверждается: ассоциативные поля значений слов - наименований алкогольных напитков невозможно свести к «единому семантическому знаменателю», единому типу, поскольку они отражают качественно различные фрагменты опыта и эмоционально-личностной оценки этого опыта. Во всех ассоциативных полях имеются как отрицательные, так и положительные оценки, за исключением стимула ВОДКА. В ассоциативных полях стимулов ВИНО, ПИВО положительные оценки превалируют над отрицательными. Кроме того, ассоциативные поля показывают качественную разницу в значениях исследованных слов. Это значит, что для конкретного человека не существует «алкоголя вообще», существуют конкретные алкогольные напитки, которые этот человек употребляет или не употребляет, и именно этот опыт употребления или неупотребления ассоциируется с названиями напитков. Однако с названиями напитков, которые сам человек не употребляет, могут ассоциироваться распространённые в текстах стереотипы, генерализации, мифы и т. п.
В статье рассматривается понятие «цифровые ценности» через этимологический анализ его составляющих - «цифра» и «ценность». Исследуется происхождение и развитие значений этих терминов в русском и других языках, выявляется их контекст. Авторы анализируют, как семантическое наполнение слова «цифра» эволюционировало от обозначения числового знака к символу цифровой эпохи, а «ценность» - от материального и экономического измерения к философско-аксиологическому пониманию. На основе полученных данных уточняется дефиниция «цифровых ценностей» через противопоставление традиционным ценностям. Авторы делают вывод о том, что цифровые ценности не являются альтернативой традиционным, а их продолжением и необходимой адаптацией к современному миру, поскольку помогают сохранять, распространять и переосмыслить культурное наследие.
Рассматриваются как традиционные подходы к анализу феномена элит, так и те объективные изменения, которые произошли за последнюю четверть века в принципах формирования и функционирования элит. Проанализирована роль элит в процессе социальных преобразований, а также неизбежные в этом случае изменения в массовом сознании в плане идей, целей деятельности, ценностных установок, мотивов деятельности. Особое внимание уделено вопросам динамики современных западных элит, идеологическому кризису, перераспределению ресурсов, роли в современном обществе и т. п. Работа базируется на анализе изменений, которые произошли в структуре мировой экономики и, как следствие, глобальных изменений в структуре ведущих мировых элит, механизмах выбора векторов развития общества и т. п. Отмечается, что в настоящее время все вышеуказанные процессы находятся в активной фазе, а сами элиты пребывают в состоянии перманентной турбулентности.