Статья: Вандальное поведение в школе: мотивация, типология и профилактика (2025)

С повсеместным распространением интернета и мобильной связи при использовании смартфонов кибербуллинг (форма насилия, преследования или запугивания посредством интернета) превратился в новую форму издевательств, нередко встречающуюся в современной образовательной среде. В Китае основными полномочиями по предотвращению кибербуллинга и противодействию такого рода травли обладают органы общественной безопасности, которые играют ключевую роль в управлении и предупреждении подобных инцидентов. В данной статье анализируется нынешний статус органов общественной безопасности, перспективные направления их развития, особенности реализации деятельности, а также соответствующие правовые нормы в отношении кибербуллинга в образовательных учреждениях. Авторы рассматривают стратегии, применяемые органами общественной безопасности в процессе борьбы с кибербуллингом в образовательных учреждениях, системно и всесторонне раскрывая такие аспекты, как применение законодательства, создание механизмов защиты и систем профилактики и контроля. Цель – усовершенствовать деятельность органов общественной безопасности по борьбе с кибербуллингом в образовательных учреждениях.

Деструктивное поведение подростков представляет актуальную проблему современного общества, оказывающую негативное влияние на их развитие, социальную адаптацию и безопасность окружающих. Актуальность профилактики деструктивного поведения подростков обусловлена тем, что в современном российском обществе подобное поведение молодежи становится массовым явлением. В перечень деструктивного поведения входят конфликты с применением физической силы, употребление психоактивных веществ, случаи травли и насилия, попытки суицида, нахождение подростка в запрещенных деструктивных субкультурах и интернет-сообществах. В статье рассматриваются современные подходы и методы профилактики такого поведения, а также анализируются их эффективность и возможности внедрения в практическую деятельность. Представлены рекомендации, подготовленные в целях использования наиболее эффективных и рациональных вариантов способов реагирования и взаимодействия психологов, педагогов, родителей с подростками для профилактики деструктивного поведения. Методы исследования. Теоретический анализ психолого-педагогической литературы по теме исследования, психодиагностические методики. Результаты исследования. Разработанная профилактическая модель по преодолению деструктивного поведения может широко использоваться в практике психологов и педагогов образовательных учреждений, что значительно повысит эффективность мероприятий, так как учитывает личностные особенности, социально-психологические предикторы (макро- и микросоциальные), а также типы деструктивного поведения.

В современных реалиях проблема буллинга занимает важное место в системе образования, требуя незамедлительного решения со стороны субъектов, непосредственно связанных с образовательным процессом, психолого-педагогическим сопровождением, профилактикой (предупреждением) преступных деяний. В данной работе исследуются программы профилактики буллинга (кибербуллинга), скулшутинга на примере трудов отечественных и зарубежных ученых. Значительную часть работы занимает анализ программ профилактики буллинга (кибербуллинга), скулшутинга среди обучающихся среднего общего образования, на основе которых выделяются различные подходы к решению проблемы. По результатам проведенного исследования были обобщены наиболее эффективные реализуемые практики. В современной России вопрос формирования атмосферы неприятия в отношении буллинга является одной из ключевых задач государства. Так, система недопущения проявления идей экстремизма и терроризма на уровне образовательных организаций требует дальнейшего совершенствования в целях повышения эффективности деятельности таких профилактических мер. Методы. Исследование базируется на изучении трудов отечественных и зарубежных ученых, научных публикаций, посвященных буллингу в системе образования. Результаты исследования. Выявлено, что в образовательных организациях необходим комплексный подход, основанный на взаимодействии всех участников образовательного процесса. Обоснована необходимость создания безопасной образовательной среды.

Исследование направлено на изучение влияния негативного раннего семейного опыта на формирование социально-психологической дезадаптации в подростковом возрасте. Цель исследования – выявить специфику психоэмоциональных реакций и поведенческих паттернов подростков, ставших свидетелями эмоционального или физического насилия в семье. Организация исследования. Обследованы 52 подростка в возрасте от 14 до 16 лет (средний возраст 15,2 ± 0,93 года) с деструктивным поведением. Использовались следующие методики: опросник «Склонность к отклоняющемуся поведению» (А. Н. Орел), анкета «Ранний опыт отношений в семье» (FECS), шкала посттравматических симптомов (PTSS-10), эссе «Мой травматичный опыт», диагностическая беседа. Результаты. У 84,6 % обследуемых выявлены агрессивные тенденции, у 76,9 % – склонность к негативизму. Подростки из неблагополучных семей демонстрировали более высокие показатели психической нестабильности (30,17 ± 12,65 балла, p < 0,0001), включая нарушения сна, депрессию и эмоциональную лабильность. Полученные данные подтверждают необходимость разработки адресных психокоррекционных программ для подростков с неблагополучным семейным опытом.

