Показана необоснованность отождествления знания и истины, которое приводит к невозможности установить гносеологический статус категории заблуждения, поскольку заблуждение - вид знания. По значимости категория заблуждения сравнима с категорией истины, так как заблуждение неизбежно сопровождает научный поиск. На основе объединения принципов научного реализма и конструктивизма разработана непротиворечивая модель соотношения категорий знания, истины, заблуждения. Отмечено, что определение истины как знания, соответствующего действительности, является неточным, так как неявно допускает существование знания, не соответствующего действительности. Но ментальный феномен, не соответствующий какой-либо действительности, не может считаться знанием, например, бред сумасшедшего. Показано, что данные трудности преодолимы, если использовать идущий от Аристотеля и напрасно подвергающийся сейчас забвению принцип отражения как воспроизведения свойств предмета без материи последнего. Отражение - родовое понятие для категории знания, а знание - родовое понятие для категории истины и заблуждения. Отражение бывает материальным (оттиск перстня в примере Аристотеля) и ментальным, или идеальным, т. е. знанием. А знание делится на истину и заблуждение. Доказано, что и истина, и заблуждение соответствуют объекту, но истина - сущности объекта, а заблуждение - только некоторым проявлениям сущности, его видимости, например, геоцентрическая система в астрономии. Дана критика радикального конструктивизма. Показано, что конструктивный характер познания не исключает, а дополняет его отражательную сущность. Принцип конструктивизма может быть продуктивным, только если он соединяется с принципом научного реализма. Установлено, что конструктивизм и на чувственно-эмпирическом, и на рационально-теоретическом уровне заключается в создании моделей, максимально сходных с реальностью, формирование таких моделей характеризуется категорией отражения.
Исследован феномен ранних государств Древнего Египта и Месопотамии через анализ их политической теологии. Выявлены сакральные основания царской власти и опреде-лен статус носителей знания в структуре первых государственных образований. Показано, что «первичные» государства представляли собой сложные ритуально-символические системы («государства-храмы»), основанные на теологии цар-ственности. Власть монарха трактовалась как делегированная свыше и сочетающая суверенные и пастырские функции. Научная новизна заключается в идентификации жрецов-заклинателей (ишибов в Месопотамии и херихебов в Египте) как первых ин-теллектуалов древности, которые сочетали эзотерические знания с высоким поло-жением в государственной иерархии. Особое внимание уделено роли письменности не только как инструменту управления, но и как сакральному явлению.