Исследование посвящено анализу дипломатического противостояния СССР и Германии за влияние на Турцию в 1939–1941 гг. Цель работы — провести анализ динамики советско-турецких и германо-турецких отношений с учетом экономических, военно-политических и дипломатических факторов, определивших внешнеполитический курс Турции накануне и в начальный период Второй мировой войны. Задачи включают анализ эволюции советско- и германо-турецких отношений в 1930-е годы, изучение борьбы великих держав за Турецкую Республику и оценку последствий этого соперничества для региональной безопасности и советских интересов. Научная новизна заключается в комплексном и сравнительном подходе к анализу стратегий СССР и Германии, включая неформальные каналы влияния — экономическую зависимость, военное сотрудничество, присутствие военных советников и пропагандистские кампании. Это отличает работу от большинства исследований советско- или германо-турецких отношений, в которых акцент смещается на двусторонние отношения, а не комплексность взаимодействия государств в 1939-1941 гг.. Методология включает качественный и количественный контент-анализ документов, дипломатических переговоров, публикаций и современной историографии. Согласно результатам исследования, несмотря на экономическое доминирование Германии в 1930-х гг., её политическое влияние было ограничено с точки зрения дипломатии, тогда как СССР, опираясь на историческую дружбу времен войны за независимость, в связи с проведением неудачных переговоров в Москве, к началу войны постепенно утрачивал доверие Турции. После капитуляции Франции Турция перешла к прагматичному сближению с Германией, стремясь сохранить формальный нейтралитет и избежать вовлечения в войну. Попытки СССР договориться с Германией о сферах влияния в 1940 г. провалились, и к 1941 г., с подписанием германо-турецкого пакта о ненападении, Германия добилась фактического нейтралитета Турции, лишив СССР стратегических преимуществ на южном фланге. Таким образом, Турция, искусно балансируя между блоками, сохранила свой суверенитет.
В историографии начального этапа Второй мировой войны советско-британские отношения 1939-1941 гг. часто рассматриваются сквозь призму идеологического противостояния и геополитического соперничества. Однако в данной статье автор предлагает переосмыслить значимость советской дипломатии в поддержании канала связи между Москвой и Лондоном в условиях высокой степени напряженности между двумя странами. Анализ архивных материалов позволяет выявить ранее недооцененные аспекты деятельности советских дипломатических кругов, направленной на сохранение возможности для будущего сотрудничества, несмотря на тактические расхождения и стратегические противоречия, что, в конечном счете, способствовало формированию антигитлеровской коалиции и победе над фашизмом.
Круглый стол, организованный Итальянским клубом имени Т. В. Зоновой при поддержке экспертов МГИМО 21 марта 2024 года, посвящен столетию установления дипломатических отношений СССР с европейскими и внерегиональными государствами и признания Советского Союза де‑юре, известного в отечественной историографии как «полоса признания». В период «полосы признаний СССР» советская позиция, очевидно, была направлена в первую очередь на расширение своего влияния и продвижение как идеологических, так и национальных интересов. Признание со стороны малых государств, таких как Албания и Греция, было необходимо в качестве шага к укреплению влияния в политически раздробленном регионе. Установление дипломатических контактов с великими державами того времени, такими как Великобритания, придавало Советскому Союзу больший международный авторитет, который был крайне важен для определения роли государства в мировой политике. Кроме того, значение связей с европейскими странами, включая Италию и Францию, а также участие в «полосе признаний» государств других континентов, к примеру, Мексики, подтверждается разнообразием дипломатических стратегий, применяемых советским правительством. И несмотря на акцент на выстраивание гармоничных отношений со странами Европы, партнерство с государствами по другую сторону Атлантики было не на последнем месте в списке приоритетов внешней политики СССР, так как было призвано преодолеть идеологические разногласия и представить Советский Союз в качестве глобального игрока, а не сугубо региональной державы. Изучение опыта «полосы признания» спустя столетие позволяет глубже понять приоритеты и принципы внешней политики России, учесть успешные и неудачные дипломатические шаги, а также выявить факторы, определяющие уровень международных отношений между государствами с различными интересами и политико-экономическими системами. Проведение круглого стола способствовало росту интереса начинающих исследователей к истории внешней политики России и обмену позициями между студентами различных университетов и опытными учеными.