Статья: Направления научных исследований в зарубежных статьях по лечебно-эвакуационным мероприятиям в чрезвычайных ситуациях (вооруженных конфликтах) (2024)

Актуальность. Повышенный риск террористических актов и крупномасштабных катастроф на фоне современной геополитической обстановки предъявляет повышенные требования к постоянной готовности сотрудников МЧС России в ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций, а также высокому уровню работоспособности и стрессоустойчивости.
Цель – определить особенности формирования профессионально обусловленных особенностей личности у сотрудников Государственной противопожарной службы (ГПС) МЧС России.
Методология. С помощью методики Басса–Дарки (BDHI), опросника качества жизни ВОЗКЖ-26 и опросника профессионального выгорания Маслач (MBI) обследованы 182 сотрудника ГПС МЧС России, из них 98 человек – со стажем работы более 5 лет и 84 – со стажем работы до 2 лет, 122 работника неэкстремальных профессий, составивших группу контроля. Возраст респондентов был от 20 до 35 лет. Данные обследования проверили на нормальность распределения признаков, рассчитали средние арифметические данные и стандартные отклонения.
Результаты и их анализ. Экстремальные особенности труда (большие физические нагрузки и психический стресс) у пожарных могут сопровождаться развитием негативных проявлений личности, таких как агрессивность, подозрительность, враждебность, психологических компонентов профессионального выгорания (эмоциональное истощение, деперсонализация и редукция профессиональных отношений) и уменьшения удовлетворенности качеством жизни. Оказалось, что у пожарных со стажем работы 5 лет и более они проявляются гораздо чаще и быстрее, чем у специалистов других профессиональных групп.
Заключение. Проведенные исследования показывают необходимость изучения психологического статуса пожарных, особенно после 5 лет профессионального стажа.

Введение. Актуальность исследования обусловлена значимостью выявления личностных детерминант субъектного понимания проявлений экстремальности в рамках повышения эффективности реагирования на них.
Цель – установить особенности детерминации рядом психологических характеристик ментального позиционирования субъектом в пространстве безопасности базовых для него феноменов экстремальности.
Методология. Респондентами выступили 112 студентов в возрасте 19–21 года столичных и региональных вузов. В качестве методов исследования использованы ассоциативный эксперимент, субъективное шкалирование, тестирование по опроснику HEXACO-PI-R-60. Обработка эмпирического материала проводилась с использованием методов нахождения средних, процентного распределения, ранжирования, корреляционного, факторного и регрессионного анализа, χ2-критерия Пирсона.
Результаты и их анализ. На субъективном уровне экстремальность ассоциируется с рядом феноменов, различающихся по стереотипизированности и объективности (опасность, угроза, риск/рискованность, сложность, страх, необычность, крайность, катастрофа, чрезвычайность, ужас/ужасность, предельность, немыслимость, максимализм/максимальность, хитроумность, экстраординарность, убийство, сверх требование, пожар, наводнение, стужа, случайность, снегопад, жара). Различаясь по оценкам по шкале опасность/безопасность, феномены экстремальности образуют структуру, включающую компоненты «катастрофа», «чрезвычайность», «угроза» и «риск». Структурные компоненты экстремальности в ментальном пространстве субъектов по своей опасности/безопасности позиционируются последовательностью катастрофа – угроза – чрезвычайность – риск в диапазоне от «скорее опасно, чем безопасно» до «безопасно». Личностные характеристики с высоким уровнем достоверности различаются по их вкладу в субъектную оценку степени опасности/безопасности структурных компонентов экстремальности. Представлены регрессионные модели оценки выборкой студентов опасности/безопасности структурных компонентов экстремальности на базе рассмотренных свойств личности. Установлено, что наиболее значимый вклад в оценку опасности/безопасности компонентов экстремальности вносят эмоциональность, добросовестность и открытость опыту.
Заключение. Знание того, что эмоциональность играет ключевую роль в оценке субъектом уровня опасности/безопасности различных феноменов экстремальности, предъявляет высокие требования к развитию системы эмоциональной саморегуляции человека. В частности, особое внимание на совершенствование соответствующей способности необходимо обращать в рамках подготовки представителей экстремальных профессий.

