Обосновано, что большая часть современных западных левых политических дискурсов представляют собой идеологию новых, «постбуржуазных» элит. Она включает в себя смесь из концептов, обусловленных постматериалистическими ценностями «когнитивных» элит и «креативного класса». Отмечено, что значительная часть левых прогрессивных идей (включая интерсекциональный марксизм) приводят к политике, которая противоречит интересам бедных и социально уязвимых граждан. Показано, что данное противоречие порождено не только лицемерием новых элит, для которых левые идеи стали способом демонстрации своего статуса («роскошные убеждения»). Ключевая проблема заключается в том, что общество движется к посткапитализму неравномерно. В то время как классический марксизм предполагал первостепенную важность удовлетворения базовых потребностей всех без исключения, сегодня лишь относительное меньшинство индивидов достигает состояния «экзистенциальной безопасности». Данное меньшинство проникается коммунистическими ценностями, однако их антибуржуазный универсальный гуманизм с его широким спектром целей (от идеи «открытых границ» до защиты прав и возможностей «нечеловеческих животных») часто не актуален в мире, в котором большинство людей все еще сталкиваются с материальной нуждой и дефицитом
В статье рассмотрена трансформация использования понятия ресентимента в политической борьбе. Показано, что изначально эта концепция была сформулирована скорее с правых идеологических позиций, чтобы «разоблачать» якобы «истинную» подоплеку действий и идеологем левых и прогрессивных сил. Однако со временем левые и либералы также взяли ее на вооружение. Они начали находить у оппонентов почти все те черты, в которых их обвиняют правые. Представлены причины, которые сделали возможным такой разворот концепции. Обращено внимание на то, что оба правых классика ресентимента (Ф. Ницше и М. Шелер) ссылаются на понятия нормативности, нормальности, образцовости, некоего естественного порядка. Образец такой нормативности, вымышленный ницшевско-шелеровский аристократ, служит в базовой концепции ресентимента примером «господина» и объектом для сравнения, «компаратором». Однако в модерновых обществах такого общепризнанного господствующего социального субъекта нет. На его место претендуют различные политические силы и социальные группы. Таким образом, все противоборствующие стороны получают возможность уличать друг друга в ресентименте, и правая монополия на использование этой концепции оказывается разрушенной.