Исследование посвящено поколенческому анализу социальных конфликтов в советской деревне середины 1920-х годов. Представленные результаты базируются на архивных документах, материалах периодической печати и теоретико-методологических подходах социальной, поколенческой и ювенальной истории. Вводятся в научный оборот новые данные о характере молодежной политики власти и структуре сельского общества указанного периода. Показано, что старшее поколение оказывало сопротивление молодым активистам и конфликтовало с ними по вопросам антирелигиозной пропаганды, морали и бытового поведения. Особое внимание уделено миграции части крестьянской молодежи в города вследствие социально-политических перемен эпохи нэпа, что углубляло разногласия между поколениями. Доказано, что негативное восприятие комсомольского движения и возникшие межпоколенные противоречия значительно повлияли на дальнейшую динамику развития деревни, особенно в условиях последующей коллективизации. Установлено, что политические и социальные процессы 1920-х годов существенно трансформировали структуру взаимоотношений внутри сельских сообществ, создавая предпосылки для формирования нового типа социального взаимодействия. Сделан вывод о том, что применение поколенческого подхода в исторических исследованиях обеспечивает глубокое понимание происходивших в советский период процессов, демонстрируя масштабы социальной трансформации советского общества.
Представлен анализ настроений советской деревенской бедноты конца 1920-х годов с позиций поколенческой истории. Авторы выделяют в генерационной структуре советской деревни 1920-х три поколения: поколение «детей революции», поколение «революционного перелома» и старшее поколение. На основе архивных документов выявлены особенности восприятия советской повседневности конца 1920-х годов крестьянами указанных поколений. Подчеркивается, что крестьяне-бедняки, чувствуя поддержку со стороны власти, начитают осознавать свою важную роль в преобразовании деревни, но даже среди них идея коллективизации поддерживалась декларативно, а активисты-колхозники выражали недовольство своим положением. Сопоставительный анализ показал, что представители поколения «детей революции» наиболее остро воспринимали проблемы социальной несправедливости в нэповской деревне и выражали готовность к решительной борьбе с «чуждыми элементами». Показано, что в генерации «революционного перелома» наблюдались схожие настроения, но, ощущая себя частью крестьянского социума, представители этой группы выражали недовольство методами проведения хлебозаготовок. Установлено, что резко усиливающееся налоговое бремя осуждались и представителями старшего поколения. Авторы приходят к выводу о том, что общей тенденцией настроений крестьян-бедняков было враждебное отношение к зажиточным крестьянам и местной бюрократии.
Исследуются материалы дел об оскорблении императорской фамилии как индикатор крестьянских настроений в годы Первой мировой войны. Уделяется внимание поколению «революционного перелома», представители которого родились приблизительно с 1885 по 1900 годы. Приоритет отдан рассмотрению отношения сельских жителей к мобилизации, реквизиции лошадей, инфляции и т. д. Автор раскрывает отношение землепашцев к столыпинской аграрной реформе и земельному вопросу в целом. Проведен статистический анализ случаев оскорбления императорской фамилии по возрастному принципу. Подсчитано распределение подсудимых по форме наказания, и проведена группировка по характеру высказывания. Рассчитана доля преступлений, совершенных в состоянии алкогольного опьянения. Реализованный статистический анализ показал, что в случаях обвинения крестьян поколения «революционного перелома» преобладала «площадная брань», антивоенные высказывания и политические мотивы; для них был характерен значительный радикализм и политизация. Установлено, что для риторики более старших возрастов была характерна высокая доля антивоенной риторики, оскорбительные высказывания и недовольство экономическим положением. Отмечаются падение авторитета императора в годы войны, кризис «наивного монархизма» в среде сельского социума, десакрализация образа царя особенно среди молодого поколения крестьян.