Исследуются проблемы генезиса геополитических учений, связанные с приписыванием пространству институциональных атрибутов. В этой связи проанализированы онтологические основания геополитики и возможности ее эффективного использования. В работе показано, что кажущаяся инструментальность геополитического способа исследования основывается на принимаемых на веру мифологемах, то есть лежит за пределами научного знания. В качестве основных мифологем используются панидеи, талассократия и теллурократия, концепции Хартленда и Римленда и др. Применение в практической политике геополитической аргументации служит лишь прикрытием для конкретных внешнеполитических действий. Именно поэтому исследование геополитики представляет для науки специальный интерес. Рассматривается также категория комплементарного пространства, подчас дополняющая концепцию мнимого пространства и являющаяся в дальнейшем составной частью геополитических теорий. На примерах геополитических конструктов, возникших в странах Ближнего и Среднего Востока, Индо-Тихоокеанского региона и Южной Атлантики, выявляется как их связь с классической геополитикой, так и специфика собственных концептов. Под этим ракурсом изучены синоцентричная концепция мирового «сообщества единой судьбы», геополитический аспект индийской концепции хиндутва, основанные на панидеях иранские и турецкие конструкты, южноафриканская концепция «острова Африки», японские геополитические проекты «Великой азиатской сферы сопроцветания» и «Бриллиант безопасности», а также осевые конструкты бразильских и индонезийских геополитиков. Методической основой исследования является критический анализ, смысл которого заключается в соотнесении методологической базы геополитики с конкретными концепциями и доктринами. Автор приходит к выводу, что распространение геополитических идей, сформированных в западных странах, за пределы Старого Света лишь расширило и разнообразило сферу применения этих идей, не привнося в них что-то новое. В целом геополитические конструкты, основанные на мнимых пространствах, несмотря на определенную востребованность в мире науки и в политике, не дают приемлемого эффекта в обеих областях.
С начала 2000-х гг. Китай прилагает последовательные и настойчивые усилия по проникновению в Арктический регион и закреплению в нем в качестве полноценного участника международных политических и экономических процессов, претендуя на статус полноправного актора системы управления Арктикой. Актуальность темы исследования определяется стратегическим значением Арктики для интересов Российской Федерации и обусловленной этим потребностью выстраивать выверенный внешнеполитический курс на основе объективной оценки политики ключевых «игроков» в данном регионе, одним из которых становится Китай, наращивающий свое присутствие в Заполярье. Несмотря на значительное число работ российских и зарубежных исследователей по различным аспектам арктической политики Пекина, недостаточно изученным остается вопрос долгосрочных задач Китая в Арктике в контексте реализуемой им стратегии трансформации системы мирового управления. Автор ставит целью определение ключевых движущих факторов арктической политики Китайской Народной Республики (КНР) и оценку потенциальных угроз интересам России при реализации Китаем своих подходов к значимым вопросам будущего развития региона. Исследование осуществлено с опорой на теорию наступательного реализма, которая позволяет обосновывать высокую степень конкуренции мировых держав в геополитическом пространстве Арктики и объяснить значительный наступательный потенциал внешней политики Китая, в том числе на северном направлении. Использованы институциональный, логический методы и метод экспертной оценки. В основу положен системный подход к рассмотрению арктической политики КНР в совокупности ее различных элементов и меняющейся международной среды, а в более широком контексте - глобальной внешнеполитической стратегии Пекина. На основе анализа политики Китая на арктическом направлении за минувшее десятилетие выявляются риски, связанные с интенсивным привлечением китайского капитала в инфраструктурные проекты в высоких широтах и встраиванием российского северного логистического маршрута во всеобъемлющую китайскую инициативу «Пояс и путь», которая направлена на трансформацию мировой экономической системы и структуры международных отношений в интересах КНР.
