Инфекционные заболевания (Викторианская медицина)

Детские болезни

Термин «детские болезни» применяется к инфекционным заболеваниям, которыми болеют в основном в детском возрасте, к ним относятся: корь, краснуха, скарлатина, дифтерия, коклюш, эпидемический паротит (свинка) и другие. До открытия и внедрения антибиотиков в середине XX века эти болезни, сейчас практически побеждённые, часто приводили к смерти новорождённых и детей более старшего возраста.

Детская смертность статистически разнилась в зависимости от класса и материального состояния родителей. В то время как в обеспеченных семьях детям могли обеспечить надлежащий уход и лечение в случае необходимости, дети из малообеспеченных семей зачастую не получали даже достаточно хорошего питания и приемлемых санитарных условий, не говоря уже о лечении. Кроме того, в викторианской Англии существовали так называемые «погребальные клубы», в которых можно было застраховать жизнь своего ребёнка, чтобы в случае его смерти получить деньги на похороны (при этом сумма была на несколько фунтов больше, чем обходились самые дешевые похороны). Известные случаи намеренного умерщвления детей, а также намеренного неоказания медицинской помощи ребёнку с целью получения этих денег.

Из девяти детей королевы Виктории все девять достигли взрослого возраста (хотя Виктория была носительницей гена гемофилии и передала его своим детям, поэтому впоследствии многие её внуки и правнуки, страдавшие нарушением свертываемости крови, умирали в детстве или в относительно молодом возрасте от травм и несчастных случаев). Третий ребёнок Виктории, Алиса, герцогиня Гессенская, умерла в возрасте 35-ти лет от дифтерии, поразившей гессенский двор в 1878 году. От болезни скончалась и её младшая дочь, четырехлетняя Мэй. Утешая своего больного сына после этого известия, герцогиня поцеловала его, в результате чего заразилась сама и скончалась.

Архиепископ Кентерберийский, Арчибальд Тэйт, потерял пятерых детей, скончавшихся в 1856 году от скарлатины.

Ещё одной опасностью, могущей привести к смерти, были детские бутылочки с узкой трубкой и резиновой соской на конце. Эти трубки невозможно было промыть или стерилизовать. Считалось, что бутылочки можно менять не чаще, чем раз в несколько недель, вследствие чего в трубке накапливались бактерии, вызывающие у детей диарею, зачастую приводящую к смерти.

Викторианцы тяжело переживали смерть детей, что нашло отражение в викторианском культе смерти: в моду вошли траурные украшения из волос покойных, посмертные фотографии (в том числе множество детских), «траурные куклы», которые помещали на могилу умершего ребёнка. Также тема детской смертности нашла отражение в литературе того времени, в произведениях Диккенса, Олкотт, Гаскелл и других. Так, читающая публика по всему миру была поражена и опечалена смертью малышки Нелл, главной героини романа Чарльза Диккенса «Лавка древностей».

Старший ребёнок кормит сестру из бутылочки с узкой трубкой. Иллюстрация из книги по домоводству, 1906.

Холера

Холера — это острая кишечная инфекция, вызываемая холерным вибрионом и приводящая к тяжелому обезвоживанию, без лечения оканчивающемуся смертью. Холерный вибрион был впервые открыт Филиппо Пачини в 1854 году (что было проигнорировано медиками из-за преобладания среди итальянских учёных теории о заражении холерой миазмами через воздух). Вибрион был повторно и независимо обнаружен Робертом Кохом в 1883 году.

Хотя холера известна с глубокой древности, до XIX века заболевание локализовалось на юге Азии. В 1829 году болезнь из Индии по торговым путям проникла в Европу и Северную Америку и не покидала эти регионы в течение почти сотни лет. Холеру называли «чумой XIX века», поскольку она заняла место бубонной чумы, считавшейся уже побеждённой в развитых странах, и приносила столь же чудовищное опустошение.

Всего в результате холеры умерли десятки миллионов человек по всему миру и сотни тысяч в Великобритании. Так, в ходе двухлетней эпидемии в Англии и Уэльсе в 1840-х годах умерло около 52,000 человек, из них в Лондоне — 14,137 умерших. В 1849 в портовом городе Ливерпуле умерло 5,308 человек.

Заражение в сентябре 1854 года нескольких сотен человек в самом центре Лондона шокировало викторианскую Англию и, благодаря исследованиям Джона Сноу, стимулировало усовершенствование систем водоснабжения и канализации.

Джон Сноу скептически относился к господствовавшей в то время «теории миазмов», согласно которой причиной болезней типа холеры и чумы был «нездоровый воздух». Сноу опросил местных жителей и пришёл к выводу, что источником распространения холеры является водоразборная колонка на Брод-стрит. Сноу не смог определить опасность воды лабораторными методами, однако со всей настойчивостью смог убедить местные власти снять с колонки рукоять насоса. Публика расценила это событие как причину прекращения эпидемии, однако вполне могло быть, что вспышка холеры уже шла на спад.

Карта Англии с указанием распространения холеры, 1849 год.

