В развитии внешнеторговых и инвестиционных связей России с начала 2022 г. можно увидеть немало закономерностей, однако объяснение новых трендов нельзя описать признанными экономическими концепциями без дополнительного привлечения политологического анализа. В частности, геополитические факторы ломают традиционную логику опоры внешнеторговой специализации на сравнительные преимущества национальной экономики. Существенные искажения в ходе быстрой трансформации современного мироустройства происходят и в географических приоритетах в торговле и при осуществлении прямых иностранных инвестиций. Так, при развороте России на Глобальный Юг резко ослаблено проявление эффектов соседства и культурно-исторической близости (традиционно оцениваемых в экономических работах, например, с помощью гравитационных моделей и характеристик так называемого инвестиционного климата). В статье приводятся авторские оценки противоречивой статистики российской внешней торговли последних лет. Путем сочетания методов экономического и политологического анализа объясняется быстрое усиление среди российских партнеров роли Индии, Египта, ОАЭ, Народной Республики Бангладеш и Ирана. Особое внимание уделено расши рению БРИКС и продвижению крупных инфраструктурных проектов с российским участием. При этом показано, что ни перспективы строительства АЭС, ни развитие международных транспортных коридоров нельзя исследовать, игнорируя возможности политической науки. Отдельно рассматриваются резкое ухудшение отношений России с «коллективным Западом» и общая тенденция к усилению полицентричности в мировой политике как факторы, стимулирующие экономический разворот России на Глобальный Юг, то есть «выталкивающие» факторы сочетаются с «притягивающими». Показано долгосрочное значение для России связей с такими важными сегментами Глобального Юга, как Ближний Восток (включая Иран) и Южная Азия.