Актуальность. Боевые стрессовые расстройства у военнослужащих, включая посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР), возникающие вследствие воздействия на психику стресс-факторов боевой обстановки, приводят к социальной дезадаптации и снижению боеспособности. Своевременная диагностика и последующая профилактика проявлений различных форм стресс-ассоциированных психических расстройств позволяют избежать их хронического характера и сопутствующей психосоматической патологии.
Цель – выявить биопсихосоциальные маркеры ПТСР у комбатантов.
Методология. Проведены клиническое психопатологическое обследование, биохимические и химико-токсикологические исследования для выявления метаболитов психоактивных веществ. Обследованы 85 военнослужащих-мужчин Росгвардии после пребывания в зоне боевых действий в 2022–2023 гг. сроком до 90 сут, в том числе, 1-я группа (n = 38), проходившие амбулаторное лечение с диагнозом ПТСР (F43.1 по МКБ-10), средний возраст – (28,4 ± 2,2) года, стаж службы – (2,9 ± 1,4) года; 2-я группа (n = 47), не имевшие психических расстройств, средний возраст – (29,2 ± 2,1) года, стаж службы – (3,1 ± 1,2) года.
Результаты. Выявлены значимо высокие показатели тестов в 1-й группе по риску ПТСР, уровню тревоги и депрессии. У них выявлено наличие положительных достоверных взаимосвязей между ПТСР и биохимическими показателями, уровнями этилглюкуронида, тестостерона и вечернего кортизола.
Заключение. С учетом особенностей социально-политической ситуации, специфики масштаба и интенсивности военных операций необходимо изменение подходов к проведению обследований комбатантов с разработкой многоосевых – биопсихосоциальных маркеров стресса, включающих как осуществление линико-психологического скрининга с использованием методик, регламентированных Минздравом России и МВД России, так и данных химико-токсикологических и биохимических исследований. На фоне тенденции роста значений по шкалам опросников TSQ и HADS дополнительными маркерами развития ПТСР у участников боевых действий могут служить повышенные уровни тестостерона, вечернего кортизола, карбогидрат-дефицитного трансферрина и наличие этилглюкуронила и бензодиазепинов в биологическом материале.

Актуальность. Травмы грудной клетки по частоте занимают III место среди повреждений частей тела и II – среди причин смерти у пациентов с травмами. В последние два десятилетия в зарубежной и отечественной литературе опубликованы ряд работ, описывающих преимущества ранней хирургической стабилизации реберного каркаса перед консервативным лечением. Однако сегодня эффективность применения активной хирургической тактики при множественных переломах ребер, в том числе, и с применением стандартных пластин для остеосинтеза малых сегментов, а также биодеградируемых пинов, убедительно не доказана.
Цель – представить ранние результаты оперативного лечения пациентов с множественными переломами ребер и реберным клапаном с использованием стандартных 1/3 трубчатых и реконструктивных пластин и биодеградируемых пинов в условиях травмоцентров I и II уровней, не имеющих специализированного отделения торакальной хирургии.
Методология. В исследование были включены 26 пациентов, которым выполнена хирургическая стабилизация реберного каркаса по поводу множественных переломов ребер и/или наличия реберного клапана в 2018–2023 гг., из них 15 – пострадавших с политравмой (Injury Severity Scale, ISS более 17 баллов), 5 – с сочетанной травмой (ISS менее 17 баллов), 6 – с изолированной травмой груди. Одномоментно осуществляли фиксацию от 1 до 5 ребер. Рассчитали медиану, верхний и нижний квартили (Me [Q1; Q3]) показателей.
