В статье рассматриваются гипотезы локализации топонима Сциварин, названного Ожье Гисленом де Бусбеком в четвертом «Турецком письме», известном источнике сведений о языке крымских готов. Автор обращает внимание на возможность готского происхождения топонима. Важным критерием для его локализации служит определение «главный город».
Статья посвящена воинским контингентам тюркских наемников в армии Византийской империи середины IX - XI в. Анализируются модели и способы привлечения к службе тюркских наемных отрядов, их роли и функции в византийских вооруженных силах, участие в боевых действиях и внутриимперских политических процессах, отношение к ним в византийском обществе. В рассматриваемый период первые регулярные подразделения наемных тюрок представлены хазарами и фарганами, в середине IX - первой половине X в. составлявшими Третью этерию - отдельный корпус личной гвардии византийских императоров. В X-XI вв. как отдельные гвардейские подразделения, так и полевые войска и гарнизоны комплектовались наемными контингентами северопричерноморских кочевников - узами, печенегами и половцами. С середины XI в. многочисленные группы данных этносов во главе с собственными вождями систематически селились имперской администрацией на византийских территориях под обязательство несения воинской повинности. Проникновение в Анатолию во второй половине XI в. турок закономерно обусловило вербовку Константинополем турецких солдат и военачальников. Сельджукские лидеры активно пользовались византийскими конфликтами, как внешними, так и внутренними, для утверждения собственной власти в малоазийских владениях империи, предоставляя как императорам, так и мятежным претендентам на верховную власть крупные контингенты турецких воинов. Дополнительно для каждой из рассматриваемых в статье групп приводится просопографический список персоналий этнических архонтов, возглавлявших отряды соплеменников на имперской службе.
Житие Иоанна Готского признано источником достоверной информации об истории Юго-Западного Крыма в VIII в. В тексте Жития многие события не датированы. Неизвестно, когда Иоанн родился в Партенитах. После 754 г. Иоанн уехал в Иерусалим на три года. Около 758 г. он вернулся в Готию, жители которой отправили его в Иверию, где в Мцхете Иоанн получил епископское посвящение от иконопочитателя. Почти тридцать лет мы ничего не знаем о нем. Хорошо задокументирован конец жизни Иоанна: в 784 г. он в Константинополе встречался с патриархом Павлом накануне VII Вселенского (II Никейского) собора 787 г. Житие является единственным достоверным источником о восстании иконопочитателей против иконоборцев. Иоанн вступил в союз с киросом Готии против хазарского кагана, напал на Дорос, удерживаемый каганом, был сдан кагану жителями деревни, заключен в тюрьму в Фулах, из которой убегает на другой берег Черного моря в византийскую Амастриду, где он провел 4 года, прежде чем умер 26 июня 792 г. и был немедленно возвращен в Партениты на корабле 29 июня. Эти истории показывают, что Иоанн еще при жизни пользовался большой репутацией в Готии и других местах как человек глубокой святости.
В данной статье на материале 91 византийской надписи из базы PHI7, содержащих лексему «σταυρός», показаны формулы, в которые она входит, а также ее сочетаемость с другими лексемами. Формулы содержат отсылки к страданиям Христа, как напрямую, так и метафорически, подчеркивая значение креста, как символа, подаренного христианам для их защиты в память о принесенных жертвах. Вторая выборка надписей (101 памятник), содержащих изображение креста, расклассифицирована по типам места и использования этого изображения в тексте. Для обеих групп значимыми оказались два периода: VI-VII вв. и XI в., когда возрастает количество надписей. При этом сами надписи, среди которых много эпитафий, как мужских, так и женских, а также строительных и посвятительных, показывают, что наряду с возвеличиванием этого символа, он воспринимался авторами, как что-то неизменное, обыденное, неотделимое от их жизни. В том числе, как знак, которым можно не только обозначить начало и конец текста, начало и конец жизни, но и выделить что-то важное.
