В статье на основании коллективной монографии «Европа в кризисном мире» под редакцией член-корр. РАН Ал. А. Громыко проведен анализ основных тенденций развития современной Европы в условиях мирового кризиса и глубокой трансформации международных отношений. Рассмотрен широкий комплекс проблем, включая место Европы в складывающейся расстановке сил в мире и усиление процессов децентрализации и региональной интеграции, сильные и слабые стороны европейской стратегии противодействия пандемии коронавируса, новую конфигурацию, сложившуюся в регионе ввиду выхода Британии из ЕС и развития интеграционных процессов на постсоветском пространстве. Отмечены сложность и противоречивость процессов в экономической и социальной сферах Европы, которые ставят под вопрос вероятность углубления интеграции в рамках Евросоюза. Отдельно рассмотрены проблемы европейской безопасности и перспективы отношений России и Запада, включая европейские объединения и государства
В статье рассмотрена проблема гибридной идентичности представителей второго/третьего поколения европейских мусульман, ставшая следствием неудачи различных стратегий интеграции мигрантов в европейское общество. В исследовании выявлено, что значительная часть представителей второго/третьего поколения европейских мусульман принимает коллективный европейский социально-культурный контекст (прежде всего ценности вторичной социализации), но одновременно высказывает предпочтения, детерминированные религией и мало совместимые с европейскими ценностями. В статье сделаны выводы, что большинство представителей второго/третьего поколения мигрантов идентифицируют себя не через национальную принадлежность родителей или европейскую идентичность, а через религиозную идентичность. Таким образом, религиозная принадлежность оказывается сильнее обеих идентичностей. Именно религия выступает одним из сдерживающих барьеров интеграции мигрантов в секулярное европейское общество. Вместе с тем мобилизация религиозной идентичности лежит в основе формирования гибридной идентичности европейских мусульман второго/третьего поколений
Торговые фактории голландцев существовали в Хирадо, а затем в Дэсиме на севере-западе острова Кюсю с 1609 г. по 1855 г. Этот период условно можно разделить на две части. В XVII в. и в начале XVIII в. отношения японцев и голландцев отличались взаимной заинтересованностью в торговле и готовностью последних беспрекословно подчиняться жестким правилам пребывания в Японии. Вторая половина характеризуется снижением объемов торговли и ростом взаимного интереса. Объем торговли начал снижаться после того, как сѐгунат в 1668 г. запретил экспорт золота и серебра. Несмотря на то, что вывоз меди компенсировал эти убытки, в 1743 г. торговля перестала быть прибыльной. В 1799 г. Голландская Ост-индская компания (VOC) перестала существовать. Это было связано как с потерей рынков в Персии, Индии и Европе, так и с ростом конкуренции с Англией и Францией в борьбе за колониальные рынки. Другая причина банкротства компании – управленческие ошибки руководства: VOC выплачивала дивиденды акционерам в Нидерландах, превышающие ее доходы. Несмотря на экономические потери, обе стороны не спешили прекращать отношения. Для Японии Дэсима оставалась окном в Европу, через которое они получали знания о внешнем мире, о его научных и технических достижениях. Нидерланды, сохраняя факторию в Японии, исходили не только из стремления поддержать статус глобальной империи, но и возможности изучить уникальный интеллектуальный и культурный потенциал японцев. Появление в Японии квалифицированных переводчиков с голландского языка совпало с возникновением интереса у сѐгуната к развитию науки, что открыло для страны источник знаний и привело к возникновению новой отрасли науки – рангаку, которая в переводе означает голландская наука
В статье проанализированы причины, побудившие правительства и экспертов обратить повышенное внимание на деятельность религиознополитической ассоциации суннитов «Братья-мусульмане» (БМ) и ряда шиитских групп (прежде всего «Хезболла») на территории стран ЕС. Это связано не только с терактами исламистов во Франции и Австрии в 2020 г., породившими ответные меры, но и с растущим влиянием мусульманских организаций на общественную и политическую жизнь стран Старого Света. В статье проанализированы средства, методы и механизмы, характерные для группировок, связанных со структурами БМ и «Хезболла» в Европе, специфика их деятельности в сравнении со странами Ближнего Востока. В то время как авторитет и влияние радикальных организаций заметно ослабевают в ближневосточном регионе, в Старом Свете им удается стать частью актуального политико-идеологического дискурса, прибегая к левой риторике, чтобы скрывать свою исламистскую сущность. Они пытаются получить ресурс поддержки, эксплуатируя распространяющиеся в мусульманских общинах чувства ущемленности и уязвимости в окружающей их социальнополитической среде. По мере обострения межцивилизационных отношений в Европе радикальные группировки все чаще публично претендуют на статус защитников униженных мусульман. Таким образом, они пытаются легализовать радикальные взгляды и стратегии. Дальнейшее обострение противостояния политических элит в странах ЕС и исламских радикалов представляется неизбежным. Исламистский радикализм стал одним из факторов политической жизни Евросоюза