In this study, we examine the strategies translators have at their disposal to render the meaning of Dutch modal particles in the Russian language. Modal particles are difficult to translate because the meaning of these words is abstract, highly context-dependent and sometimes open to multiple interpretations. Based on parallel Dutch-Russian texts we show which strategies translators use to express the functions of the Dutch modal particle maar ‘but’ in Russian. The modal particle maar is very often omitted in translations, because it has no equivalent in Russian and the image of reality given by the sentence does not become different in a translation when a modal particle is not translated. We find that maar is most often omitted in the function of mitigating the imperative. Translators compensate for the lack of an appropriate modal particle by using verbs with a narrower meaning in Russian which allows them to more accurately describe the drawn context. We also find that in some cases, translators make use of lexical and grammatical transformation such as using prefixes in Russian to soften the imperative, rather than omitting maar completely. In Russian, there are many possibilities to convey modal meaning in lexico-grammatical ways, for example using particles, verbs with a narrower meaning and prefixes that soften the imperative; modal verbs as such can take on the function of expressing modality, and also the verb tense can be used to convey modality
Роман современной шведской писательницы Сары Лёвестам «Сердце джаза» примечателен своей интересной композицией: в нем переплетаются два пласта бытия — прошлое и настоящее. Прошлое представлено воспоминаниями Альвара Свенссона о своем пути становления в качестве джазового музыканта. Пока в мире бушует Вторая мировая война, юный Альвар отправляется в Стокгольм, чтобы играть «музыку черных». На фоне его судьбы автор рисует всеобъемлющую картину шведского уклада жизни и развития еще запретного в ту пору музыкального направления. Любовь к джазу становится своеобразным мостом между прошлым и современностью, которая представлена историей школьницы Стеффи, подвергающейся нападкам со стороны сверстников и находящей утешение в музыке. В тексте произведения содержится большое количество экспрессивных оборотов и тропов, а также национально-культурных реалий, отражающих специфику шведской жизни и менталитета в различные временны ́ е периоды. Как правило, они представляют сложность для переводчика, так как зачастую не имеют точных аналогов в целевом языке. Следовательно, вопрос, касающийся специфики перевода реалий, является актуальным в рамках современной лингвистики. В большей степени в тексте произведения представлены топонимы (названия городов, населенных пунктов, площадей, улиц) и эргонимы (названия клубов, организаций, культурных объектов, творческих союзов). Читателю открывается возможность прогуляться вместе с героями по улицам старой Швеции, узнать их историю, заглянуть в клубы, где в 1940-е гг. играли запретный джаз. При этом упоминаемые в повествовании места по-новому показаны в восприятии девочки-подростка, что позволяет читателю выстроить в сознании образ уже современной Швеции и ее жителей. При переводе реалий использовались различные приемы (транскрибирование, транслитерирование, калькирование, опущение, генерализация и конкретизация) как в сочетании, так и по отдельности для сохранения и передачи национального колорита в целевом языке
Данная рецензия знакомит читателя с книгой «Эдда: Песни о богах и героях» — первой полной публикацией перевода песен Старшей Эдды, выполненного Софьей Александровной Свиридовой. В рецензии дается краткая справка о самой Старшей Эдде, о жизни и работе С. А. Свиридовой, а также прочий контекст, необходимый для понимания места ее перевода в отечественной переводческой традиции. Подробно описывается содержание книги, дается высокая оценка редакторской работе и сопроводительным материалам: статьям и научному комментарию. В рецензии также обсуждаются сам перевод С. А. Свиридовой и ее научный аппарат: его особенности, недостатки, значение для скандинавистики, специалистов и просто заинтересованных читателей. Для оценки перевода Свиридовой и ее переводческой стратегии привлекаются другие переводы памятников скандинавской словесности и переводческая критика. Так, перевод Свиридовой сравнивается с другими переводами Эдды, а также с переводом «Саги о Волсунгах» Б. И. Ярхо. Рассуждения о формальных особенностях перевода иллюстрируются одной из строф «Прорицания вёльвы» на языке оригинала и в переводах С. А. Свиридовой и Е. М. Мелетинского. Делается вывод о литературной и исторической ценности перевода и вспомогательных материалов С. А. Свиридовой. Отмечается некоторое несоответствие материалов С. А. Свиридовой современным научным знаниям и оценкам, которое во многом компенсируется научным комментарием Д. А. Голованенко. Автор рецензии высоко оценивает достоинства книги и делает вывод, что ее публикация — важное событие, наконец позволяющее ознакомиться с работой С. А. Свиридовой во всей ее полноте
Особенности требований к литературному редактору и зачастую отсутствующий институт корректуры в норвежских издательствах становятся причиной появления ошибок и неточностей в литературных текстах, издающихся в Норвегии. Проблема авторских ошибок стоит особняком в ряду переводческих сложностей и заставляет переводчика решать, каким образом поступить с авторской ошибкой или недочетом в переводимом тексте. Сейчас при издании норвежской переводной литературы на русском языке от переводчика не требуется вносить изменения в авторский текст, в том числе и исправлять ошибки, однако такая стратегия не всегда оправдана. При сохранении ошибок в тексте перевода существенно снижается качество самого текста, а авторитет автора и издательства в глазах читателя может упасть. Среди авторских ошибок можно выделить следующие группы: очевидные и неочевидные фактические ошибки; непроверенные и не подтвержденные фактами утверждения; внутренние текстологические расхождения, связанные с сюжетной составляющей произведения. Последние особенно свойственны произведениям художественной литературы. При работе с текстом, содержащим авторские ошибки, переводчик способен отчасти сгладить и устранить их. Хотя единую стратегию работы переводчика с авторскими ошибками определить сложно, разрабатывая подобную стратегию, переводчику следует руководствоваться тем, насколько текст выполняет свои функции и, исходя из этого, выбирать стратегию, подходящую для каждого отдельного случая. Так, большинство ошибок первой группы переводчик способен исправить самостоятельно, ошибки второй группы желательно оставить на усмотрение научного редактора или фактчекера, а ошибки третьей группы целесообразнее урегулировать с автором