Результаты и их анализ. Длительность стационарного лечения составила 16,5 [6; 50] сут, пребывания в отделении реанимации и интенсивной терапии – 3 [0; 25] сут, длительность искусственной вентиляции легких – 0 [0; 18] сут, потребности в кислородной поддержке – 0 [0; 16] сут. Средняя длительность дренирования плевральной полости у пациентов была (8,1 ± 3,8) сут. В 11 % случаев зарегистрированы респираторные осложнения, в 8 % – необходимость в выполнении трахеостомии. Активная хирургическая тактика, заключающаяся в остеосинтезе ребер, позволяет быстро и эффективно обеспечить стабилизацию состояния пациента с тяжелой травмой грудной клетки. Использование стандартных пластин для остеосинтеза малых сегментов с винтами с угловой стабильностью позволяет добиться фиксации поврежденных ребер, что способствует восстановлению полноценной экскурсии грудной клетки, борьбе с болевым синдромом и профилактике осложнений.
Заключение. Использование для остеосинтеза переломов ребер биодеградируемых пинов, а также стандартных неспециальных пластин позволяет стабилизировать функцию внешнего дыхания и состояние пациента с тяжелой травмой реберного каркаса. Для более полноценного определения места остеосинтеза в целом и его разновидностей необходимы дальнейшие исследования, направленные на анализ как результатов различных способов остеосинтеза, так и – оперативного и консервативного лечения.

Актуальность. При углубленном обследовании участников ликвидации последствий аварии (ЛПА) на Чернобыльской АЭС (ЧАЭС) во Всероссийском центре экстренной и радиационной медицины им. А.М. Никифорова МЧС России установлен факт выявления у них более высокой частоты хронического атрофического гастрита относительно группы сравнения. В сочетании с метаболическим синдромом его клинические проявления характеризовались нечеткостью и разнообразием. Учитывая низкую комплаентность пациентов к инвазивным диагностическим процедурам и возрастание рисков развития аденокарциномы желудка по мере прогрессирования хронического атрофического гастрита, требуется расширить лабораторную оценку течения этой патологии у ЛПА на ЧАЭС с метаболическим синдромом.
Цель – выявить лабораторные маркеры сочетанного течения хронического атрофического гастрита и метаболического синдрома у ЛПА на ЧАЭС.
Методология. 97 мужчин, ЛПА на ЧАЭС разделили на группы с наличием и отсутствием метаболичекого синдрома. Количественное определение концентрации пепсиногена-I, пепсиногена-II, гастрина-17 и H. Pylori-IgG в плазме крови проводили иммуноферментным методом с использованием комплекса систем реагентов «GastroPanel» («BIOHIT», Финляндия) в соответствии с инструкцией производителя. Иммунохемилюминесцентным методом измерили концентрации в сыворотке крови витамина D («Access 2», «Beckman Coulter», США), витамина В12 («UniCel DxI», «Beckman Coulter», США) и гомоцистеина («Immulite 2000 XPI», «Siemens», США). Статистический анализ проводили с помощью программы Statistica 10.0.
Результаты и их анализ. На основании лабораторной оценки, частота выявления атрофии слизистой оболочки желудка была выше при наличии метаболического синдрома как у ЛПА на ЧАЭС, так и у лиц группы сравнения. У ЛПА на ЧАЭС на фоне дефицита витамина В12 содержание в крови гастрина-17 удваивалось при наличии метаболического синдрома, а медиана его концентраций была в 4 раза больше верхней границы референтного диапазона. Уровень пепсиногена I был меньше 70 мкг/л в 57,1 % случаев сочетания дефицита В12 и метаболического синдрома. В 70 % случаев у ЛПА на ЧАЭС с фундальным хроническим атрофическим гастритом выявлено сочетание патологических показателей, а именно: дефицит витамина B 12, гипергомоцистеинемия, пепсиноген I – меньше 30 мкг/л, гастрин-17 – больше 30 пмоль/л, пепсиноген I/пепсиноген II – меньше 3. У ЛПА на ЧАЭС с фундальным хроническим атрофическим гастритом содержание витамина D было недостаточным независимо от наличия у них метаболического синдрома. Уровень витамина D у ЛПА на ЧАЭС с антральным хроническим атрофическим гастритом без метаболического синдрома соответствовал достаточному количеству, в то время как при наличии метаболического синдрома отмечали недостаток витамина D, близкий к дефициту.