Актуальность исследования современного состояния преступности несовершеннолетних обусловлена необходимостью прогнозирования политики государства в отношении подростков и юношей, потенциально входящих в группу делинквентного риска. Исследование факторов и механизмов, детерминирующих мотивацию преступного поведения данной категории лиц, возможно при помощи специальной переписи осужденных и лиц, содержащихся под стражей, которая была проведена в 2022 г. Целью являются анализ и характеристика современного состояния преступности несовершеннолетних, отбывающих уголовное наказание в воспитательной колонии. Методология и методы. В статье применялись общенаучные методы теоретического исследования, направленные на сбор, анализ, систематизацию и обобщение данных, в частности, анализ и интерпретацию результатов специальной переписи осужденных и лиц, содержащихся под стражей (декабрь 2022 г.), и научных источников, непосредственно раскрывающих предмет исследования. Методология исследования опирается на социально-демографические и уголовно-правовые характеристики несовершеннолетних правонарушителей. Результаты исследования показывают, что среди малолетних преступников преобладают представители мужского пола. Подростки и юноши совершают делинквентные поступки чаще всего в возрасте 16–17 лет, что обусловлено активной стадией переживания кризиса переходного возраста. Подавляющая часть лиц, отбывающих наказание в воспитательных колониях, имеет основное общее образование и воспитывается в дисфункциональных семьях либо вообще не имеет семьи. Доминирующей категорией являются тяжкие и особо тяжкие преступления, совершаемые молодыми людьми умышленно и осознанно. Почти треть несовершеннолетних воспитанников отбывает наказание за насильственные преступления, совершенные группой лиц. При этом самая большая группа ювенальных преступников имеет небольшие сроки лишения свободы, что отражает тенденцию гуманизации уголовного наказания в отношении несовершеннолетних. Полученные результаты позволяют прогнозировать и проводить профилактику противоправных действий среди молодежи, а также предлагать оптимальные варианты психолого-педагогического воздействия на криминогенные детерминанты, которые отрицательно влияют на формирование личности несовершеннолетних.

В подростковом возрасте способность справляться с социальными и психологическими вызовами обретает особую значимость, что актуализирует запрос на изучение адаптационного потенциала подростков. Рассмотрение смысловой саморегуляции как ресурса психологической адаптивности подростков с учетом их детского опыта и возрастных новообразований позволяет прогнозировать и предупреждать проявления дезадаптации и становится основой для развития проактивных стратегий совладания, определяющих жизнестойкость подростков в период взросления. Методы исследования. Использовались структурированное интервью, тест социально-психологической адаптации (К. Роджерс, Р. Даймонд, адапт. А. Прихожан), клинический опросник для выявления и оценки невротических состояний (К. К. Яхин, Д. М. Менделевич), методика «Способы совладающего поведения (WCQ)» (Р. Лазарус, С. Фолкман, адапт. НИПНИ им. Бехтерева), тест смысложизненных ориентаций (Дж. Крамбо и Л. Махолика, адапт. Д. А. Леонтьева), тест жизнестойкости (С. Мадди, адапт. Д. А. Леонтьева, Е. И. Рассказовой). Использовались методы математико-статистического анализа: критерий Колмогорова-Смирнова, U-критерий Манна–Уитни. Результаты исследования. Установлено, что 75 % респондентов имеют как минимум один вид неблагоприятного детского опыта. У подростков с неблагоприятным детским опытом были зафиксированы низкие значения адаптивности, осмысленности жизни, но выше показатели невротических симптомов (астения, вегетативные нарушения, невротические тревога и депрессия) и неадаптивных копинг-стратегий (дистанциирование, конфронтация, бегство–избегание) в сравнении с нормативными значениями и аналогичными показателями в группе сравнения. У подростков с неблагоприятным детским опытом в анамнезе и имеющих высокий уровень осмысленности жизни выше степень психологической адаптивности и менее выражены показатели дезадаптации в сравнении с подростками, имеющими аналогичный опыт и низкий уровень осмысленности жизни.

