Президентские и парламентские выборы в Индонезии 2024 г. продемонстрировали уникальные особенности демократического транзита в крупнейшем государстве-архипелаге мира. Победа Прабово Субианто с результатом 58,59 % голосов в первом туре стала возможной благодаря специфической электоральной культуре Индонезии, сочетающей элементы традиционного консенсуса элитарных групп (индон. musyawarah-mufakat) и самобытных демократических институтов, сформировавшихся после периода Реформации 1998–2004 годов. Проведенный анализ демонстрирует парадоксальность индонезийского транзита: при технически успешном проведении выборов политическая система столкнулась с углублением структурных противоречий между основными центрами влияния. Электоральный процесс выявил трансформацию политической культуры элит в сторону прагматического ситуативного союзничества, при котором идеологические расхождения отступают перед конъюнктурными интересами. Установлено, что устойчивость индонезийской демократической модели определяется механизмом конкурентного взаимодействия политических сил и институциональными практиками их сдерживания, что компенсирует сохраняющуюся напряженность в межэлитарных отношениях. При этом внутриполитические последствия выборов на современном этапе частично нивелируются внешнеполитическими достижениями Индонезии и успешной персональной дипломатией президента Прабово.
Развитие отношений с Индией жизненно важно для России и имеет приоритетный характер в силу исторического опыта, геополитических соображений, военно-политических связей, а в последнее время и экономических отношений – Россия вновь стала ключевым торговым партнером азиатского гиганта, как это было в биполярный период. Основным объектом, рассматриваемым в статье, являются позиции ключевых партий Индии по внешнеполитическим вопросам, рассматривается суть дискуссий по макропроблемам внешней политики после завоевания Индией независимости, постепенное становление «надпартийного» согласия в международной деятельности. Различные социальные и политические силы имеют весьма сходные позиции по соотношению политико-дипломатических и военно-силовых методов. Можно полагать, что такой общеиндийский консенсус свидетельствует о достаточном осознании политическими партиями национальных интересов и внешнеполитических целей, а отсутствие множества официальных концепций по национальной безопасности, внешней политике и обороне отнюдь не мешает достаточно единому осознанию внешних угроз и методов их отражения. Помимо этого, рассматриваются перспективы взаимосвязанности / противостояния подходов к внешней политике индийских партий, соотношение декларируемых задач и реальной политики после прихода к власти. Особое внимание в исследовании уделяется анализу позиций партий в отношении внешнеполитического курса на последних всеобщих выборах в 2024 году.
Политическое развитие государств Юго-Восточной Европы после распада биполярной системы международных отношений в академической литературе чаще всего рассматривается как производное от процессов в западной части континента. После старта европейского интеграционного проекта на Балканы справедливость такого подхода стала казаться еще более очевидной. Вместе с тем такой подход минимизирует как влияние внутренних факторов, в том числе социально-политического и ценностного характера, так и ту роль, которую играет быстро меняющаяся международная экономическая, политическая и правовая среда. В настоящей статье внутренние политические процессы на Балканах рассматриваются через призму системных последствий крушения социалистического мира, до сих пор оказывающих важное влияние на развитие региона. Кроме того, дается оценка тому, как общие для ЕС факторы преломляются в балканской среде. Делается вывод о том, что, вопреки очевидной общности и взаимосвязи европейских политических процессов во всех субрегионах, для Балкан традиционные объяснения через феномены балканизации, американизации и европеизации не являются исчерпывающими. Так же, как и Европа в целом, регион переживает процесс перерождения традиционных представлений о партийно-политических системах и электоральном поведении. Однако именно на Балканах наиболее отчетливо проявляется ожидание социумом появления лидеров и партий нового типа в силу нарастающего разочарования, а в отдельных республиках – и кризиса доверия между властью и обществом.
Статья посвящена особенностям трансформации института выборов в Германии на фоне развития концепции «смены эпох» и тенденций к росту значения вопросов безопасности для внешней и внутренней политики государства. Целью исследования является определение особенностей восприятия немецким политическим сообществом института выборов как элемента внутренней и внешней политики Германии. На протяжении долгого времени выборы оставались важной частью государственного устройства Германии, обеспечивавшей соблюдение его демократических принципов. Однако усложнение партийной структуры (западно)германской политики и постепенное размывание позиций «народных» партий ХДС / ХСС и СДПГ вывели на первый план новые политические силы, которые стали рассматриваться как угроза немецкой демократии. Если кооптация восточногерманской ПДС в германскую политику в итоге прошла сравнительно безболезненно для политической системы, то электоральные успехи партии «Альтернатива для Германии» вызвали рост алармистских настроений в Германии и появление феномена брандмауэра – бойкота партии основными политическими силами. Высокий уровень поддержки оппозиционных партий запустил дискуссию о деструктивном внешнем вмешательстве в электоральные процессы Германии. После эскалации украинского кризиса в феврале 2022 г. источником такого вмешательства почти неизменно указывается Российская Федерация. При этом подход германского правительства к выборам в других государствах через призму «ценностной» внешней политики провоцировал появление кризисов в двусторонних отношениях, выходящих в своих последствиях далеко за их рамки. Показательным примером такого подхода стали действия немецкого руководства в отношении выборов президента Республики Беларусь в 2020 году. Критика электоральных процессов в Беларуси не только перечеркнула осторожную нормализацию белорусско-германского взаимодействия второй половины 2010-х гг., но и стала одним из значимых индикаторов нарастания кризисных явлений в европейской системе безопасности в начале 2020-х гг., итогом которых стала эскалация вооруженного конфликта на территории Украины. Отношение истеблишмента ФРГ к выборам в Беларуси, таким образом, является показательным примером специфики и последствий немецкого подхода к электоральным процедурам в других государствах, что делает оправданным обращение именно к этому страновому примеру.
Статья посвящена исследованию политической идентичности в Демократической Республике Конго. Автор уделяет особое внимание современной интерпретации понятия «конголитэ» - конголезской идентичности, во многом тождественной идее национального гражданства. Сам концепт «конголитэ» рассматривается в статье как набор правовых норм, как инструмент электоральной борьбы и как символический конструкт. Новое звучание этот концепт приобрел в контексте законопроекта, выдвинутого в 2021 г., а его возвращение во внутреннюю политику является показательным с точки зрения понимания настроений в конголезском обществе. Автор также задается целью выявить основные направления дискуссии об идентичности и приходит к выводу, что одной из ее констант является проблема политико-правового статуса руандафонного меньшинства (баньяруанда / баньямуленге), а другой - регионально-языковая фрагментация, которую усиливает экономико-демографическая специфика. Оба этих фактора в значительной степени влияют на внутренние паттерны голосования. Дискурс «чистоты» автохтонного происхождения оценивается как усугубляющий эту фрагментацию и конфликтогенность в отношениях Конго с государствами региона, в частности с Руандой.