Заключение. Наличие метаболического синдрома и дефицит витамина В12 ассоциированы с большей выраженностью лабораторных признаков атрофических изменений слизистой оболочки тела желудка у ЛПА на ЧАЭС. Обоснована необходимость определения уровня гомоцистеина и витаминов D и В12 в составе клинико-лабораторного наблюдения за состоянием здоровья ЛПА на ЧАЭС с наличием метаболического синдрома и хронического атрофического гастрита.

Актуальность. Профессия спасателя в настоящее время является одной из наиболее значимых из-за увеличения количества и тяжести последствий чрезвычайных ситуаций и катастроф. Реализация успешной профессиональной деятельности возможна только специалистами, обладающими набором знаний, умений, навыков и имеющими сформированную мотивацию и осознание сущности своей будущей профессии.
Цель – изучить мотивацию к обучению и ее связь с успеваемостью у студентов колледжа по направлению «Защита в чрезвычайных ситуациях» на разных курсах обучения.
Методология. У студентов колледжа II–IV курсов оценили мотивацию к обучению по методике Т.И. Ильиной, а также собрали данные успеваемости по профессионально значимым дисциплинам.
Результаты. Оценка мотивации показала, что у студентов присутствует высокое стремление хорошо овладеть профессиональными знаниями, умениями и навыками, которое сохраняется на протяжении учебы. Высокий уровень мотивации отмечался на II курсе у 74,7 %, на III курсе – у 66,3 %, на IV курсе – у 67,1 % учащихся. Однако часть студентов при обучении на каждом курсе стремятся получить образование формально. Например, в ряде случаев при корреляционном анализе показателей успеваемости и мотивации к овладению знаниями не выявлялись статистически достоверные связи и, в то же время, они обнаруживались между мотивацией к овладению профессией и получению диплома.
Заключение. Корригирование значимых мотивов у студентов к получению профессионального образования может повысить учебно-профессиональную мотивацию и успешность обучения в целом.

Актуальность. Эпидемиологические исследования показывают, что повреждения вращательной манжеты плеча в повседневной жизни могут находиться в широком диапазоне, например, в молодой когорте населения составлять от 10–15 %, в возрасте от 60 лет и старше – до 20–30 %. Отмечается высокая социальная и экономическая значимость этой патологии.
Цель – провести кластерный анализ и визуализацию ключевых слов в зарубежных статьях по травмам вращательной манжеты плеча с использованием программы VOSviewer.
Методология. Объект исследования составили научные статьи, представленные в международной справочно-библиографической базе данных PubMed, поисковое словосочетание – Rotator Cuff Injuries, период – 10 лет (2013–2022 гг.). Поиск позволил выявить 5444 отклика на научные статьи, библиографические сведения о которых в формате «.txt» выгрузили в аналитическую программу VOSviewer 1.6.20.
Результаты и их анализ. Полиномиальный тренд динамики статей при коэффициенте детерминации (R2 = 0,96) показывал рост статей. Среднегодовое количество статей было (653 ± 48). При 10 повторениях проанализировали 504 ключевых слова, которые объединились в 7 кластеров. 1-й кластер, названный «Травмы и повреждения вращательной манжеты плеча и сухожилий», содержал 32,8 % статей с общей силой связи 30,7 %, 2-й кластер «Результаты артроскопической реконструкции повреждений вращательной манжеты» – 26,8 и 27,5 % соответственно, 3-й кластер «Анатомия плечевого сустава» – 17,5 и 17,4 %, 4-й кластер «Биомеханика плечевого сустава и манжеты ротаторов» – 7,3 и 7,8 %, 5-й кластер «Послеоперационный анализ хирургической реконструкции повреждений вращательной манжеты плеча» – 7,1 и 7,7 %, 6-й кластер «Хирургические подходы (техники) при реконструкции повреждений вращательной манжеты» – 4,6 и 4,8 %, 7-й кластер «Структурное восстановление функции плеча после хирургической реконструкции повреждений вращательной манжеты» – 3,9 и 4,1 % соответственно. Представлены ведущие авторы и научные школы.
