Статья посвящена последним авторским сборникам Саши Черного для детей, опубликованным в эмиграции: «Серебряная елка» (1929), «Румяная книжка» (1930) и «Белка-мореплавательница» (1933). Цель статьи – определить авторский подход Саши Черного к формированию книг для детей. В ходе исследования мы пришли к выводу, что первые произведения, открывающие сборник, можно назвать программными, так как они задают основную тему, образы и мотивы. В основе каждого сборника лежат разные авторские подходы, ведущий принцип единства различен: жанровый, тематический и по художественным образам. В каждом сборнике присутствуют свои мотивы, но есть общие, например мотивы радости и игры. Они определяют тональность произведений для детей, в которых все конфликты и опасные ситуации разрешаются благополучно. Наблюдается особая авторская повествовательная манера: в отдельных произведениях события показаны с позиции других существ, когда нарратор предоставляет голос своим героям и субъектами фокализации становятся животные или игрушки. В некоторых, наоборот, слышны голос нарратора и особая теплая интонация, которая выдает авторское отношение к своим героям: звучит сочувствие и сопереживание, ирония или юмор, снимающие напряжение и настраивающие на благополучное разрешение сложной или опасной ситуации. Сборники «Серебряная елка», «Румяная книжка», «Белка-мореплавательница» стали последними авторскими книгами Саши Черного для детей, в которых писатель напомнил о своем раннем творчестве, маленьким читателям рассказал о России, порадовал забавными историями своих современников.
Рассмотрены проблемы персонального пенсионного обеспечения М. А. Ивановой, племянницы Ф. М. Достоевского, предоставленного за заслуги её знаменитого родственника. В качестве основных источников использованы документы хранящегося в Государственном архиве Российской Федерации пенсионного дела, подтверждающие право племянницы писателя на персональную пенсию за заслуги дяди и содержащие информацию о размерах назначенной пенсии и сроках её выплаты. Исследованные документы в совокупности с нормативными актами и статистическими данными соответствующего периода позволили уточнить обстоятельства назначения пенсии М. А. Ивановой, объяснить установленные размеры выплат и сделать вывод о назначении ей более достойного обеспечения по сравнению с персональными пенсионерами — членами семей участников революционного движения и Гражданской войны (не относящихся к командному составу) и тем более с получателями пенсий на общих основаниях. При этом пенсионные документы определили проблемы, решения которых не найдены: остались невыясненными причины розыска М. А. Ивановой органами социального обеспечения и ситуация с возвратом в Народный комиссариат социального обеспечения РСФСР ее пенсионной книжки в январе 1928 г., то есть за полтора года до официально признанной даты смерти.
На основе архивных материалов рассмотрены проблемы пенсионного обеспечения Веры Глебовны Успенской (1877—1942), дочери писателя Г. И. Успенского, в 1923— 1939 гг. Проанализировав частоту изменения размеров персональной пенсии Успенской, пенсионное дело которой было оформлено на ее отца, авторы установили, что все увеличения сумм пенсий связаны с личными заявлениями пенсионерки или ходатайствами ее брата, направленными в Народный комиссариат социального обеспечения РСФСР через посредников. В решении ее пенсионных проблем участвовали писатель с мировым именем А. М. Горький, нарком просвещения А. В. Луначарский, руководство Союза советских писателей и Литературного фонда. На примере документов можно увидеть, что в утвержденную законодательством трехступенчатую процедуру довоенного установления и дальнейшего увеличения персональных пенсий республиканского значения (губернские (областные) органы — центральные органы — Комиссия НКСО РСФСР) был встроен институт посредничества, основанный на принципе личной известности посредников
В статье рассмотрены документы личных пенсионных дел, в соответствии с которыми осуществлялось персональное пенсионное обеспечение, установленное за заслуги перед Советской Республикой великого русского драматурга А.Н. Островского для его сестры Марии Николаевны и вдовы старшего сына Анны Николаевны. На основе архивных документов пенсионных дел А.Н. Островского авторы раскрыли обстоятельства жизни его родных в 1920-е гг. - бедственное положение и стесненные жилищные условия обеих женщин; определили круг проживающих с ними лиц - приемная дочь М.Н. Островской и двое детей А.Н. Островской. Документы личного дела позволили уточнить дату смерти М.Н. Островской. Однако при работе возник ряд вопросов, который требует дальнейшего рассмотрения: из материалов пенсионного дела не ясно, на каких именно детей была назначена персональная пенсия Анне Николаевне, вдове старшего сына драматурга. Непроясненной остается причина приостановления выплаты пенсии самой А.Н. Островской. Также в статье была подчеркнута роль руководства Народного комиссариата просвещения РСФСР в качестве ходатая за сестру и невестку драматурга перед пенсионными органами.