В статье рассматриваются архаические элементы традиционной свадьбы калмыков России и ойратов, проживающих в Китае и Монголии, связанные с фольклорно-мифологическими представлениями о еже, в которых ёж является основателем брачных отношений. Изучение фольклора народов, которые имеют богатую историю и уникальные традиции, способствует сохранению их культурного наследия. В условиях глобализации и доминирования массовой культуры, исследование устной традиции становится особенно актуальным для понимания и сохранения этнической самобытности. Исследование фольклора в контексте современных реалий позволяет выявить, как традиционные жанры адаптируются к новым условиям. В таком ракурсе данный вопрос исследуется впервые, что обуславливает новизну данного исследования. Цель исследования – изучение мифо-ритуальной стороны традиционной свадьбы, которая связана с образом ежа. Основным материалом исследования послужили имеющиеся фольклорные и полевые образцы калмыков России и ойратов Западной Монголии и Синьцзян-Уйгурского автономного района Китая (далее – СУАР), записанные как в конце XIX в., так и в настоящее время. Для выявления типологических параллелей были привлечены отдельные сведения народов Южной Сибири и маньчжуров. С помощью структурно-семантических и сравнительно-типологических методов проанализированы и реконструированы мифологические представления с многовековыми наслоениями, хранящими культурные коды народа. Результаты. Установлено, что образ ежа в устной традиции калмыков коннотирует с семейно-родовыми обычаями и свадебной обрядностью, что мифо-ритуальный комплекс, связанный с ежом, свидетельствует о некогда единых представлениях калмыков России, ойратов Западной Монголии и СУАР Китая. Показано, что в современных свадебных обрядах калмыков присутствует обязательный элемент – это цветные ленты-подвески (өлгц), символизировавшие испрашиваемую душу ребенка, которые невеста привозит с собой в дом жениха, но мифо-ритуальный смысл данного рудимента, описанный в предании о еже и в комментариях собирателя И. И. Попова, утрачен. Опоясывание черно-белым волосяным поясом (хошлң) новой юрты для молодой семьи является неотъемлемой частью свадебного обряда ойратов Западной Монголии и СУАР Китая. Выводы. Исследование позволило выявить единые мифо-ритуальные представления о еже, как о культурном герое, обладающем даром антиципации и являющемся миксантропической фигурой; определить общие корни архаического элемента свадебной обрядности калмыков и ойратов – цветных лент-подвесок «ɵлгц», черно-белого пояса юрты (хошлң) и проследить их трансформацию в новых реалиях.
В представленной статье исследуются особенности реализации образа ежа в устно-поэтической традиции ряда народов Северного Кавказа. Цель работы – изучение обозначенного образа на предмет выявления универсальных черт и этнически индивидуальных особенностей его реализации в образцах устной словесности данного ареала с применением указателя сюжетов Аарне-Томпсона-Утера (ATU). Материалом исследования послужили фольклорные тексты и этнографические заметки о быте и культуре отдельных северо-кавказских этносов, выявленные методом сплошной выборки. В работе применены описательный, типологический, системный, сравнительно-исторический и сопоставительный методы анализа. Изучение выявленного материала показало, что для многих народов рассматриваемого ареала еж являлся в прошлом тотемным животным, однако информация о его культе сохранилась лишь в обрывочной форме (существование запрета на убийство, применение в ритуалах в качестве оберега, упоминания в пословицах, поговорках, загадках и т. п.). Данный образ в наиболее полной форме реализован в сказках. Выявлено, что, хотя еж в северо-кавказской фольклорной традиции и не относится к числу популярных героев-животных, с ним связан ряд универсальных, сходных с общемировыми сюжетов и мотивов, которые, тем не менее, были переосмыслены, переработаны, трансформированы и дополнены каждым народом в соответствии со своим миропониманием, менталитетом, чья специфика обусловлена целым комплексом причин, таких как особенности этногенеза, среды обитания, исторического развития, межкультурных коммуникаций. Сопоставление сказочных текстов с указателем ATU показало, что некоторые из встречающихся в мировом фонде сюжетов и мотивов с участием ежа, в устном народном творчестве северо-кавказских этносов соотносятся с другими животными персонажами, кроме того, в них реализован не весь спектр символических значений и функций рассматриваемого образа. Полученные в ходе исследования результаты могут найти применение при дальнейшем, более углубленном и детальном изучении образа ежа на материале отдельных этносов с целью выявления типологических и специфических черт, а описание мотивного фонда, касающегося образа ежа в северокавказском регионе, по ATU позволит внести анализируемые тексты в научный оборот и определить их место в мировой классификации фольклора.