Резкое обострение отношений между Россией и странами Запада, начавшееся в феврале 2022 г., стало серьезным вызовом арктическому сотрудничеству, которое на протяжении нескольких последних десятилетий становилось все более интенсивным, плодотворным и в немалой степени взаимовыгодным для его участников. Китай, успевший продемонстрировать всему миру наличие у него амбиций в Арктическом регионе, находится перед лицом непростых вызовов. Ряд исследовательских вопросов, связанных с арктической стратегией Пекина, в этой связи требует уточнения. Не навредит ли укрепление сотрудничества с Россией выстраиванию взаимодействия с остальными арктическими государствами? В какой мере кризис безопасности и постепенная трансформация сложившейся системы международного сотрудничества в Арктике повлияет на планы Китая по интеграции региона в глобальные стратегические проекты Пекина? Какое место может быть отведено Китаю в будущей системе управления Арктикой?
Цель исследования - выявление изменений, происходящих в настоящее время в китайской арктической политике. Методологическую основу исследования составляет теория комплексов региональной безопасности Б. Бузана и О. Вейвера. Установлено, что политика выстраивания арктической идентичности, одной из ключевых составляющих которой выступает секьюритизация климатического дискурса, встречает все большее сопротивление со стороны западных стран. В условиях современного кризиса Пекин также вынужден поддерживать баланс двусторонних отношений с Россией и государствами Северной Европы. Эрозия сложившейся системы международного арктического сотрудничества для Китая представляется крайне нежелательной, поскольку эта система вопреки нормативно-правовым режимам полного господства арктических стран (секторальный подход) позволяла Пекину на законных основаниях принимать ограниченное участие в управлении регионом. Вместе с тем на доктринальном уровне отмечается смещение фокуса арктической политики Китая на более глобальное видение развития региона. Внешнеполитические трансформации вызваны рядом сторонних факторов, среди которых можно выделить последствия пандемии коронавируса и усиливающееся китайско-американское стратегическое противостояние.
Китай - крупнейший государственный субъект международных отношений, который представляет серьезную угрозу продолжающейся однополярной гегемонии США. В этой связи против Китая ведется кампания обструктивной внешней политики посредством позиционирования Китая как зловещей угрозы и ненадежного субъекта, выступающего против «порядка, основанного на правилах». В надежде ограничить и сдержать глобальный подъем Китая Запад стремится подорвать потенциал «мягкой силы» Китая. Опираясь на интегративный вид обзора литературы, авторы рассматривают попытки «производства знаний» с использованием субъективных интерпретаций и представлений США и их союзников о современном типе геополитически обусловленных международных конфликтов - гибридной войне. В представлении западной общественности гибридная война - это политически заряженный и нагруженный термин, который предполагает злой умысел у зачинщика такого конфликта в отношении предполагаемой жертвы. По оценкам зарубежных экспертов, современная внешняя политика Китая носит гибридный характер. Страну публично обвиняют в проведении операций в экономическом, кибернетическом, географическом, геополитическом, психологическом, информационном и идеологическом пространствах. В настоящее время понятие «китайской гибридной войны» начинает становиться все более популярным в средствах массовой информации. Однако обострение китайско-американских отношений на фоне конфликта в Южно-Китайском море и тайваньской проблемы дает нам возможность прогнозировать, что Китай будет все чаще позиционироваться как опасный источник гибридной угрозы в западноцентристском дискурсе, чтобы по умолчанию попытаться сохранить гегемонию США и сдержать глобальный рост КНР посредством негативной информационной кампании.
