Статья посвящена взаимосвязи модернизации и православного паломничества в России конца XIX - начала XX в. Размышляя над вопросами взаимовлияния процессов модернизации, развития транспорта и паломнических практик, авторы рассматривают несколько взаимосвязанных проблем: как модернизация и новые виды транспорта меняли православное паломничество в Российской империи; вытесняла ли модернизация паломнические практики из повседневной и религиозной жизни российского обывателя, или, напротив, под воздействием технического прогресса православное паломничество в России получило шанс выйти на новый виток развития. Транспортные нововведения, такие как поезда и пароходы, изменили привычные способы перемещения паломников, высвобождая для них свободное время и открывая новые пространства, которые становились местами духовного взаимодействия. Эти изменения вызывали озабоченность церкви из-за возможного влияния социалистов и сектантов на паломников на новых видах транспорта (пароходах и поездах). В конце XIX - начале XX в. паломничество постепенно стало сочетаться с элементами туризма, что указывало на изменения в восприятии религиозных практик в условиях модернизирующегося общества. Авторы приходят к выводу, что, несмотря на попытки крестьянства сохранять традиционные ценности, модернизация не вытеснила паломничество, а, напротив, способствовала его трансформации и росту. Новые транспортные средства не только упростили доступ к святым местам, но и расширили географию паломничеств, позволив большему количеству верующих участвовать в религиозных путешествиях. Паломничество конца XIX - начала XX в. стало примером того, как традиционные религиозные практики могут адаптироваться к новым условиям, сохраняя свою значимость и актуальность в быстро меняющемся мире.
Обсуждение государственного бюджета Российской империи Третьей Государственной думой (1907-1912 гг.) превратилось в арену политического противостояния между депутатами оппозиционных фракций и правительством. Представители разных политических сил (правые, октябристы, кадеты, социалисты) высказывали критические замечания в адрес как росписи доходов и расходов, так и всей финансово-экономической политики министра финансов В. Н. Коковцова. Претензии депутатов можно условно разделить на три группы: конструктивные, демагогические и политические. К первой группе относилась критика существующей налоговой системы с уклоном в косвенное обложение и с общей повышенной нагрузкой на население, а также указание на недостаточность культурно-производительных расходов, особенно в таких сферах, как образование или сельское хозяйство, осуждение колоссального размера государственного долга и призывы к его сокращению, критика высокой доли государственного сектора в экономике. Упреки второго разряда (демагогические) состояли в том, что Россия якобы находится в состоянии хозяйственного разорения, народные массы голодают, коррупция имеет огромные масштабы, налоговая система является отражением социальной несправедливости, бюджет построен на спаивании народа, а правительство расходует средства в основном на «вредные» направления - тюрьмы, полицию, армию. К третьей категории относились требования политического характера, связанные с увеличением влияния законодательного органа на деятельность правительства: расширить права Думы в сфере утверждения бюджета и в областипроверки деятельности Министерства финансов, вывести ведомство Государственного контроля из состава Совета министров для полной независимости его работы. Министр финансов Коковцов оспаривал демагогические и политические требования депутатов, при этом соглашаясь с некоторыми конструктивными замечаниями и внося коррективы в деятельность своего ведомства. Его высокий профессионализм и ораторский талант помогали ежегодно успешно проводить бюджет через утверждение Думы с минимальными изменениями. Немалую роль в этом играла и поддержка крупнейшей фракции - октябристов.
Статья детализирует события 14 декабря 1917 г. в Петрограде, когда в городе была проведена национализация 28 частных банков. Сделан акцент на кадровом обеспечении проведения данной специальной банковской операции осенью 1917 г. Ключевая идея В. И. Ленина была реализована в 1917 г. В. Р. Менжинскими другими большевистскими деятелями. Раскрывается особая роль в национализации частных банков руководителя наркомата финансов В. Р. Менжинского: он отвечал за указанный тщательный подбор финансовых кадров в наркомате и за проведение самой операции. Рассмотрен поиск специалистов по банковскому делу в среде большевистских деятелей. Указаны личные рекомендации В. Р. Менжинского, Н. И. Бухарина, Я. М. Свердлова. Также анализируется привлечение внепартийных банковских работников, сочувствовавших советской власти. Указана особая роль представителей двух крупных российских банков - Русского для внешней торговли банка и Соединенного банка. Впервые раскрыта роль А. Р. Менжинского, старшего брата В. Р. Менжинского, крупного банковского работника, привлеченного к разработке мер по национализации частных банков в Петрограде. Уточняется семейная история Менжинских, которая ранее искажалась в ряде исследований, что приводило к ошибочной интерпретации декабрьских событий 1917 г. в Петрограде. Критически анализируется ряд воспоминаний о ходе проведения национализации частных банков в Петрограде, вводятся материалы неопубликованных личных источников, а также периодической печати.