В статье публикуются несколько групп граффити, найденных при раскопках Ольвии в 1960-1970-х гг. 7,1-6. Граффити магического характера, нанесенные на чернолаковые сосуды, содержащие рандомные наборы букв или буквоподобных знаков. Хронологический диапазон: конец VI - IV в. до н. э. 8. Торговые граффити. 8,1. ΔΔΔΙΙΙ (чернолаковая чаша, последняя четверть V в. до н. э.). 8,2. ΔΠΙΙΙ (стенка красноглиняной амфоры, V-III вв. до н. э.). 9. Varia. 9,1. Δοκεῖ (чернолаковый килик, VI-V вв. до н. э.). 9,2. [- - -] vacat ψωλὴ[ν? - - -] (чернолаковый гуттус, IV в. до н. э.). 9,3. Очень сильно поврежденное шестистрочное граффито, предположительно, список имен, ни одно из которых нельзя с уверенностью прочитать (стенка сероглиняного сосуда, IV в. до н. э.). 10,1-9. Incerta. Группа граффити, настолько поврежденных, что невозможно сделать выводы о содержании и жанре надписей. Хронологический диапазон: конец VI - IV в. до н. э. 11. Граффити с Ольвийского теменоса. 11,1. [- - -]ΟΖΩΙ (чернолаковый килик, 525-480 гг. до н. э.). 11,2. ΚΙΕ (чернолаковый килик, вторая четверть V в. до н. э.). 11,3. ΛΗ vacat ΗΡ (ручка чернолакового килика, VI-V вв. до н. э.).
В статье рассматривается находка поддельного голландского флорина имперского города Зволле с именем императора Священной Римской империи Маттиаса I (1612-1619) того времени, недавно обнаруженного в предместье Херсонеса. Для изготовления фальсификата использовался популярный с эпохи Средневековья метод отливки копии монеты из недрагоценного металла, с последующим нанесением на её поверхности специального покрытия, имитирующего серебро. Отсутствие следов ртути и присутствие серебра и олова в очень незначительных концентрациях исключает как применение традиционного метода амальгамирования, так и лужения оловом. Видимо, для обмана было использован так называемый «адский камень» (азотнокислое серебро), после нагрева и испарения которого на поверхности подделки осаждалось металлическое серебро. Новый фальсификат дополняет крымскую группу европейских монет-подделок и является еще одним подтверждением того, что в начале Нового времени в денежном обращении Таврики активно участвовали самые разнообразные иностранные монеты.
В статье рассматривается вопрос о дифферентах в виде инициальных букв на херсонесских драхмах II в. до н. э. К уже известным на этих драхмах добавляется новый дифферент в виде буквы К. Предполагается, что в рассматриваемой серии серебряных монет группа дифферентов в виде букв принадлежала чиновникам Антиоха IV Эпифана, которые являлись его кровными и некровными родственниками, и ему самому. Все это указывает на финансирование Сирией Херсонеса Таврического во II в. до н. э.
На картах XVIII-XX вв. прослежено эволюционное развитие поселений Нового времени Караларского побережья в северной части Керченского полуострова. В ходе археологических раскопок могильников XIV в. Бабчик Восточный и у с. Золотое получены сведения, характеризующие верования средневекового населения восточной части Крымского полуострова, в которых ярко выражено преобладание атрибутов христианства над практически не отмечаемым в предметах культового значения влиянием мусульманства. Это наблюдение согласуется со сведениями письменных источников, в том числе упоминанием арабским путешественником Ибн Батутой христиан сельской округи Керчи, простиравшейся до Каффы, летописного свидетельства об эпидемии черной оспы, затронувшей русский город Корчев в период «великой замятни» в Золотой Орде. По данным космических снимков и автомобильно-пеших разведок намечены местонахождения, перспективные для выявления и исследования поселений раннего и развитого Средневековья, отсутствующих на исторических картах или отмеченных на них как руины.