Заключение. Результаты показали направления научных исследований за последние 10 лет и способствовали повышению информационного сопровождения ученых и практикующих специалистов, изучающих травматическое поражение вращательной манжеты плеча.

Введение. Биологические угрозы, с которыми регулярно сталкивались национальные системы здравоохранения, стали одной из важнейших проблем для их эффективного функционирования. Появление новых биологических агентов, обладающих высокой контагиозностью, привело к трансформации подходов к организации медицинской помощи, изменению принципов формирования медицинской инфраструктуры и обеспечению готовности системы здравоохранения к своевременному и адекватному ответу на возникающий вызов. Вместе с тем, четкого определения и понимания того, что конкретно определяет готовность системы здравоохранения к биологическим угрозам, до настоящего времени ни в международной, ни в отечественной научной периодике не дано.
Цель – систематизировать проблемы и подходы к оценке готовности национальных систем здравоохранения к биологическим угрозам.
Методология. Проведены аналитический обзор международных и российских публикаций по методу Preferred Reporting Items for Systematic Reviews and Meta-Analyses (PRISMA), контент-анализ и экспертное рецензирование наиболее содержательных публикаций по теме исследования. С использованием программного инструмента для построения и визуализации библиометрических сетей VOSviewer 1.6.20 выделены ключевые термины и понятия, наиболее часто встречающиеся в публикациях и характеризующих влияние биологических угроз на общественное здоровье и систему здравоохранения, планирование и деятельность медицинских организаций.
Результаты и их анализ. Контент-анализ и экспертное рецензирование 29 наиболее содержательных международных и российских публикаций позволили выявить 7 ключевых направлений, определяющих готовность системы здравоохранения к ответу на биологические угрозы: 1) планирование, проектирование и организация деятельности больниц; 2) создание резервного ресурсного потенциала; 3) обеспечение эффективной коммуникации; 4) проведение обучения медицинского персонала; 5) своевременность и правильность оказания медицинской помощи; 6) обеспечение санитарно-эпидемиологического надзора; 7) соблюдение стандартных операционных процедур.
Заключение. Классификация проблем готовности систем здравоохранения к биологическим угрозам характеризует, как правило, лишь отдельные показатели деятельности медицинских организаций и их ресурсной обеспеченности. В настоящее время отсутствует единая унифицированная методика комплексной проверки и оценки деятельности системы здравоохранения и особенно медицинских организаций, оказывающих медицинскую помощь в стационарных условиях, по противодействию биологическим угрозам. Оценка готовности систем здравоохранения для эффективного ответа на биологические угрозы требует дальнейшего более глубокого изучения с разработкой различных моделей функционирования.

Введение. Руководящая роль в решении поставленных задач по медицинскому обеспечению граждан в период их подготовки к военной службе принадлежит призывной комиссии субъекта России.
Цель – провести анализ работы призывной комиссии субъекта России на примере Оренбургской области по контролю качества медицинского освидетельствования призывников.
Методология. Проанализированы отчетные и учетные документы центра военно-врачебной экспертизы Военного комиссариата Оренбургской области за период с 2012 по 2021 г.
Результаты и их анализ. В анализируемый период за 10 лет число призывников в Оренбургской области уменьшилось на 11,6 %. Однако количество граждан, годных к военной службе (категории годности «А» + «Б»), оставалось относительно стабильным, например, в 2012 г. их было 14,1 тыс. человек, а в 2021 г. – 14,8 тыс. (за исключением 2013 г. и 2014 г., когда число призывников, годных к военной службе, уменьшилось и оказалось 12,5 тыс. и 12,9 тыс. соответственно). Отношение количества граждан, которые могли быть отправлены на военную службу, к количеству реально отправленных на военную службу является показателем изъятия призывного ресурса. Показатель изъятия призывного ресурса имел минимальное значение в 2020 г. – 26,7 %, а максимальное значение в 2013 г. – 38,8 %. За исследуемый период времени на сборный пункт области было направлено 47,5 тыс. граждан для отправки в войска. После проведения медицинского осмотра 1793 (3,8 %) призывника возвращены как неправильно призванные на военную службу. В первые 3 мес. прохождения военной службы по состоянию здоровья с формулировкой «общее заболевание» уволены 29 (0,06 %) военнослужащих. Получили отсрочку либо освобождение от призыва на военную службу (категории годности к военной службы «В», «Г», «Д») 52,2 тыс. граждан, из них 28,2 тыс. (54,1 %) вызывались на контрольное медицинское освидетельствование. Признаны годными к военной службе (категории годности «А» + «Б») 2536 граждан, что составило 10,1 % от количества прибывших.