В статье рассматривается связь процессов политизации, радикализации, милитаризации, брутализации, с одной стороны, и нарастания абсентеизма, апатии, разочарования в политике - с другой. Показано, что для оценки эффективности политической мобилизации необходимо изучать не только усилия основных политических акторов, ведущих борьбу за власть, но и бездействие, политическую демобилизацию, апатию, пассивность. Проанализирован язык описания этих эмоциональных состояний, публично используемый представителями различных сил в своих политических целях. Подходы политической истории соединяются с изучением сознания революционной эпохи. Сделан вывод о том, что важнейшим фактором, оказавшим воздействие на развитие кризиса осенью 1917 г., была политическая демобилизация групп, прежде с энтузиазмом воспринимавших изменения в политической жизни. Подобное изменение эмоционального режима приводило к изоляции сторонников политического компромисса. Успех большевиков определялся не только эффективностью их политической мобилизации, но и раздробленностью бывших сторонников Временного правительства, нарастанием политической апатии среди различных слоев населения. Наряду с процессами нарастания абсентеизма, деполитизации и апатии часть активистов, вовлеченных в политическую жизнь после Февраля, оставалась вовлеченной в политику, но при этом политика все более испытывала воздействие брутализации и милитаризации, что во многом определялось политизацией вооруженных сил. Вера в то, что страну может спасти лишь решительное подавление врага, была характерна для акторов различных политических взглядов. Авторы продолжают традиции исследования политического сознания и политической культуры, начатого представителями ленинградской школы истории революции.
В статье раскрываются особенности социально-экономического положения Пермской губернии в период реставрации органов власти Временного Всероссийского правительства. Актуальность темы обусловлена ее недостаточной изученностью вследствие неполного исследования архивных документов, относящихся к данному периоду. Источниками для написания статьи послужили ранее не опубликованные документы Пермского архива. Среди них - рапорты управляющих уездами и начальников милиции о происшествиях на имя управляющего Пермской губернией Н. П. Чистосердова (фонд Р-746), утвержденного приказом Верховного правителя 26 декабря 1918 г. Кроме того, представленные десять единиц хранения включают такие источники, как телеграммы, ведомости о происшествиях, сообщения, переписку о настроениях населения. Стоит выделить документы о пропаже бриллиантового перстня капитана В. Богданова во время стоянки поезда А. В. Колчака в Екатеринбурге. Разные типы источников охватывают различные сферы жизни, что позволяет воссоздать более полную картину прошлого, этим и объясняется их выборка в данном исследовании. Что касается лично написанных и подписанных Н. П. Чистосердовым документов, то таковых встречается немного. Практически все они носят обобщающий или распорядительный характер. Основным методом исследования стал сравнительно-исторический. Для того чтобы определить авторство документов, требовалось изучить несколько единиц хранения за один и тот же период времени. Восстановить целостную картину описываемых событий первой половины 1919 г. помогли идеографический и проблемно-аналитический методы. Объект исследования - документы Пермского архива (отчеты, рапорты, переписка, сводки, анкеты) за первую половину 1919 г., предмет исследования - социально-экономическое положение Пермской губернии, отображенное в представленных архивных документах. Наибольший интерес представляет «Журнал заседания съезда управляющих уездами Пермской губернии» за период с 16 по 18 февраля 1919 г. Это единственное дело, которое позволяет установить фамилии управляющих уездами и наиболее важные вопросы, которые обсуждались управляющими после ухода большевиков. Несмотря на ограниченные хронологические рамки и небольшой объем содержания, «Журнал» является уникальным источником как свидетельство совместной работы управляющих уездами по решению текущих вопросов.
Статья посвящена использованию понятия «гражданская война» в политической борьбе периода Российской революции 1917 г. В фокусе внимания - репрезентации радикальных социалистов: большевиков как партии и тех, кого современники изображали «большевиками», - как «партии гражданской войны» с начала Февральской революции и до апрельского кризиса. Автор изучает контексты высказываний и политическое использование понятия «гражданская война», проясняет понимание различными акторами условий возникновения гражданской войны, способы оправдания политического действия и приемы дискредитации противников через ассоциацию с гражданской войной. Внимание также уделяется использованию лексем, находящихся с «гражданской войной» в одном семантическом ряду («смута», «междоусобная война» и ряд других). Впервые большевики были ассоциированы с гражданской войной в марте, что было связано с пропагандой частью левых радикалов лозунга превращения империалистической войны в гражданскую войну и агитацией за власть Советов в первые дни революции. Интерпретация «большевиков» как «партии гражданской войны» стала частым инструментом их политических противников с момента приезда В. И. Ленина в Петроград в начале апреля. Вооруженные столкновения в дни апрельского кризиса привели к тиражированию образов левых радикалов как сторонников гражданской войны, навязыванию основной движущей силе антиправительственных демонстраций 21 апреля - рабочим Петрограда - ярлыка «ленинцев». Последнее побуждало рабочих к усвоению языка классовой борьбы, политической радикализации и оправданию насилия против «буржуазии». Обращения к образу гражданской войны в рамках пропагандистского противостояния различных политических сил в 1917 г. стали важным этапом культурной подготовки Гражданской войны в России.