Исследуются концептуальные основания геоэкономической стратегии Китая и особенности реализации этой стратегии в условиях «пробуждения» Глобального Юга. Автор придерживается геоэкономического подхода, который используется для рассмотрения различных пространственных экономико-политических феноменов, таких, как глобальные экономические проекты, региональные интеграционные структуры, экономические и технологические партнерства различного уровня. Выявлены ключевые цели и задачи геоэкономической стратегии Китая в контексте развития американо-китайского соперничества и усиления международной конкуренции. Внимание уделено анализу таких аспектов геоэкономической стратегии Китая, как дипломатический, торгово-экономический, финансовый, энергетический, ресурсный, транспортно-логистический, научно-технологический и цифровой. Рассматривается китайская интерпретация понятия «Глобальный Юг», изучаются позиции ключевых государств Глобального Юга в геоэкономической стратегии Китая, проанализированы внешнеполитические подходы Китая к развитию взаимодействия с ключевыми государствами Глобального Юга, в числе которых Индонезия, Пакистан, Иран, Саудовская Аравия, Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ), Турция, Южно-Африканская Республика (ЮАР), Египет, Эфиопия и Бразилия. Изучены актуальные вопросы сопряжения китайских экономических проектов с национальными интересами и международными инициативами ключевых государств Глобального Юга, а также стратегические подходы Китая к развитию незападноцентричных многосторонних международных объединений, в которых Китайская Народная Республика (КНР) играет одну из ведущих ролей (например, БРИКС, Шанхайская организация сотрудничества). Также описаны инициативы Китая по интенсификации взаимодействия с региональными и глобальными международными объединениями государств Глобального Юга и группами стран. Охарактеризованы возможности и ограничения для реализации Китаем своей геоэкономической стратегии на современном этапе. Автор приходит к выводу, что Китайская Народная Республика, решая долгосрочные задачи своего национального развития, стремится активизировать новую фазу глобализации, в рамках которой должно произойти раскрытие экономического потенциала государств Глобального Юга посредством их вовлечения в устойчивые цепочки поставок, ориентированные на Китай.
Республика Корея благодаря своей географической близости к российскому Дальнему Востоку является близким и важнейшим экономическим партнером региона наряду с другими странами Восточной Азии. Рост санкционного давления со стороны стран Запада и активизация политики «поворота на Восток» Российской Федерации создали предпосылки для развития сотрудничества с восточными странами, что повышает роль дальневосточных регионов России. Кроме того, санкции стран Запада вернули в повестку дня тему импортозамещения в российской экономике. В этом ключе актуализируется тема взаимосвязи (взаимодополняющей или замещающей) между прямыми иностранными инвестициями (ПИИ) и торговлей. Данный вопрос является дискуссионным и давно анализируется в академических кругах. Исследование посвящено выявлению влияния южнокорейских ПИИ на Дальнем Востоке России на их двусторонний экспорт и импорт за период со второго квартала 2017 г. по третий квартал 2021 г. Применение метода наименьших квадратов (МНК) и робастного регрессионного анализа позволило доказать, что южнокорейские ПИИ на российском Дальнем Востоке способствуют росту импорта Дальнего Востока из Южной Кореи, в то время как они не показывают статистической значимости для экспорта в Южную Корею. Для содействия экономическому росту дальневосточных регионов и создания взаимовыгодных эффектов необходимо реформировать методы инвестирования южнокорейских компаний на Дальнем Востоке с целью локализации их производственного процесса.
Рассматривается институциональное развитие и эволюция Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) с 2001 г. по настоящее время. Авторы выделяют и характеризуют этапы и вехи развития организации, а также изучают нормативную базу и организационную структуру ШОС. Показано, что современная организационная структура ШОС, сформировавшаяся в процессе длительной и противоречивой эволюции, включает ряд подсистем, которые наряду с основополагающими принципами деятельности обеспечивают жизнеспособность и развитие ШОС в будущем. Ненаправленный тематический контент-анализ 120 официальных документов ШОС позволил выявить основные направления деятельности ШОС, характер эволюции организации и в конечном итоге этапы ее институционального развития. Первый этап (2001-2004 гг.) связан с институциональным становлением организации, второй (2004-2008 гг.) - характеризуется интенсивным продвижением и минимальной сложностью торгово-экономических, гуманитарных и культурных инициатив. Третий этап (2008-2014 гг.) демонстрирует некоторое ослабление импульса развития ШОС, тогда как четвертый этап (с 2015 г.) обусловлен стремлением вывести ШОС на качественно новый уровень с ростом эффективности сотрудничества во всех сферах. Количественный контент-анализ частоты и динамики употребления репрезентативных ключевых слов одного из видов официальных документов ШОС - деклараций, принятых по итогам саммитов глав государств - членов организации, позволил обосновать тезис о постепенном усложнении, детализации и специализации направлений деятельности ШОС, выявить и охарактеризовать динамику ее приоритетов. В целом контент-анализ показывает, что ШОС в своем развитии прошла несколько этапов, отличающихся качественной спецификой, сохраняя при этом четкий приоритет вопросов безопасности, отражающий значимость традиционных и новых угроз. Сделан вывод о функционировании на платформе ШОС многоуровневого взаимодействия по обеспечению региональной безопасности и сотрудничества при одновременном развитии как многосторонних, в том числе с внешними акторами, так и двусторонних его форматов, что свидетельствует о формировании новой модели регионализма в условиях становления многополярного мира.
