Под национальной идентичностью любого социально-правового явления, обладающего свойством идентичности, и правовой системы в целом понимается соответствие их тому уникальному историческому облику конкретного общества и государства, который они приобретают в процессе эволюции в результате взаимодействия множества разнообразных внутренних и внешних факторов. Система уголовного процесса любой страны столь же уникальна, поэтому ни один из процессуальных институтов не может быть в точности скопирован, не приобретя национальной специфики. В уголовно-процессуальной науке большая часть процессуальных институтов исследуется с позиций их национальной идентичности, даже если это словосочетание авторами не используется. Авторские суждения такого рода условно поделены в статье на два типа: принципиально-идеологический (анализ системы уголовного процесса на уровне его принципов и идеологической направленности правового регулирования) и конкретно-юридический (анализ конкретных процессуальных институтов с точки зрения закона, теории и практики в конкретный исторический период в конкретной стране). На примерах института следственного судьи и процессуальной формы предварительного следствия в статье анализируется феномен национальной идентичности уголовного процесса России, Германии и Республики Казахстан. Цель: доказать, что в контексте исследований проблем национальной идентичности уголовного процесса суждения принципиально-идеологического свойства, как правило, перенасыщены эмоциональными тезисами и аргументами, а потому грешат односторонностью и субъективизмом, тогда как конкретно-юридический уровень исследований всегда более предметный и продуктивный для развития правовой системы любого государства. Методы: исторический метод позволил проследить генезис сходных процессуальных институтов в истории разных правовых систем; сравнительно-правовой метод использован для демонстрации национальной уникальности сходных социально-правовых явлений; конкретно-юридический метод дал возможность провести предметный анализ соотношения нормативно-правовой регламентации и практики реализации отдельных процессуальных норм и институтов. Результаты: сформулирован и обоснован вывод о недопустимости односторонних (как положительных, так и отрицательных) оценок исторического опыта и современного состояния национальных систем уголовного судопроизводства, поскольку их неизбежный субъективизм влечет многократное возобновление кризисных явлений в будущем.
В статье дается обзор и сравнительный анализ негласных следственных действий, которые предусмотрены уголовно-процессуальным законодательством стран ближнего зарубежья. Рассматриваются виды и система негласных следственных действий, основания и процедура их проведения, а также критерии процессуальной доказательственной оценки результатов таких действий. Цель работы – установление эффективности закрепления в уголовно-процессуальном законе негласных следственных действий, которые в своей основе исходят из оперативно-розыскных мероприятий. При подготовке статьи использован сравнительно-правовой метод исследования нормативных актов России и зарубежных стран. Сделан вывод о необходимости введения института негласных следственных действий в уголовно-процессуальное законодательство для эффективной борьбы с преступностью, использования результатов негласных следственных действий в доказывании при непременном соблюдении прав и свобод человека. Российская уголовно-процессуальная наука также должна начать разработку негласных следственных действий для их включения в УПК РФ.