Производство изделий из кости и рога было одним из наиболее развитых ремесел в эпоху Средневековья. На территории археологических памятников Золотой Орды и Крымского ханства находки продукции косторезов встречаются часто. Однако в письменных источниках это ремесло освещено достаточно скудно. В связи с этим, об основных аспектах развития косторезного ремесла и производящихся изделиях остается судить лишь по данным археологических источников. Исследователи редко обращаются к анализу косторезного ремесла специально, хотя в последнее время такие работы появляются все чаще. В основном в работах публикуются отдельные знаковые находки, определяется функциональное назначение изделий из кости и рога, хронологическая атрибуция, вопросы заготовки сырья, реже инструментальный набор ремесленников. Среди находок по функциональному назначению традиционно выделяют: детали предметов вооружения и конского снаряжения, орудия труда, предметы быта, детали туалета, одежды и украшения, предметы культового назначения, предметы для игр и изделия неясного назначения, куда также обычно добавляют заготовки. В настоящей публикации рассмотрено 64 предмета из кости и рога, происходящие из раскопок городища Солхат (XIII-XVIII вв.) в 1991-2021 гг. Большинство предметов происходят из закрытых комплексов второй половины XIII - XIV в. и характеризуют развитие косторезного ремесла золотоордынского Солхата, как весьма развитую отрасль. Наличие среди материалов обработанных раковин крупных морских моллюсков, привезенных из дальних регионов, а также предметов, изготовленных на токарном станке, может свидетельствовать о присутствии профессиональных резчиков по кости и существовании на территории городища не одной косторезной мастерской.
В публикации анализируются так называемые «штампованные» кувшины с фильтрами и венчиками с «подзором», полученные за все годы исследования столицы Крымского юрта Золотой Орды. Благодаря многолетним археологическим исследованиям Золотоордынской (Старокрымской) экспедиции Государственного Эрмитажа удалось собрать множество фрагментов данных тисненных изделий. Штампованные сосуды в период Золотой Орды были достаточно распространены. Их изготавливали как имитацию дорогостоящих металлических изделий. На сегодняшний день тисненные кувшины широко известны и встречаются практически по всей территории Улуса Джучи. Изделия с резным воротником вокруг горла были распространены на Ближнем Востоке с X в., а также до конца XIII в. на территории Закавказья (а именно Грузии и Азербайджана). В литературе неоднократно отмечался значительный масштаб экспорта штампованной керамики солхатского производства, в том числе и сосудов с резными «подзорами», за пределы Крымского полуострова. Данная группа изделий публикуется впервые.
Статья посвящена введению в научный оборот данных, полученных в ходе разведок и раскопок многочисленных однотипных «пойменных» средневековых поселений, занимающих уникальную ландшафтную позицию - на первой пойменной террасе в изгибах балок, впадающих с восточной, левой стороны в озеро Донузлав в Северо-Западном Крыму. Выявлено 6 таких поселений, занимающих все значительные балки, имеющие удобный спуск к озеру, в средней его части. Поселение Донузлав 1 частично исследовано с помощью раскопок, поселение Донузлав 11 - с помощью шурфовок. Предварительно сделано предположение о том, что поселения представляют собой сезонные «зимники» кочевников-скотоводов. Исследования с целью определения хронологии и характера этих поселений будут продолжены в ближайшее время.
Статья посвящена группе средневековых нательных крестов, выполненных из янтаря и происходящих из раскопок Мангупского городища, Сугдеи и культового христианского комплекса в пещере Иограф I. Большинство находок найдено в археологических комплексах, не имеющих ясной функциональной атрибуции, но, вероятнее всего, они являлись инвентарем в погребениях. Кресты, обнаруженные в 1913 г. Р. Х. Лепером во время раскопок Мангупского городища, публикуются впервые. В результате изучения морфологии янтарных крестов, декоративного оформления краев их лучей и средокрестия удалось выделить три типа изделий. Первый из них характеризуется выраженным квадратным средокрестием и короткими шароконечными лучами. Второй тип нательных крестов, с двумя вариантами, выделяется по особенностям оформления прямоконечных и криновидных лучей. Третий тип имеет слабо выраженное средокрестие и криновидное завершение лучей. Подобные янтарные кресты типичны для памятников Древней Руси, где часто датируются XII-XIII вв., но встречаются экземпляры, обнаруженные в более ранних и в более поздних археологических комплексах. Скорее всего, в Крыму они, уже как импортные предметы личного благочестия, получили распространение лишь в XIII-XIV вв.