В статье исследуются вопросы реализации «советского проекта» на Северном Кавказе в 1920–1930-е гг. Анализ литературы позволил прийти к выводу, что данная проблематика, несмотря на очевидную актуальность, по-прежнему исследована недостаточно полно. Между тем, от взаимодействия федерального Центра и регионов зависит правильность принимаемых решений и их успешная реализация. Исходя из этого, целью статьи является анализ историографической ситуации вокруг истории рецепции «советского проекта» на территории северокавказских субъектов в межвоенный период.
Разнообразие толкований как термина «советский проект», так и механизмов его претворения не позволяет сложиться единой концепции, что, в конечном счете, вносит диссонанс в исследование проблемы. Данная статья носит постановочный характер, т. к. предполагается изучить основные тенденции в исторической науке, связанные с модернизацией, как более общей проблемы советской социальноэкономической и культурной жизни 1920–1930-х гг. Анализ литературы и архивных источников позволил прийти к выводу, что интеграция региона в социокультурное пространство страны дало определенные положительные результаты. Однако искусственное уравнивание этносов, стоявших на разных ступенях общественной жизни, привело к просчетам в проводившихся преобразованиях, а, следовательно, краху многих начинаний, часто идущих в разрез с традиционными формами жизни горского аула, что вызывало напряжение между населением и властью
Бунты, протесты, волнения в стенах духовных учебных заведений и участие их воспитанников в революционной деятельности во второй половине XIX–начале XX вв. навсегда отпечатались на страницах российской истории. Феноменальный характер данного явления обусловливается тем разительным диссонансом между эталонным образом христианского благочестия и реальным состоянием церковного юношества, который демонстрировала действительность. Обращение к этой теме, вероятно, никогда не потеряет своей актуальности, учитывая неизменность принципа исторического познания: знать, чтобы предвидеть. Источниковая база по данной проблеме сегодня достаточно обширна. Однако наша задача видится не в вводе в оборот новых, доселе неизвестных науке документов, а скорее в переосмыслении уже имеющейся информации на основе свободного критического анализа доступных сведений. Данная попытка отвечает запросам времени, интенсивно стимулирующим стремление разобраться в причинах и характере глубоких кризисов церкви, в которых она оказывается по мере своего исторического развития
Представление о второй четверти XVIII в. как о «безвременье», «эпохе дворцовых переворотов», «засилье иностранцев» и т. д. — это прочно укоренившийся в общественном сознании и в историографии миф, формирование которого связано со становлением национального сознания. Исследования последних лет убедительно показывают, что это было время адаптации результатов петровских преобразований к реалиям России. При этом политическая борьбы в верхах не оказала влияния на вектор развития страны, определенный реформами Петра I. Возврат к допетровскому укладу был невозможен и всерьез не обсуждался. Перспективным и актуальным является изучение исторических явлений поверх хронологического барьера между XVII и XVIII вв., роли отдельных личностей в политических и социальных процессах, а также феномена «дворцовых переворотов» на протяжении «долгого XVIII века»
В фокусе исследования — судьба проекта вестернизации внешнего облика горожан после смерти Петра I. Автор рассматривает его (не)реализацию на двух уровнях: законодательной регламентации (сверху) и практики реализации (снизу), уделяя особое внимание взаимодействию этих двух уровней, то есть тому, как законодательная регламентация влияла на практику «на земле» и как реальный опыт взаимодействия с населением влиял на корректировку ранее принятых законов. На основе неопубликованных документов Сената, Раскольнической конторы и некоторых органов местного управления прослеживается, как созданные Петром I государственные институты обеспечивали регулярное подтверждение его законодательства, сопровождавшееся волнами активности местных властей по принуждению городского населения к его исполнению. Но при этом успехи местных властей напрямую зависели от того, находили ли культурные инициативы Петра I поддержку значительной части городского населения. Разнообразные тактики, используемые населением для обхода указов о брадобритии и платье, выявляли противоречивость, недоработки и неэффективность петровского законодательства, стимулируя высокопоставленных чиновников к его обсуждению. Однако предложения усовершенствования петровского законодательства блокировались, когда доходили до самого верха бюрократической системы. Более того, во властных кругах всерьез обсуждалась возможность отмены петровских указов. Это было обусловлено осознанием представителями правящей элиты как финансовой несостоятельности законодательства о бороде и одежде, так и его негативных социальных последствий
Распад СССР, либеральные реформы, «война историографий» нанесли большей урон советской традиции плодотворного взаимодействия ученых и педагогов Юга России, заложенной Ю. А. Ждановым — выдающимся организатором науки и образования, ректором Ростовского университета и Председателем Северо-Кавказского научного центра высшей школы. В статье рассказывается о научно-педагогической деятельности известного ростовского ученого и педагога Андрея Вадимовича Венкова, которому 15 декабря 2024 г. исполнилось 70 лет, рассматривается вклад новой генерации ученых, подхвативших эстафетную палочку старших товарищей по дальнейшему углублению интеграции деятельности научных и образовательных учреждений в интересах сохранения и укрепления российской государственности на Северном Кавказе.