Публикации автора

Ход Первой и особенно Второй мировых войн впервые отчетливо продемонстрировал стратегическую значимость Арктики, в том числе для развития военно-технического сотрудничества России и СССР с западными союзниками. Уже в 1930-е годы СССР первым из арктических государств приступил к созданию сети баз двойного назначения в акватории Северного Ледовитого океана (вдоль Северного морского пути). В Великую Отечественную войну впервые был приобретен опыт боевого использования межвидовых войсковых группировок (в том числе значительных масс личного состава и военной техники) в условиях Крайнего Севера. 

В список ключевых «проблемных узлов» для ЕвроАтлантического сообщества в области международной безопасности, помимо стратегического ухудшения отношений с Россией, «сирийского вопроса», роста международной террористической угрозы и необходимости денуклеаризации Корейского полуострова может войти еще один момент: скатывание к конфронтации с Исламской Республикой Иран (ИРИ). Заключенная 15 июля 2015 г. «шестеркой» (США, Великобритания, Франция, Германия, Россия и Китай) с Ираном «ядерная сделка» расценивалась на Западе как крупный дипломатический успех – в частности, именно так трактовала договоренности администрация Б. Обамы1 . Однако чуть более года спустя, с середины 2016 г. ИРИ стала подвергаться массированной критике со стороны ведущих западных держав.