Заключение. От четкой и слаженной работы призывной комиссии области зависят своевременное проведение медицинского освидетельствования граждан при призыве на военную службу и лечебно-оздоровительные мероприятия с призывной молодежью. В связи с решением Президента России об увеличении численности Вооруженных сил России необходимо добиться повышения призывного ресурса.

Актуальность. Террористическая активность в мире не уменьшается, что обусловливает необходимость изучения ее показателей риска и объединения усилий многих государств для минимизации терроризма в мире.
Цель – анализ медико-биологических последствий терроризма в мире с 2011 по 2020 г. для оптимизации проведения контртеррористических мероприятий.
Методология. Изучили показатели террористической активности в мире, проиндексированные в Глобальной базе данных по терроризму (Global Terrorism Database, GTD) [https://www.start.umd.edu/]. Рассчитали структуру, динамику и риски погибших и пораженных (получивших травмы) в террористических актах (ТА), в том числе, по типу, использованному вооружению и объекту ТА. Риск оказаться в условиях ТА, погибнуть или получить травму рассчитали на 1 млн населения мира (×10–6). Показаны средние данные и медианы с верхним и нижним квартилем (Me [Q1; Q3]).
Результаты и их анализ. Среднегодовой показатель ТА с 2011 по 2020 г. в мире был 110 тыс. или 10,7 [8,5; 14,1] тыс., погибших людей – 25,8 тыс. или 23,1 [20,4; 35,3] тыс. человек, пораженных – 28,4 тыс. или 25,5 [18,8; 40,6] тыс. человек. Полиномиальные тренды указанных показателей напоминают инвертированные U-кривые с уменьшением данных в последний период наблюдения. ТА без медико-биологических последствий было около 50 %. Однако наиболее тяжкие медико-биологические последствия оказались при использовании взрывчатых веществ и огнестрельного оружия – их жертвами были 84,4 % от структуры всех погибших и 91,4 % от структуры всех пораженных. Массовый характер санитарных потерь при этих ТА может создавать большие проблемы при оказании медицинской помощи пораженным. Объектами в структуре всех ТА в 91,4 % являлись военнослужащие, полицейские, частные лица (случайные прохожие), члены правительства и бизнесмены, их гибель составляла 86,8 % от структуры всех жертв, травмирование – в 84,2 % от всех пораженных. Перечисленные когорты населения представляли группы риска при терроризме. Средний индивидуальный риск оказаться в условиях ТА для населения мира составил 1,49 • 10–6 инцидент/(человек • год), погибнуть – 3,49 • 10–6 смертей/(человек • год), быть пораженным (получить травму) – 3,87 • 10–6 травм/(человек • год). В то же время, среднегодовой риск гибели при производственном травматизме в мире, рассчитанный по данным Международной организации труда (The International Labour Organization), в аналогичный период времени (2011–2020 гг.) оказался на порядок больше и составил (3,83 ± 0,13) • 10–4 смертей/(человек • год).
ЕвЗаключение. Цель терроризма – вызвать нестабильность в обществе, запугать людей, посеять панику среди населения, а не медико-биологические последствия. Если полностью искоренить терроризм в мире невозможно, то оптимизация проведения контртеррористических мероприятий с учетом рисков по использованному оружию или объектам ТА может его минимизировать.