Угроза радикализации молодежи становится предметом научных обсуждений, поиска и исследований, большая часть из которых сосредоточена в рамках изучения трех компонентов: личность–поведение–среда. Представляется, что концепция паттерна будет более эффективной при решении задач управления рисками радикализации по сравнению с персонологическим подходом. Целью исследования выступает осмысление предпосылок радикализации лиц молодого возраста на основе метаанализа двух эмпирических исследований, в одном из которых изучались лица, совершившие преступления террористической направленности, а в другом – психологическая безопасность образовательной среды в связи с агрессивностью и депрессивностью обучающихся. Структуру радикального паттерна, описанного для осужденных террористов, образует комплекс индивидуально-психологических характеристик и социальных факторов: личностные диспозиции, склонность к зависимому поведению, виктимность, религиозное мировоззрение радикального толка, фиксация на идее справедливости, идеологически оформленное ядро идентичности, разбалансировка и дефицитарность семейной системы, предупреждающие поведенческие признаки. В определенных кризисных условиях и при влиянии катализирующих факторов данный паттерн может быть активирован и реализован посредством террористического акта. Предполагается, что агрессивность, депрессивность, отсутствие доверия и поддержки в среде сверстников и учителей, опыт насилия, дефицит просоциальной активности, выделенные среди обучающихся, могут рассматриваться как предпосылки становления радикального паттерна в подростково-юношеском возрасте. Определяющим (причинным) всегда будет характер взаимодействия предикторов в данных условиях и закономерности долгосрочной динамики системы в направлении радикализации. Методология, методы и методики. Методологическими основаниями исследования выступают концепция психологической безопасности образовательной среды, субъектно-деятельностный подход, рассматривающий в единстве психологическую безопасность личности и среды, а также рискресурсный подход, направленный на выявление угроз и предотвращение рисков, возникающих в среде и влияющих на психологическую безопасность субъектов в среде. Эмпирическое исследование направлено на описание радикального паттерна как варианта адаптации личности и выявление предпосылок радикализации в образовательной среде. Методом сбора информации в исследовании осужденных выступали: глубинное интервью; анализ демографических и социально-психологических показателей, которые представляют важность с точки зрения социализации и радикализации личности; восемь психодиагностических методик тестового характера: сокращенный многофакторный опросник исследования личности (СМОЛ), ценностные ориентации (методики М. Рокича и Д. А. Леонтьева), локус контроля, психологические защиты (опросник «Индекс жизненного стиля» Р. Плутчика, Г. Келлермана, Х. Р. Конте), копингстратегии (опросник Р. Лазаруса), склонность к зависимому поведению (опросник В. Д. Менделевича). Мониторинг психологической безопасности образовательной среды проводился методом электронного опроса и включал анкетирование (33 вопроса, касающихся образовательного пространства, отношений с учителями и сверстниками, обстановки в семье, причастности к насилию, в том числе буллингу), психодиагностическое обследование уровня депрессии (шкала В. Зунга в адаптации Т. И. Балашовой) и агрессивности (опросник А. Басса и М. Перри (BPAQ-24 в адаптации С. Н. Ениколопова, Н. П. Цибульского). Метод обработки результатов: корреляционный и сравнительный анализ. Выборка исследования: 30 осужденных по статьям террористического характера и 30 членов их семей; 244 143 респондента от 12 до 23 лет: учащиеся школ 6–11 классов, студенты средних специальных и высших учебных заведений различных регионов нашей страны; из них 52,7 % юношей и 47,3 % девушек. Результаты. Представлены характеристики паттерна радикализации, в которых отражены поведенческие проявления личности, а также характеристики радикализованной личности. Определены характеристики среды, взаимодействие с которой способствует становлению паттерна радикализации. Научная новизна. Полученные данные расширяют представление о причинах радикализации молодежи, смещая исследовательский фокус к диагностике нарушений развития и описанию паттерна адаптации. Практическая значимость. Процесс становления паттерна радикализации можно рассматривать как одну из траекторий сложного социального отклонения и как вариант дизонтогенеза, возникающего в ходе взаимодействия личности с небезопасными условиями среды. Использование такого подхода в психокоррекционной и психопрофилактической работе с молодежью и обучающимися рассматривается как способ выявления на ранних этапах нарушений развития личности и оказание адресного психолого-педагогического воздействия.

