Актуальность. Реалии последних лет (в их числе и специальная военная операция на Украине) свидетельствуют резко о возросшей вероятности угрозы ядерного терроризма. В этой связи актуальным представляется анализ опыта ликвидации медицинских последствий аварии на Чернобыльской атомной электростанции (ЧАЭС) в 1986 г. – крупнейшей в истории техногенной радиационной катастрофы.
Цель – анализ влияния факторов риска на продолжительность жизни ликвидаторов последствий аварии на ЧАЭС.
Методология. Проведен анализ первичных учетных документов, находящихся во Всеармейском медицинском регистре Минобороны России и содержащих информацию о 158 ликвидаторах последствий аварии, работавших на ЧАЭС в 1986 г. Изучена информация о связи продолжительности их жизни с поглощенной дозой внешнего γ-, β-излучения, возрастом на момент заезда на станцию, продолжительностью командировки, фазой аварии, характером профессиональной деятельности.
Результаты и их анализ. Установлено отсутствие устойчивой связи между величиной поглощенной дозы внешнего γ-, β-излучения и продолжительностью жизни ликвидаторов. Основными факторами, влияющими на продолжительность жизни ликвидаторов последствий аварии на ЧАЭС в 1986 г., являются: возраст на момент заезда (менее 40 лет), продолжительность работы на станции (более 50 сут), пребывание на станции в «острой» фазе аварии, участие в выполнении работ «высокого риска». Величина поглощенной дозы внешнего γ-, β-излучения не имеет существенной роли в качестве фактора риска продолжительности жизни ликвидаторов аварии.
Заключение. Результаты проведенного исследования позволяют сделать вывод, что длительность пребывания в радиационно-опасной зоне и возраст ликвидаторов на момент заезда следует отнести к факторам высокого риска, влияющим на продолжительность жизни участников ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС. В то же время, ни один из изученных предикторных факторов не оказал существенного влияния на 25‑летнее дожитие ликвидаторов аварии на Чернобыльской АЭС.
Актуальность. При углубленном обследовании участников ликвидации последствий аварии (ЛПА) на Чернобыльской АЭС (ЧАЭС) во Всероссийском центре экстренной и радиационной медицины им. А.М. Никифорова МЧС России установлен факт выявления у них более высокой частоты хронического атрофического гастрита относительно группы сравнения. В сочетании с метаболическим синдромом его клинические проявления характеризовались нечеткостью и разнообразием. Учитывая низкую комплаентность пациентов к инвазивным диагностическим процедурам и возрастание рисков развития аденокарциномы желудка по мере прогрессирования хронического атрофического гастрита, требуется расширить лабораторную оценку течения этой патологии у ЛПА на ЧАЭС с метаболическим синдромом.
Цель – выявить лабораторные маркеры сочетанного течения хронического атрофического гастрита и метаболического синдрома у ЛПА на ЧАЭС.
Методология. 97 мужчин, ЛПА на ЧАЭС разделили на группы с наличием и отсутствием метаболичекого синдрома. Количественное определение концентрации пепсиногена-I, пепсиногена-II, гастрина-17 и H. Pylori-IgG в плазме крови проводили иммуноферментным методом с использованием комплекса систем реагентов «GastroPanel» («BIOHIT», Финляндия) в соответствии с инструкцией производителя. Иммунохемилюминесцентным методом измерили концентрации в сыворотке крови витамина D («Access 2», «Beckman Coulter», США), витамина В12 («UniCel DxI», «Beckman Coulter», США) и гомоцистеина («Immulite 2000 XPI», «Siemens», США). Статистический анализ проводили с помощью программы Statistica 10.0.
Результаты и их анализ. На основании лабораторной оценки, частота выявления атрофии слизистой оболочки желудка была выше при наличии метаболического синдрома как у ЛПА на ЧАЭС, так и у лиц группы сравнения. У ЛПА на ЧАЭС на фоне дефицита витамина В12 содержание в крови гастрина-17 удваивалось при наличии метаболического синдрома, а медиана его концентраций была в 4 раза больше верхней границы референтного диапазона. Уровень пепсиногена I был меньше 70 мкг/л в 57,1 % случаев сочетания дефицита В12 и метаболического синдрома. В 70 % случаев у ЛПА на ЧАЭС с фундальным хроническим атрофическим гастритом выявлено сочетание патологических показателей, а именно: дефицит витамина B 12, гипергомоцистеинемия, пепсиноген I – меньше 30 мкг/л, гастрин-17 – больше 30 пмоль/л, пепсиноген I/пепсиноген II – меньше 3. У ЛПА на ЧАЭС с фундальным хроническим атрофическим гастритом содержание витамина D было недостаточным независимо от наличия у них метаболического синдрома. Уровень витамина D у ЛПА на ЧАЭС с антральным хроническим атрофическим гастритом без метаболического синдрома соответствовал достаточному количеству, в то время как при наличии метаболического синдрома отмечали недостаток витамина D, близкий к дефициту.
Заключение. Наличие метаболического синдрома и дефицит витамина В12 ассоциированы с большей выраженностью лабораторных признаков атрофических изменений слизистой оболочки тела желудка у ЛПА на ЧАЭС. Обоснована необходимость определения уровня гомоцистеина и витаминов D и В12 в составе клинико-лабораторного наблюдения за состоянием здоровья ЛПА на ЧАЭС с наличием метаболического синдрома и хронического атрофического гастрита.