Туберкулёз

Туберкулёз лёгких или чахотка — медленно прогрессирующее инфекционное заболевание, поражающее лёгкие. Классические симптомы туберкулёза — длительный кашель с мокротой, иногда с кровохарканьем, появляющимся на более поздних стадиях, лихорадка, слабость, ночная потливость и значительное похудение.

Туберкулёз в XIX веке поражал все слои населения, включая аристократию, хотя более всего ему были подвержены заключённые и работники прядильных фабрик, где туберкулёз распространялся вместе с пухом и пылью. Считается, что именно туберкулёз выкосил всю семью Бронте: две старшие дочери Патрика Бронте умерли в 1825 году в детском возрасте, а четверо младших детей скончались до сорока лет. Бренуэлл и Эмили умерли в 1848 году, через несколько месяцев — Энн в возрасте двадцати девяти лет, и, наконец, в 1855 году Шарлотта, дожившая до тридцати восьми (впрочем, в отношении Шарлотты, смерть которой наступила от истощения, биографы предполагают разные причины смерти).

В середине XIX века в среднем 60,000 детей умирали ежегодно от туберкулёза. От туберкулёза умерла в 1851 году старшая дочь Чарльза Дарвина — десятилетняя Энни. Смерть горячо любимой дочери стала последней каплей, которая отвратила уже сомневающегося Дарвина от идеи всеблагого Бога.

Из-за неспешного развития и невыраженности симптомов, многие из которых схожи с другими заболеваниями, туберкулёз зачастую диагностировали слишком поздно. Туберкулёз на начальных стадиях в то время считался даже привлекательным — у женщин, поражённых этой болезнью, был бледный цвет лица (что объяснялось выхаркиванием «плохой», «грязной» крови и очищением организма) и блестящие, выразительные за счёт расширенных зрачков глаза. Чтобы добиться такого же эффекта многие здоровые женщины капали в глаза белладонну и натирали кожу разными средствами, в том числе с содержанием свинца и мышьяка.

Аппарат доктора Шартуля для лечения туберкулёза при помощи йода. Вещество помещалось в колбу и пары вдыхались через трубку с мундштуком. Франция, 1830—1870 гг.

Для лечения туберкулёза применялись всевозможные средства, однако, большинство из них были малоэффективны, поскольку туберкулёз плохо поддается даже современному лечению.
Типичные методы лечения чахотки в XIX веке включали в себя:

• Кровопускание. Поскольку одним из симптомов болезни было кровохарканье, которое, с точки зрения теории гуморов, указывает на избыток крови, удаление «лишней», «грязной» крови должно было способствовать исцелению.
• Смена климата. Эмпирически было замечено, что чахотка прогрессирует быстрее во влажном и холодном климате, а наиболее благоприятными для больного условиями является чистый морской воздух и теплая погода. По качествам атмосферы деревня считалась лучше города, юг — лучше севера, высокая хорошо проветриваемая местность лучше низин (за исключением приморских курортов).
• Самыми распространёнными рекомендациями были соблюдение диеты и частые прогулки на свежем воздухе. Поскольку причину туберкулёза видели во всякого рода неумеренности и волнении, врачи предписывали есть простую пищу без выраженного вкуса и запаха (бульоны, рис, несладкие плоды, молоко).

Тиф

Тиф — острое инфекционное заболевание, сопровождающееся лихорадкой и интоксикацией. Наиболее известны сыпной тиф, брюшной тиф и возвратный тиф. До первой половины XIX века эти группы заболеваний считались одним. Брюшной тиф был выделен в отдельную группу в 1829 году, а возвратный тиф — в 1843 году. Сыпной и возвратный тиф переносятся паразитами человека (вши, клещи), брюшной тиф — через заражённую воду, реже бытовым путём (см. статью: Тифозная Мэри).

Заболеваемость тифом увеличивается в военное время, а также в условиях скученности людей при плохой санитарии, как это происходило в рабочих трущобах. После эпохи Наполеоновских войн тиф снова активировался в конце 1830-х, затем — в 1846—49 годах во время Великого голода в Ирландии. Из Ирландии вместе со спасающимися от голода иммигрантами тиф проник в Англию, где его стали называть «ирландской лихорадкой». Тем же путём болезнь распространилась на Северную Америку, где унесла огромное количество жизней. В Канаде, бывшей тогда британской колонией, в 1847—48 годах умерло от тифа 20,000 человек.

Брюшной тиф, распространяясь тем же путём, что и холера, зачастую поражал одновременно с ней те же регионы, что приводило к ещё большему количеству жертв. Эпидемия 1848 года была особенно тяжелой для Англии, потому что в стране одновременно свирепствовали тиф, холера и грипп. Такие явления побуждали современников предполагать родственность упомянутых болезней и возможность перехода одной болезни в другую — например, грипп рассматривался как начальная стадия холеры.

Считается, что именно брюшной тиф стал причиной смерти принца Альберта, мужа королевы Виктории. Однако современные исследователи сомневаются в этом диагнозе, так как Альберт страдал от болей в области живота по крайней мере за два года до смерти. Возможной причиной его смерти мог стать рак желудка, хотя нельзя исключать, что брюшной тиф действительно совпал с неким хроническим заболеванием. Брюшным тифом болел и принц Уэльский, будущий король Эдуард VII — однако, в отличие от своего отца, с благополучным исходом.