Вопрос подростковой киберагрессии в наши дни приобретает особую остроту. Под киберагрессией понимают любые деструктивные действия, совершаемые в интернете. Исследователи активно изучают особенности распространения киберагрессии и последствия кибервиктимизации. При этом вопрос о причинах такого поведения остается малоизученным. Отсутствие единого теоретического конструкта не позволяет комплексно изучить данный феномен. Таким образом, цель исследования заключалась в эмпирическом обосновании ранее предложенной теоретической модели социально-психологических детерминантов киберагрессии у подростков. Методы. В исследовании приняли участие 325 подростков, учащиеся 5–10-х классов общеобразовательных школ г. Санкт-Петербурга. Исследование проводилось с использованием надежных, валидных и современных социально-психологических методик. Склонность к киберагрессии изучалась при помощи опросника «Типология киберагрессии». Результаты. В качестве основных социально-психологических детерминантов киберагрессии представлены агрессивность, эмпатия, стили поведения в конфликтной ситуации, коммуникативные характеристики и социальный интеллект. В качестве условий, влияющих на киберагрессию, выделены пол, возраст и время, проведенное подростком в интернете. Проверка модели проводилась при помощи метода структурных уравнений (SEM). В ходе проверки полученная модель доказала влияние всех предложенных детерминантов на киберагрессию у подростков. Данные, полученные в ходе исследования, послужат основой для дальнейшего, более детального анализа феномена киберагрессии в подростковой среде. Они также могут быть использованы при создании профилактических и коррекционных программ, адаптированных к различным возрастным группам и учитывающих различия в проявлениях киберагрессивного поведения у мальчиков и девочек.

В российском обществе констатируется снижение количества преступлений, совершенных несовершеннолетними, а также преступлений в отношении несовершеннолетних. При этом проблема дезадаптации несовершеннолетних, ставших участниками, жертвами или свидетелями криминальных событий, остается актуальной как в теоретическом, так и в практическом плане. Проблема дезадаптации несовершеннолетних участников уголовного судопроизводства наблюдается во всех проявлениях субъектности: подозреваемый/ подследственный, потерпевший, свидетель. Проявление дезадаптации, ее типы и уровни, а также интенсивность зависят от соотношения и когерентности внешнего актора и внутренней готовности к дезадаптивным процессам. В психологическом плане дезадаптация влияет на регулятивные процессы. Криминальное событие является актором дезадаптации потерпевшей личности и свидетеля. Дезадаптация влияет на понимание и осознание вины совершенного криминального поступка, содержания и последствий криминального события. Цель исследования. В исследовании поставлены задачи, направленные на определение связи процессов саморегуляции с возрастной и индивидуальной готовностью понимать вину как событие и последствие; определение признаков проявления, содержания и методов диагностики социального дефекта несовершеннолетнего как последствий его участия в криминальном событии; разработку требований к отбору методов и методик судебной психологической экспертизы в отношении несовершеннолетних; создание модели деятельности психолога как специалиста в уголовном судопроизводстве по сопровождению прав и интересов несовершеннолетнего; определение статуса, содержания и средств деятельности специалиста-психолога по оценке достоверности показаний несовершеннолетних участников уголовного судопроизводства в ходе проведения с ними процессуальных мероприятий. Методы исследования. Основу исследования составили анализ информации и эмпирические исследования. Результаты. На основании проведенных изысканий сделаны выводы и поставлен ряд перспективных исследовательских задач.

