Введение. Становление международного уголовного правосудия прошло продолжительный путь от разработки доктринальных моделей до создания действующих международных трибуналов и институционализации системы уголовной юстиции на международном уровне. Этот процесс отличался неоднородностью и нелинейностью, однако преобладала тенденция к систематическому совершенствованию доктрин, нормативных актов и процедур, направленных на повышение эффективности судопроизводства. Значимой составляющей развития международного уголовного правосудия стало формирование института ответственности за преступления против отправления правосудия, создающие серьёзные препятствия в борьбе с тяжкими нарушениями международного права и подрывают доверие к судебной системе. Несмотря на острую и раннюю потребность в таком институте, его формирование было запоздалым, прогрессивным и продолжается по сей день. Оно обусловило появление новой категории подсудности органам международной уголовной юстиции. Ее особенности в свою очередь предопределили появление новых способов реализации обвинительной функции международных судов. Материалы и методы. Нормативную, эмпирическую и информационную основу статьи составили международные договоры, акты международных организаций по учреждению международных судебных органов; внутренние акты международных судебных органов (правила процедуры и доказывания, кодексы поведения и этики сотрудников, отчеты о деятельности, практические руководства); материалы уголовных дел, находящихся в производстве международных уголовных судов (судебные решения, протоколы судебных заседаний, письменные и устные ходатайства сторон и иных участников процессов). Методологической основой стало взаимодополняющее использование философских и общенаучных подходов в сочетании с методами специального юридического анализа. Результаты исследования. Формирование института ответственности за преступления правосудия требует научной квалификации этой новой категории уголовных дел. Для их обозначения можно использовать термин «субсидиарная подсудность». Появление нового класса дел, подсудных международным уголовным судам, обусловило потребность в адаптации к их особенностям института обвинения. Изначально субъектом обвинения по таким делам выступали судьи, однако с увеличением количества дел и усложнением форм посягательств появились новые подходы: полномочие обвинения передали уставному обвинителю, а затем назначаемому судом лицу — amicus curiae, именуемому также «прокурор (обвинитель) amicus curiae». Обсуждение и заключение. Институт прокурора amicus curiae обладет несколькими ключевыми недостатками, снижающими его эффективность в борьбе с преступлениями против международного уголовного правосудия: ситуативный характер преследований; отсутствие преемственности и согласованности в расследованиях; ограниченные материально-технические и кадровые ресурсы; невозможность превенции. Для устранения этих проблем предлагается ввести отраслевую специализацию обвинения в международных уголовных судах. Такое разделение функций соответствует практике большинства национальных юрисдикций и адаптировано под международные стандарты.
Введение. В статье приводится исследование международно-правовых аспектов иммунитета высших должностных лиц государства от уголовной юрисдикции МУС в свете недавнего политически ангажированного решения Суда от 24 октября 2024 г. о несоблюдении Монголией обязанности по сотрудничеству с МУС путем неисполнения запроса об аресте и передаче президента Российской Федерации. Автор оценивает выводы МУС на предмет их соответствия нормам обычного международного права, отраженным в представленном КМП в июне 2022 г. проекте статей об иммунитете должностных лиц государства от иностранной уголовной юрисдикции, а также положениям Части 9 Римского статута.
Материалы и методы. При проведении исследования автор использовал следующие общенаучные и специальные методы: синтез, анализ, индукция, дедукция, диалектический, формально-юридический, системно-структурный, сравнительно-правовой методы, экстраполяция и аналогия.
Результаты исследования. Автор приходит к выводу о порочности позиции МУС о том, что Монголия по запросу МУС была обязана арестовать главу государства, не участвующего в Римском статуте. Подход Суда противоречит как нормам обычного международного права, в соответствии с которыми глава государства обладает иммунитетом ratione personae от любой иностранной уголовной юрисдикции, так и положениями ст. 98 (1) Римского статута, которая запрещает Суду обращаться к государствам-участникам Статута с запросом об аресте и передаче наделенного иммунитетом должностного лица государства, не участвующего в Статуте, предварительно не заручившись поддержкой данного третьего государства в вопросе снятия иммунитета. Более того, изобилующее ссылками на интересы человечества решение обнажает отсутствие у МУС фактических и юридических полномочий по принуждению государств к исполнению ultra vires запроса об аресте и передаче, выданного в отношении главы государства, не участвующего в Римском статуте.
Обсуждение и заключение. В качестве заключения автор предлагает подход, в соответствии с которым возможность выдачи и исполнения запроса об аресте и передаче главы государства, не участвующего в Римском статуте, зависит от участия Совета Безопасности ООН в передаче ситуации на рассмотрение МУС. Данный подход в полной мере согласуется с заключением Международно-правового совета при МИД России «Проблемы правомерности деятельности Международного уголовного суда».
Введение. Для института уголовной ответственности индивида характерен ряд принципов, характеризующих и уточняющих его международноправовое содержание. В данной статье научное внимание сконцентрировано на принципе запрета повторного осуждения лица за одно и то же преступление (ne bis in idem). В контексте исследования представляется целесообразным рассмотреть не только процесс закрепления на международно-правовом уровне указанного принципа, но и особенности его содержания, правовой природы, а также выявить те проблемы, которые возникают в ходе правоприменительной практики. С учетом появления органов международного уголовного правосудия, функционирующих наряду с национальными судебными системами, вопрос о риске повторного привлечения к ответственности лица приобретает особую значимость.
Материалы и методы. В основе проведенного исследования лежат следующие общенаучные и специальные методы познания: системный, сравнительноправовой, историко-правовой, метод логического и структурного анализа.
Результаты исследования. Проведенный анализ международно-правовой основы регулирования, доктринальных исследований и правоприменительной практики позволил выявить различия в содержании принципа ne bis in idem в учредительных актах органов международного уголовного правосудия ad hoc и в Римском статуте Международного уголовного суда. Обозначены проблемы применения принципа ne bis in idem в практике МУС в деле Ж. Катанга, конкретно, в контексте толкования Судом ст. 108 Римского статута, что позволяет сделать о фактическом нарушении указанного принципа.
Обсуждение и заключение. Анализ юридической основы принципа nе bis in idem дает основание для констатации, что безусловный характер он имеет только в рамках юрисдикции одного государства, но не распространяется автоматически на решения, вынесенные иностранными судебными органами. Что касается международного уголовного правосудия – здесь принцип nе bis in idem в большей степени имеет роль регулятора, определяющего выбор в пользу юрисдикции той или иной юрисдикции, нежели гаранта защиты прав обвиняемого.