Введение. В условиях глобальных политических и экономических трансформаций возрастает значение региональных интеграционных объединений, создающих широкие возможности для укрепления позиций государств на международной арене, обеспечения их стратегической автономии, защиты национальных интересов, экономического роста, а также поддержания мира и стабильности. В последнее десятилетие заметно активизировал свою деятельность Африканский союз (АС), формирующий собственную интеграционную модель, частично опирающуюся на опыт Европейского союза (ЕС). Сравнение АС и ЕС демонстрирует, что они представляют собой два качественно различных интеграционных объединения, формировавшихся в разных исторических, институциональных и социально-экономических условиях.
Материалы и методы. Нормативной базой послужили учредительные акты и юридически обязательные документы ЕС и АС, протоколы, решения институтов объединений, а также акты «мягкого права». Методологическую основу исследования составили следующие общенаучные и специальные методы познания: сравнительно-правовой, формально-юридический, формально-логический, структурно-функциональный и системный. Результаты исследования. Проведенный сравнительный анализ выявил глубокие различия в предпосылках, ценностных основаниях, институциональной архитектуре и механизмах финансирования ЕС и АС. ЕС демонстрирует устойчивость благодаря развитой системе наднационального правосудия, политической культуре солидарности и общему правопорядку. В отличие от него, институциональные механизмы АС находятся на стадии становления. Заложенные колониальными державами разломы между африканскими государствами и финансовая зависимость АС от внешних доноров также существенно ограничивают интеграционный потенциал континента.
Обсуждение и заключение. Несмотря на заимствование АС отдельных элементов европейской модели, африканская интеграция развивается по собственному, уникальному пути. Дальнейший прогресс АС возможен при усилении финансовой автономии, укреплении политической воли государств-членов и формировании действенных правовых механизмов обеспечения исполнения обязательств. Рассмотренный опыт ЕС подтверждает ключевую роль права и наднациональных институтов в успешной интеграции, что делает их развитие приоритетным направлением для Африканского союза.
Введение. В статье представлен анализ деятельности Европейского союза в области безопасности и обороны. На протяжении более 30 лет в рамках ЕС реализуется общая внешняя политика и политика безопасности (ОВППБ). При этом межправительственный характер указанного сотрудничества, а также нежелание государств-членов терять контроль над сферой безопасности и обороны во многом сдерживал развитие данной политики. После начала специальной военной операции основное внимание в рамках военного измерения ЕС было сосредоточено на развитие военно-промышленного комплекса государств- членов. Для достижения поставленной цели стали использоваться традиционные правовые инструменты в рамках внутреннего рынка и экономической политики. Это позволило избежать тех ограничений, которые предусмотрены для ОВППБ. Иными словами, полномочия ЕС в промышленной и экономической политике открыли для ЕС новые возможности играть более значимую роль в военной сфере.
Материалы и методы. В качестве методологической основы исследования выступили традиционные общенаучные и специальные методы познания правовых явлений: сравнительно-правовой метод; метод научного анализа; формально-юридический метод; метод синтеза социально-правовых явлений.
Результаты исследования. В результате проведенного исследования автор пришел к выводу о том, что деятельность политических институтов ЕС в военной сфере перестают играть исключительно координирующий характер. За достаточно короткий срок был принят целый пакет законодательных актов, устанавливающих новые правила в бюджетной, промышленной и иных сферах, которые приводят к формированию общей военно-промышленной политики на уровне всего Союза и усилению роли Европейской комиссии в этой сфере.
Обсуждение и заключение. Создание общих механизмов закупки вооружений, регулирования военно-промышленного комплекса и привлечения инвестиций может привести к нарушению самостоятельности государств-членов в сфере обороны и безопасности. Фактически политика ЕС в военной сфере должна привести к формированию Европейского рынка обороны, благодаря которому Союз получит возможность существенно усилить свою роль в указанной сфере без создания полноценного военного союза. Исследование показывает.
Введение. В статье рассматриваются полномочия Евразийской экономической комиссии (далее – ЕЭК, Комиссия) и Европейской комиссии (далее – ЕК, Комиссия) в сфере контроля (надзора) за исполнением норм права интеграционных объединений государствами-членами и хозяйствующими субъектами, их объем, пределы компетенции и влияние на развитие интеграционных процессов в Евразийском экономическом союзе (далее – ЕАЭС) и Европейском союзе (далее – ЕС), а также роль судов соответствующих интеграционных объединений в реализации комиссиями рассматриваемой функции. Кроме того, автором рассмотрена и проанализирована соответствующая правоприменительная практика ЕЭК и ЕК, а также правовые позиции судов рассматриваемых интеграционных объединений.
Материалы и методы. В настоящем исследовании использованы труды как российских, так и зарубежных специалистов в области европейского права и права ЕАЭС, а также проанализированы правовые акты ЕС и ЕАЭС. В ходе исследования использовались общенаучные методы познания – анализ, синтез, индукция, дедукция. Также в работе использовались специальные юридические методы – формально-юридический, технико-юридический, метод юридической аналогии, а также сравнительно-правовой метод.
