Статья посвящена железнодорожному строительству и его влиянию на российский Дальний Восток в конце XIX–начале XX в. Цель работы — попытаться выявить различные трансформации, произошедшие в жизни дальневосточной окраины после строительства и введения в эксплуатацию Транссибирской магистрали и КВЖД. В работе отмечается, что железнодорожная линия от центра страны до ее окраины содействовала интеграции российского Дальнего Востока в общеимперское пространство и давала первым дальневосточным жителям возможность ощутить большую связь с европейской частью страны. Подчеркивается мысль, что железная дорога не только способствовала более интенсивному процессу заселения российского приграничья и территорий Маньчжурии, но и структурировала отдаленные, слаборазвитые в экономическом плане регионы. Со строительством железной дороги российский Дальний Восток фактически впервые стал осознаваться в качестве отдельного, самостоятельного региона империи. Отмечается особая роль Транссиба и КВЖД в активизации межнациональных связей на Дальнем Востоке, что привело к формированию на российской окраине совершенно особой трансграничной социокультурной среды, где переселенцам из европейской части России пришлось жить, работать и постоянно взаимодействовать с выходцами из близлежащих государств Азии
Статья посвящена проекту и реализации европейско-азиатского транзитного сообщения, частью которого в начале ХХ в. стала Китайско-Восточная железная дорога (КВЖД). Акцент сделан на возможностях транзита через Маньчжурию, рассматриваются вопросы организации перевозки пассажиров, установления общих визовых и валютных правил международных участников, деятельности Международного общества спальных вагонов в обеспечении транзитного сообщения. В статье также анализируются туристический потенциал дороги и причины прерывания движения из-за политических событий. Статья основана на неопубликованных источниках из федеральных (РГИА, РГАЭ, РГАСПИ) и регионального (ГАХК) архивов. Используя историко-генетический метод, можно сделать вывод, что дорога сыграла свою роль в укреплении влияния России на Дальнем Востоке, способствовала экономическому развитию Маньчжурии и ее колонизации, стала центром русского присутствия в Китае, но надежды, которые возлагало российское правительство и общество на КВЖД как часть транзитного пути, не оправдались. Международная ситуация, политические осложнения нарушали транзитное движение, так что потенциал КВЖД как части европейско-азиатского сообщения в первой половине ХХ в. не был реализован
В статье в широком историческом контексте рассматривается феномен трансформации результатов русского железнодорожного строительства на российском Дальнем Востоке и в Маньчжурии. Изначально построенные просто как инженерно-технические сооружения, полотно и объекты дороги со временем стали играть не только экономическую, военно-стратегическую и внешнеполитическую роль, но и превратились в комплексный памятник общего прошлого России и Китая. Стали важнейшим элементом общей исторической памяти. В работе рассматривается влияние русского железнодорожного строительства на российском Дальнем Востоке и в Маньчжурии на проекты реформирования военноокружной системы накануне Русско-японской войны 1904–1905 гг. Отмечается, что строительство Китайско-Восточной железной дороги и Южно-Маньчжурской железной дороги стало первым масштабным проектом развития Северной Маньчжурии, принесшим огромные экономические выгоды, в первую очередь Китаю. Констатируется необходимость сохранения общего для двух стран исторического железнодорожного наследия, в том числе и оборонительных сооружений на Китайско-Восточной железной дороге.
Статья посвящена истории российского железнодорожного строительства на Дальнем Востоке в конце XIX–начале XX в. Сопряжение внешне- и внутриполитических причин стимулировало Российскую империю к беспрецедентному по своим масштабам и интенсивности освоению данного региона. Одной из ключевых проблем, по сравнению с уже имевшимся опытом и апробированными региональными практиками управления, для государства в данном случае стали расстояния. Строительство самой протяженной в мире Транссибирской магистрали и ее ответвления на территории Северной Маньчжурии — Китайско-Восточной железной дороги — привели к более активному социальному, экономическому и культурному освоению примыкающих к ним территорий. Создание новой железнодорожной инфраструктуры, включение в этот процесс разномасштабных и разноуровневых политических, экономических, административных и общественных акторов превратили регион из безлюдного и далекого края в динамично развивающуюся трансграничную зону с новыми для империи системами взаимоотношений. Специфику данному процессу придавал и пограничный характер территорий, через которые прокладывались новые транспортные пути. С одной стороны, происходила фиксация межгосударственных границ, а с другой — их преодоление не только на государственном уровне (постройка Россией на территории Маньчжурии КВЖД), но и локальном, когда вдоль железнодорожных линий формировалась система населенных пунктов со смешанным населением, новыми для империи экономическими и административными практиками
Статья представляет собой обзор китайской историографии по проблематике Китайско-Восточной железной дороги (КВЖД) в контексте национальной истории и изучения китайско-российских отношений. Цель исследования — определение этапов и итогов изучения китайскими специалистами истории КВЖД и российского присутствия на Северо-Востоке Китая (Маньчжурии). Анализируется тематика исследований, базовые теоретико-методологические подходы, ключевые концепции и основные научные результаты. Источниковую базу исследования составили научные публикации китайских исследователей, внесшие вклад в развитие направления, связанного с историей КВЖД, что позволяет обобщить накопленный историографический опыт. Итогом исследования стал вывод, согласно которому в китайской исторической науке сложилось самостоятельное историографическое направление, связанное с изучением истории КВЖД. Для большинства работ китайских исследователей характерен анализ роли КВЖД в контексте оценки характера китайско-российских и китайско-советских отношений. Для национальной историографии характерно доминирование колонизационной и экспансионистской парадигмы в плане оценки России как одной из империалистических держав, участвовавших в разделе сфер влияния в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Сотрудничество историков России и Китая в 1990-е–первое десятилетие 2000-х гг. способствовало расширению проблематики и источниковой базы, переводу на китайский язык и публикации русскоязычных источников, осмыслению и освоению накопленного историографического опыта
В статье рассматривается один из важнейших аспектов истории русской эмиграции в Китае, получивший противоречивое освещение в отечественной историографии — антисоветская деятельность белоэмигрантов в Маньчжурии. Беженцы Октябрьской революции, осевшие главным образом в полосе отчуждения КВЖД, давали дальневосточным чекистам повод для беспокойства как источник опасности для советской власти. На основе анализа архивных документов и обобщения результатов научных исследований автор приходит к выводу, что в современных исторических трудах, опирающихся на отчеты советских органов безопасности, имеет место переоценка масштабов участия белоэмигрантов в антисоветской борьбе, также как и результатов этой борьбы. Опираясь на системный подход к историческому исследованию, автор рассуждает о внешних и внутренних факторах, обусловивших политические настроения эмигрантов, формы проявления инерции гражданской войны. Кто был способен превратить эмигрантскую массу в организованную силу, представляющую реальную опасность для дальневосточных рубежей СССР? Каковы формы участия эмигрантов в антисоветской деятельности? Автор полагает, что ответы на эти вопросы помогут приблизиться к решению поставленной исследовательской задачи