Одним из ключевых событий, оказывающих влияние на международные отношения, является специальная военная операция (СВО) РФ на Украине. На момент написания этой статьи Россия и Украина находятся в состоянии конфликта. Россия объясняет свои действия соображениями обороны, выступая против вступления Украины в НАТО, что сделало бы границы России более уязвимыми. Противостояние между сторонами ведется во всех сферах, в том числе и в информационном пространстве. В данном случае это противостояние предполагает распространение фейковых новостей. Авторы анализируют динамику распространения фейковых новостей в Индонезии по вопросу российской военной операции на Украине. Для проведения качественного исследования авторы используют данные, взятые с информационной платформы TurnBackHoax. ID. Всего был отобран и успешно рассмотрен 71 образец фейковых новостей. Авторы пришли к следующим выводам. Во-первых, TikTok оказался одним из основных источников распространения фейковых новостей о конфликте России и Украины. Во-вторых, фейковые новости о СВО не так популярны в Индонезии, как распространяемая в свое время информация о COVID-19, причиной чего является географическое удаление страны от основного места событий. В-третьих, потребители новостей все еще находятся в ловушке субъективных предположений и не столь критичны при проверке информации. Полученные результаты могут стать основой для дальнейших исследований фейковых новостей, а также способов борьбы с ними с опорой на навыки критического мышления.
Aннотация. Недавно заключенный «газовый союз» России, Казахстана и Узбекистана переживает поворотный этап, символизируя серьезный сдвиг в энергетической динамике Центральной Азии. Целью трехстороннего альянса, инициированного президентом России В. В. Путиным, является транспортировка российского газа в Узбекистан через Казахстан. Событие знаменует собой исторический момент, поскольку российский газ впервые начал импортироваться в Центральную Азию. Однако «союз» воспринимается со стороны Узбекистана с пристальным вниманием и настороженностью. На фоне острых энергетических проблем в регионе союз нацелен на удовлетворение насущных потребностей стран Центральной Азии, но также оставляет множество долгосрочных геополитических и экономических проблем в отношениях стран-участниц.
Цель исследования - всесторонний анализ роли и места системы газопроводов «Средняя Азия - Центр» в рамках формирующегося газового союза между Россией, Казахстаном и Узбекистаном. Рассматривается исторический контекст создания данной газопроводной системы, стратегические цели стран - участниц союза, а также потенциальные последствия реализации этого союза для регионального и глобального энергетического ландшафта. Методология исследования включает в себя анализ существующей литературы, политических документов и отчетов по энергетике. Теоретический фундамент данного исследования основан на неолиберальной теории. Авторы приходят к выводу, что создание нового энергетического альянса является признаком начала нового этапа в процессе трансформации энергетического сотрудничества России и стран Центральной Азии.
Раскрывается проблематика современных отношений Алжира и России. Актуальность темы обусловлена тем, что в последние годы отношения между двумя странами претерпели качественную трансформацию, поскольку связи в военной сфере расширились до экономических отношений и инвестиционного сотрудничества, что привело к новой динамике в двусторонних отношениях. В условиях растущей взаимозависимости обе страны также обращают внимание на политику крупных держав, особенно западных, и традиционное двустороннее стратегическое сотрудничество углубляется для решения новых геостратегических задач, что во многом будет определять их будущее направление. В этих условиях важно проанализировать формирующуюся геополитическую динамику и определить ее влияние на стратегические аспекты двусторонних отношений. Исследование призвано выделить ключевые события в этих отношениях и сделать упор на их развитие в эпоху геополитической напряженности. Методологически исследование базируется на политическом реализме. Основными источниками для анализа служат материалы аналитических центров, выступления официальных должностных лиц и др. Выявлены факторы, лежащие в основе современного сотрудничества между Алжиром и Россией, и проанализировано влияние геополитической динамики на это сотрудничество. Обе страны рассматривают друг друга как важных партнеров в деле обеспечения безопасности в отдельных регионах, например в Северной Африке и Сахеле, а также как партнеров в более амбициозных проектах политического и стратегического характера.