Результаты исследования. В результате проведенного исследования выявлено, что несмотря на функционирование ЕАЭС уже более 10 лет, в деятельности ЕЭК по контролю (надзору) за исполнением государствами-членами и хозяйствующими субъектами права ЕАЭС существуют определенные проблемы. В частности: невозможность обращаться в Суд ЕАЭС с заявлением о привлечении к ответственности государства-члена, нарушившего нормы права ЕАЭС; отсутствие в праве ЕАЭС процедуры предварительного уведомления ЕЭК о принятых государствами-членами актах; наличие фрагментарности в правовом регулировании осуществления ЕЭК контрольной (надзорной) функции за исполнением хозяйствующими субъектами права ЕАЭС. Выявленные проблемы затрудняют эффективное исполнение ЕЭК своих обязанностей в рассматриваемой части, в связи с чем их возможно разрешить посредством, в том числе, использования положительного опыта Европейской комиссии по осуществлению контрольных (надзорных) полномочий за исполнением права Европейского союза.
Обсуждение и заключение. Наличие указанных в статье проблем в сфере осуществления ЕЭК контрольных (надзорных) полномочий обуславливает необходимость внесения комплексных изменений в Договор о ЕАЭС, акты органов ЕАЭС, а также издание новых актов, которые будут регулировать вопросы, которые до настоящего времени не регламентированные правом ЕАЭС. Таким образом, по итогам сравнительно-правового анализа полномочий автором выявлены проблемы и сформулированы выводы по сходству и различиям в правовом положении ЕЭК и ЕК в части осуществления ими контрольных (надзорных) полномочий. Определены тенденции развития правоприменительной практики Комиссий в части, касающейся исполнения государствами-членами и хозяйствующими субъектами, обязательств в рамках соответствующих интеграционных объединений. Представлены пути совершенствования реализации Евразийской экономической комиссией контрольной (надзорной) функции на основе выявленного положительного опыта Европейского союза.
Введение. Расширение использования возобновляемых источников энергии (ВИЭ) признается одним из способов решения проблемы изменения климата. При этом ВИЭ фактически является «антагонистом» традиционных природных ресурсов, которые неравномерно распределены среди государств, поэтому формирование международно-правового режима, на основании которой будет осуществляться управление возобновляемыми источниками энергии, требует взвешенного подхода. В настоящей статье автор анализирует ключевой компонент, необходимый для формирования такого режима – понятие «возобновляемые источники энергии». На примере документов международных организаций, содержащих определения ВИЭ, автор устанавливает основные критерии и формулирует перечень источников энергии, которые в целом признаются в качестве возобновляемых: энергия ветра, воды, солнечная энергия, энергия биомассы, геотермальная энергия, энергия океана и рек.
Материалы и методы. Методологическую основу исследования составили общенаучные методы (анализ, синтез, индукция, дедукция, сравнение, классификация, систематизация, прогнозирование) и частнонаучные методы (формально-юридический, сравнительно-правовой). В исследовании использованы документы универсальных международных организаций (ООН, МЭА, ИРЕНА), в которых предпринимаются попытки сформулировать определение ВИЭ. Автор также анализирует источники права ЕС, регламентирующие сотрудничество в области возобновляемой энергии, и документы в рамках СНГ.
Результаты исследования. В статье проведен анализ концепции ВИЭ международном праве. Установлено, что при формулировании общего понятия используются количественный критерий (превышение скорости воспроизведения источника над скоростью его потребления) и качественный (степень «устойчивости» с точки зрения воздействия на окружающую среду). Поскольку ни один из известных источников энергии не является полностью нейтральным в отношении такого воздействия, критерий «устойчивости» используется для выделения источников, которые несут существенно меньшую антропогенную нагрузку, чем другие. Автор также выявил ряд источников энергии, которые отвечают критерию возобновляемости, но не признаются в качестве ВИЭ (ядерная энергетика), либо не входят в состав ВИЭ, в отношении которых государства желают развивать международное сотрудничество (отдельные виды гидроэнергетики, традиционная биомасса). Также выделены ВИЭ, в отношении которых рекомендовано придерживаться принципа предосторожности в силу недостаточной изученности соответствия критерию устойчивости (геотермальная энергия).
Обсуждение и заключение. Автор делает вывод, что в международном сообществе сложилось понимание критериев отнесения источников энергии к ВИЭ, а их перечень согласовывается в зависимости от актуальных потребностей межгосударственного взаимодействия (для универсальных организаций это в большей степени обмен опытом «наилучших практик» поощрения ВИЭ, для региональных также – механизмы сотрудничества в рамках транснациональных проектов и гармонизация законодательств). Это дает основания для оптимизма по поводу достижения консенсуса относительно понятия ВИЭ, что является ключевым фактором для становления соответствующего международно-правового режима.