Статья посвящена проблеме реализации риторических кодов в анекдотах об А. С. Пушкине. Анекдот как жанр имеет специфические черты, ведущей из которых является выражение иронии. При этом анекдоты о «солнце русской поэзии» имеют свою специфику: они полны эстетизма, в них насмешка не переходит в глумление. Анализ риторических кодов, заложенных в подобных анекдотах, позволяет не только расшифровать информационный фон для понимания прагматики текста, но и приблизиться к пониманию констант русской культуры, равно как ценностей современной российского общества. В литературных анекдотах Пушкин аттестован как веселый и язвительный насмешник, который не боится сказать правду, который всегда держит удар и демонстрирует высокий уровень самообладания. Прослеживается функционирование в анекдотах иронической традукции, иронической аксиомы, парирующего сарказма. Доказано, что важными элементами риторического кода в этих текстах являются фигуры речи и тропы, особенности грамматической организации предложений, специфика некоторых морфологических категорий. Немаловажная роль принадлежит в этом коде воссозданию культурно-исторического фона
Статья посвящена двум вольным переводам А. С. Пушкина лирических произведений французского поэта ХVIII в. Андре Шенье: буколики Prés des bords ou Venise est reine de la mer… и элегии Partons, la voile est préte…. В стихотворении «Близ мест, где царствует Венеция златая…» – переводе буколики Шенье – Пушкин вводит образ Готфрида Бульонского, усиливая эпико-героическое начало. Поэт опускает пасторальные мотивы оригинала, подчеркивая значимость образа певца-поэта, погруженного в стихию поэзии. В свободном переложении элегии Шенье «Поедем, я готов; куда бы вы, друзья…» нашли отражение личные переживания поэта, связанные, как и у Шенье, с трагедией неразделенной любви. Лирический герой Шенье погружается в мир мечты о древней Византии. В стихотворении Пушкина звучат названия реально существующих стран; сам автор, теряя надежду обрести личное счастье, готов был отправиться в Италию, Францию, в далекий Китай; герой его элегии мечтает о странствии в чужие края. В элегии Шенье захваченный страстью герой подавлен страданием. В стихотворении Пушкина герой обретает равновесие души, разделяя свою скорбь в беседе с друзьями. В своих вольных переводах Пушкин избегает устаревшей пасторальности, укрупняя образ поэта-певца, изящество художественной формы претворяет внутренний разлад героя в гармонический строй
От редакции
Анна Ревякина – современная русская поэтесса, лауреат российских и международных литературных премий, автор 14 поэтических книг. Ее произведения переведены на 16 языков мира; по ним ставятся спектакли и снимаются фильмы. Публикуемое интервью Анна дала сотруднице научно-исследовательской лаборатории «Фундаментальные и прикладные исследования аспектов культурной идентификации» (НГЛУ) Евгении Митиной в октябре 2024 года.
Поэзия Байрона и личность английского поэта-романтика занимали особое место в художественной картине мира Александра Блока, который неоднократно обращался к образу Байрона и его творчеству в своих художественных произведениях, письмах и статьях. Наиболее тесное и продолжительное соприкосновение Блока с творчеством Байрона при-шлось на период его работы над переводами стихотворений английского поэта-романтика. В статье приводится анализ оригиналов и некоторых переводов стихотворений Байрона, вы-полненных Блоком в 1905–1906 годах, который позволяет убедиться в том, что русский поэт на практике следовал требованиям, предъявляемым им к переводу в статьях и критических заметках, посвященных чужой переводческой практике. Переведённые Блоком стихотворе-ния Байрона рассматриваются в контексте настроений и взглядов, владевших Блоком в рево-люционном 1905 году. В заключительной части статьи отмечается, что работа Блока над пе-реводами стихотворений Байрона пробудила в нем интерес к дальнейшему изучению жизни и творчества английского поэта-романтика и обусловила проникновение байронических мо-тивов в оригинальное творчество Блока. В статье также исследуется рецепция образа байро-нического героя и личности Байрона в творчестве Блока, обусловленная точками соприкос-новения мировоззрений английского и русского поэтов, схожестью путей их духовных исканий и определёнными историческими событиями.