В статье на основе предложенных редакцией журнала «Новое прошлое /The New Past» вопросов для дискуссии рассматриваются основные тенденции изучения взаимоотношений Московской Руси и пост-ордынских государств в раннее Новое время. Отталкиваясь от достижений современной отечественной историографии (работ А. Л. Хорошкевич, В. В. Трепавлова, И. В. Зайцева, А. В. Белякова и других), автор рассматривает проблему т. н. политического наследия Золотой Орды, предлагая отделять реальное политическое наследство, выразившееся в подчинении бывших ордынских улусов, от наследия идеологического, которое никогда не существовало в виде оформленной внешнеполитической концепции. Отмечая актуализацию золотоордынского нарратива в общественном сознании после 1991 г. и появление новых, позитивных по сравнению с прошлым, коннотаций в его оценке, автор подчеркивает, что в то же время этот нарратив не особенно сочетается с политикой исторической памяти современного российского государства, которая концентрируется на военных победах и триумфах прошлого.
Публикация подготовлена в плане актуальной дискуссии о судьбах приграничных славяно-тюркских взаимоотношений как очень противоречивых и многогранных. Показаны разноплановость интересов с обеих сторон, разграничение и взаимосвязь оседлого и кочевого мира. Обозначен т. н. «интерстадиал» (лат. «зазор между ступенями») как практически непременный этап вхождения ханств, орд и родоплеменных структур в состав Российского государства. Подчеркнут разноуровневый характер общения в сферах власти и дипломатии, боевой конкуренции и в личных контактах, непременных в соседних этносах. Привлечены примеры перехода от Астраханского ханства к российскому Астраханскому воеводству. Как любопытные предметы для рассмотрения предстают менявшие друг друга ситуации «войн» и «мира», положения «свои — чужие» в необычных вариантах «свои, осевшие среди чужих» и «чужие, но все более близкие к своим». Некоторые ситуации пока еще малоизучены: об особых интересах Османской Турции на Дону и на Волге, о мирном курултае на р. Казанке в середине августа 1551 г., о традициях трактовок давних событий, переживших столетия до наших дней и др
В статье рассматривается вопрос об истории изучения завоевании Казанского ханства и влияние идеологии на историографический процесс. В отечественной историографии сложились различные концепции по этой проблеме. Первая, широко распространенная в державной российской и советской историографии, утверждает, что завоевание Казани и Поволжья Русским царством было вызвано необходимостью и имело целью обезопасить свои границы от татарских вторжений, разорявших русские земли; само завоевание было целиком прогрессивным явлением и принесло народам Поволжья процветание, приобщив их к высокой русской культуре. Данная концепция не просто опирается на поддержку государства, но и является важнейшей часть державной идеологии. Вторая сложилась в татарской историографии еще во второй половине XIX в. и распространилась в российской либеральной историографии в 1920-е и 1990–2000-е гг., утверждая мысль о захватнической внешней политике Русского царства и колониальном характере порабощения народов Поволжья. Становление многонациональной России как демократического федеративного государства предполагает выработку иных, чем в империи, концепций своего возникновения, которые смогут представить более сложный и многомерный взгляд на историю
Распад Золотой Орды (Улуса Джучи) показан в статье как следствие многочисленных исторических ситуаций, возникших на обширном пространстве Евразии. Статья также посвящена выявлению тенденций, связанных с возникновением и развитием постордынских ханств, образовавшихся после распада Улуса Джучи. Показано, что возникшие на территории бывшей Золотой Орды «наследные» ханства продолжили золотоордынские этнополитические и культурно-цивилизационные традиции. Сделан вывод о том, что при всех реликтах единства Золотой Орды нельзя не видеть усиливавшуюся тенденцию к взаимному отдалению постордынских государств друг от друга. Выявленные авторами противоречивые тенденции развития ханств представлены на фоне отношений «нового» тюрко-татарского мира с Московским (Российским) государством. Стороны активно влияли друг на друга не только в военном отношении. В середине XVI в., с завоеванием Казанского ханства, начался новый этап во взаимоотношениях Москвы и постордынских ханств, амбивалентные оценки которых органично отразились в русской литературе второй половины XVI–XVII вв., включая популярную в российском обществе «Казанскую историю»
В статье рассматриваются особенности интеграционных процессов на Северном Кавказе. Анализируется специфика взаимодействия народов региона с российской властью. Показано влияние империи на процесс консолидации местных сообществ. Выясняются причины, затруднявшие трансформацию региона в соответствии с общегосударственными правилами межэтнического сосуществования. Демонстрируется преемственность задач, решаемых властями как в дореволюционный, так и в советский и постсоветский периоды. В значительной степени модернизация региона была инициирована государством, создававшим условия по выходу из состояния локальной обособленности. Существенную роль в этом процессе играло и играет русское население. Обеспечивая условия для сохранения народов Северного Кавказа в социокультурном, политическом и экономическом поле российской державности, власти готовы нести серьезные издержки, не только финансово подпитывая местную субъектность, но и предоставляя ей существенную автономию. Интеграционные усилия России заслужили неоднозначную оценку в исторической памяти народов региона, что используется в современной политической практике, в том числе в выстраиваемом диалоге с федеральным центром.
Представленная статья посвящена исследованию восприятия эмиграции россиян в США и другие регионы мира через Гамбург и Бремен российскими дипломатами в конце XIX–начале ХХ вв. Данная тематика не нашла достойного отражения в зарубежной и отечественной историографии, несмотря на наличие исследований, посвященных общим проблемам эмиграции россиян через территорию Германии. В качестве исторического источника выступают донесения министра-резидента в Гамбурге и консула в Бремене в МИД России, опубликованные в «Сборниках консульских донесений». Изучение данной темы позволяет на историческом материале проследить роль транзитных стран в процессе эмиграции и создания ими механизмов решения гуманитарных проблем мигрантов, чему Германии на рубеже XIX–XX вв. уделяла большое внимание. Эта проблема, к сожалению, актуальна для многих государств, ставших транзитными зонами в современной международной эмиграции. В процессе работы над темой использовались историко-сравнительный, историко-типологический методы. В результате исследования подчеркивается увеличение эмиграции россиян через Бремен и Гамбург после некоторого спада в середине 90-х гг. XIX в. Гамбург становится основным портом эмиграции подданных России. По мнению дипломатов, экономический фактор стал главной причиной эмиграции россиян. Они признавали успешность действий германских властей по улучшению положения эмигрантов на территории страны и условий их перевозки
Распад СССР, либеральные реформы, «война историографий» нанесли большей урон советской традиции плодотворного взаимодействия ученых и педагогов Юга России, заложенной Ю. А. Ждановым — выдающимся организатором науки и образования, ректором Ростовского университета и Председателем Северо-Кавказского научного центра высшей школы. В статье рассказывается о научно-педагогической деятельности известного ростовского ученого и педагога Андрея Вадимовича Венкова, которому 15 декабря 2024 г. исполнилось 70 лет, рассматривается вклад новой генерации ученых, подхвативших эстафетную палочку старших товарищей по дальнейшему углублению интеграции деятельности научных и образовательных учреждений в интересах сохранения и укрепления российской государственности на Северном Кавказе.