Актуальность исследования обусловлена тем, что в условиях санкционной политики Российская Федерация заинтересована выстраивать новую парадигму международных отношений, ориентированную на достижение экономических и политических преимуществ на основе сотрудничества с дружественными государствами. В качестве такого государства, безусловно, выступает Азербайджан, который благодаря своему географическому положению, политической стабильности и международной кооперации с российскими производителями сегодня способен стать стратегически важным партнером с учетом геополитических и геоэкономических реалий. Несмотря на наличие научных трудов по проблеме экономического сотрудничества России и Азербайджана, в настоящее время отсутствует комплексное исследование возможностей расширения экономического партнерства в условиях турбулентности глобальных процессов.
Цель исследования - выявление приоритетов экономического сотрудничества России и Азербайджана в условиях глобальной трансформации современных международных отношений и поворота Российской Федерации на Восток. Для достижения поставленной цели использовались методы сравнения, системного анализа, синтеза, логического обобщения и экономического анализа. Изучена современная ситуация развития экономического сотрудничества Азербайджанской Республикой и Российской Федерацией с учетом политических особенностей развития глобального сообщества, что делает данное исследование междисциплинарным. Новизна исследования заключается в том, что впервые выявлены факторы, содействующие углублению экономического партнерства двух стран. Отмечено, что в современных условиях возрастает роль Азербайджана как стратегического партнера Российской Федерации. Глобальная турбулентность привела к повышению значимости Азербайджана как международного транспортно-логистического центра: только в 2023 г. объем перевозок из России через территорию республики вырос почти вдвое. Авторы приходят к выводу, что страны заинтересованы в расширении экономического сотрудничества и создают условия для развития международной кооперации. Прогнозируется более тесное сотрудничество Азербайджана с государствами Евразийского экономического союза (ЕАЭС), включая процесс углубления интеграционного партнерства в рамках формирования единого экономического пространства. Кроме того, определены новые приоритеты международного экономического сотрудничества и стратегических направлений развития отношений Азербайджанской Республики и Российской Федерации в долгосрочной перспективе с учетом турбулентности глобальных процессов.
Объект исследования - восточный вектор современной внешней политики России, предмет исследования - ее основные направления, механизмы и инструменты. Авторы опираются на теорию неореализма, которая позволяет объяснить внешнюю политику государств стремлением обеспечить свои национальные интересы. Использованы принципы историзма, научной объективности и достоверности, что позволило изучить предпосылки российской политики разворота на Восток, установить причинно-следственные связи и выявить закономерности развития международных отношений России со странами Востока. Были применены системный подход, а также ряд общенаучных (анализ, синтез) и специально-исторических методов исследования: сравнительно-исторический и проблемно-хронологический методы. Выявлена роль главы МИД России Е. М. Примакова в возвращении России на Восток. Подчеркивается, что Е. М. Примаков не был сторонником разрыва отношений с европейскими странами и США, но стремился найти контрбаланс прозападному курсу внешней политики 1990-х гг. и наращивать отношения со странами Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР). Отмечены сложности, с которыми Россия сталкивается при реализации восточной политики, среди которых географическая удаленность от большинства стран АТР, холодный климат, малочисленность населения Дальнего Востока, неразвитость дальневосточной инфраструктуры, социокультурные различия России и стран АТР. Однако курс на укрепление российских позиций в АТР становится ключевым внешнеполитическим направлением, жизненно важным фактором в сохранении и укреплении России в статусе развитой индустриальной страны. Проанализированы мероприятия, реализованные руководством страны для включения российской экономики в интеграционные процессы в АТР, рассмотрена динамика торговых отношений России с основными партнерами в данном регионе. В заключение делается вывод, что политика поворота на Восток состоялась, так как очевидны ее успехи.