Жизненные ориентации представляют собой многоуровневую систему. Они объективно существуют и функционируют в практике социальных взаимоотношений, субъективно осознаются и переживаются как ценностные категории, нормы и цели. В результате этого осознавания они становятся личностной позицией человека. Признаками жизненных ориентаций являются их открытость и доступность для всех, бесспорность ценностно-смыслового содержания, неподверженность моральному старению (Каунова, 2006).
Теме жизненных ориентаций посвящено большое количество научных трудов русских ученых, таких как В. С. Братусь, В. Г. Алексеева, С. С. Бубнова, Т. В. Корнилова, А. А. Волочков, Д. А. Леонтьев, В. Э. Чуд-новский (см. обзор Каунова, 2006).
Китайская культура отличается выраженным своеобразием. В формировании жизненных ориентаций китайцев можно отметить значительный вклад как традиций, так и современных тенденций в обществе и политике. Следование традиционным патриархальным ценностям, ориентация на социум, сочетается с ориентацией на личные интересы, саморазвитие и получение жизненных благ (Малышева, 2018; Коржова, Дун, 2020).
Статья посвящена такому уникальному социальному феномену как религиозное пробуждение, обращение и возрождение религиозной или квазирелигиозной личности. Большое внимание в статье обращено как на христианские источники, так и на источники Новых религиозных движение (НРД). В процессе их изучения были выделены характерные черты переродившегося «нового человека». Особое внимание было направлено на конверсионные изменения сущностных основ физиологии неофита.
Целью исследования является разработка опросника для измерения склонности студентов к ностальгии и изучение структурной модели ностальгии в китайском культурном контексте. Сбор данных осуществлялся методом глубинного интервью. На основе собранных данных был проведен контент-анализ, были извлечены ключевые слова и предложения для разработки опросника по оценке склонности студентов к ностальгии. Данные для проверки надежности и валидности опросника были собраны у 1067 субъектов исследования. Шкала оценки в разработанном опроснике включает 20 пунктов. оценка факторной структуры показала наличие в опроснике четырех факторов, включая фактор предпочтения объекта, фактор предпочтения фигуры, фактор размышления и исследования и фактор настроения. Подтверждающий факторный анализ показал индексы соответствия: x22/df=2,832, CFI=0,919, TLI=0,902, SRMR=0,053, RMSEA=0,057. Коэффициент альфа Кронбаха для всего опросника составил 0,888, а для четырех факторов варьировался от 0,734 до 0,846. Коэффициент надежности половинного расщепления для всего опросника составил 0,874, а для четырех факторов варьировался от 0,527 до 0,779. Коэффициент надежности «тест-ретест» для всего опросника составил 0,828, а для четырех факторов варьировался от 0,646 до 0,760. Коэффициенты корреляции между итоговым баллом опросника и баллами четырех факторов варьировались от 0,592 до 0,857. Коэффициенты корреляции между четырьмя факторами опросника варьировались от 0,293 до 0,518. Коэффициенты критериальной валидности по пункту «самостоятельная оценка своей склонности к ностальгии», саутгемптонской шкале ностальгии и шкале одиночества Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе составили 0,617, 0,731 и 0,215. Разработанный опросник демонстрирует удовлетворительную надежность и валидность, что позволяет использовать его при измерении склонности студентов к ностальгии.