В представленной статье обоснована проблема дерационализации сознания современной молодежи, связанная с высоким спросом на товары, услуги и онлайн-обучение в области астрологии и эзотерики. Рассмотрены различные вызовы, стоящие перед государственной системой образования в Российской Федерации в связи с указанным явлением. Материалы и методы. Основным методом исследования в настоящей статье стал анализ статистических данных, опубликованных в открытом доступе в сети «Интернет», о рынке товаров и услуг эзотерического характера, а также данных о популярности онлайн-обучения, связанного с астрологией и эзотерикой. Методом исследования также выступил компаративный анализ научной литературы по различным аспектам проблемы рисков дерационализации сознания молодежи. Результаты исследования. Согласно открытым статистическим данным, запросы молодежи на онлайн-обучение по оккультным наукам (астрология, нумерология, регрессология, тарология и т. п.), а также спрос на эзотерические товары и услуги в последние четыре года демонстрируют активный рост, что свидетельствует о наметившейся тенденции дерационализации сознания молодежи. Природа этого феномена связана, как правило, с социальноэкономическими и социально-политическими процессами. Анализ научной литературы позволил выделить причины ее возникновения, обусловленные в том числе противоречиями, сложившимися в духовной жизни общества. Кроме того, уделено внимание поиску способов формирования рационального и критического мышления в современном образовательном пространстве. Компаративный анализ различных теорий и концепций позволил выявить значительный потенциал энактивной концепции познания, достижений в области позитивной психологии, психологии и педагогики критического мышления. Обсуждение и заключение. Рассмотренные подходы к снижению рисков дерационализации сознания молодежи потенциально могут органично встроиться в архитектонику современного российского образовательного пространства. В то же время еще только предстоит выявить возможности снижения деструктивного эффекта от дерационализации сознания молодежи, используя научные достижения мультиотраслевого характера.

Актуальность исследования определяется необходимостью развития методологии криминальной психологии, повышения ее восприимчивости к индивидуальным особенностям личности преступника и, как следствие, повышения качества диагностической и коррекционной работы с криминогенными лицами. Теория психоанализа исходит из крайне спорного предположения о глубинной психической жизни, не осознаваемой ее субъектом, но побуждающей к совершению преступления. Не получив опытно-экспериментального подтверждения, психоаналитические идеи воплощаются в психологических подходах исследования правонарушителей и преступников, демонстрируя тем самым эвристический потенциал. Целью исследования является рассмотрение психоаналитической теории личности и методологии ее изучения в интересах совершенствования криминальной психологии. Методы: используется комплекс общенаучных методов работы с информацией – анализ и синтез применяются к положениям З. Фрейда и его последователей о структуре личности и функциям ее компонент, детерминирующим преступное и правопослушное поведение. Метод обобщения используется для определения психоаналитических идей и концепций личности преступника, представляющих интерес для развития криминальной психологии и нуждающихся в опытно-экспериментальной проверке. Результаты: проведен анализ психоаналитических представлений о структуре личности преступника. С опорой на зарубежные исследования описано развитие представлений о бессознательных инстинктах, побуждающих человека к совершению преступления, внутриличностных механизмах, сдерживающих и регулирующих их проявление. Приведена критика последователями З. Фрейда невротической, инфантильной и психотической концепций личности преступника. Раскрыты функции и состояния компонент личности, противодействующие асоциальным и преступным влечениям бессознательного, приведены сведения об их эмпирической проверке. Описана психоаналитическая трактовка чувства тревоги, предшествующей преступлению, вины, следующей за событием преступления. Итогом исследования является обобщение функций и состояний внутриличностных структур, регулирующих противоправные поступки и способствующих правопослушному поведению. Результаты применимы для разработки методов диагностики, моделей психокоррекционной и психопрофилактической работы, сопряженной с их опытно-экспериментальной проверкой.

Девиации и нормы – единство противоположностей. Наличие нормы позволяет оценить и описать девиации, а последние приводят к необходимости нормы. Человек стремится выйти за пределы «человеческого», реализуя себя, если так можно сказать, в различных девиациях. Технический прогресс также вносит свой вклад в их совершенствование. Например, наряду со ставшими уже классическими видами агрессивного поведения, начинают появляться его новые формы, такие как киберагрессия, кибербуллинг. К этому добавим средства массовой информации, которые умышленно, а порой и не очень, транслируют различные формы поведенческих отклонений, тем самым популяризируя их.

Перед вами новый проект редакционной команды «Российского девиантологического журнала» – тематический выпуск, посвященный обсуждению различных аспектов противодействия криминализации и виктимизации несовершеннолетних. Научным редактором номера выступил профессор кафедры юридической психологии учебно-научного комплекса по исследованию проблем кадровой работы и морально-психологического обеспечения деятельности ОВД Санкт-Петербургского университета МВД России доктор психологических наук, доцент Сергей Витальевич Духновский, в сферу научных интересов которого входит проблематика девиантного поведения.