Статья посвящена анализу технологических изменений в сфере предпринимательства и их влияния на категорию правосубъектности. Цифровая предпринимательская среда основывается на совокупности социальных регуляторов, состоящей из инструментов различного вида: нормативно-правовых, технических, этических и саморегулирования. Для реализации правосубъектности в цифровой среде явно недостаточно признания отдельного лица правосубъектным в традиционном понимании, без выполнения условий доступа к цифровой среде и функционирования в ней. Развитие категории правосубъектности под влиянием цифровизации общественной жизни связано с интеграцией технологических и правовых подходов, отражающих динамику правосубъектности. Автор отмечает, что накопление эмпирических наблюдений за развитием цифровых технологий и расширением сфер их применения повлечет за собой как пересмотр классического понимания категории правосубъектности в сторону формирования гибридной правосубъектности, или квазисубъектности, для отдельных цифровых образований, так и расширение субъектного состава правоотношений. Социальное регулирование, основанное на сочетании нормативно-правового регулирования, технических норм и инструментов саморегулирования, меняет традиционные границы понимания того, что́ есть субъект права в современной правовой системе, создавая новые формы правового взаимодействия.
В медицинской практике требует юридического и биоэтического обоснования ситуация, когда врач принимает решение о выборе тактики лечения на основе данных, которые становятся доступны ему благодаря развитию систем искусственного интеллекта и которые он не в состоянии проверить сам при разумно затрачиваемом времени, материальных и иных ресурсах. Рассматриваемая область принципиально отличается от сферы верификации и прохождения административных процедур признания изделий медицинского назначения соответствующими техническим регламентам, поскольку не снимает вопроса о том, в какой мере врач юридически обоснованно может положиться на данные систем искусственного интеллекта, если, например, они контринтуитивны. Привлечение систем искусственного интеллекта нельзя счесть и тривиальным эволюционированием технологий диагностики, превосходящих человеческие возможности, поскольку возникают вопросы ротации экспертного заключения в протоколе медицинского исследования, а также порядка снятия противоречий. Авторы представляют исследование правового регулирования использования систем искусственного интеллекта в области медицинской диагностики, базирующееся на анализе нормативно-правового материала, научной литературы, собственной медицинской и юридической практики. На основе междисциплинарного подхода предложены интегративные решения проблемных вопросов, направленные на совершенствование нормативного регулирования в относительно новой области правовых отношений в сфере здоровья. Рассмотрены критерии оценки эффективности медицинских решений и условия наступления гражданско-правовой ответственности.
В работе проведен анализ правового регулирования скоринговых моделей в США и ЕС. Рассмотрены отдельные вопросы рейтингования личности с применением автоматизированных систем: источники информации и предъявляемые к ней требования, основания обработки данных, прозрачность скоринговых моделей; осуществлена оценка законодательства о регулировании систем искусственного интеллекта с позиции его эффективности в обеспечении защиты прав человека. Уделяется внимание вопросу недобросовестной практики обработки данных, в том числе с применением скоринговых моделей, брокерами данных в США, что обусловлено неэффективным, «лоскутным» подходом к правовому регулированию. Сделан вывод о том, что в цифровом пространстве согласие на обработку персональных данных, в том числе специальное — для использования полностью автоматизированных систем, утратило ценность и американский подход по предоставлению права на отказ от автоматизированной обработки предпочтителен. Обоснована особая значимость правового отражения принципов достоверности и полноты информации, положенной в основу скоринговой модели, а также оценки качества данных, используемых для разработки системы искусственного интеллекта. Сделан вывод о недостаточной правовой разработанности в европейском законодательстве обязанностей оператора системы искусственного интеллекта по обеспечению непредвзятости при работе с системой. Автор обращается к отдельным проблемам цифрового скоринга, т. е. рейтингования личности с использованием цифровых следов. На основании правоприменительной практики определен объем информации, подлежащей раскрытию в связи с применением скоринговых моделей, в том числе производных данных.
В статье анализируется влияние социокультурного и нормативного измерения на пространство социального доверия в опыте китайского общества. Исследование взаимодействия права и доверия на примере китайского общества показывает интеграцию традиционных и инновационных аспектов; правовая институционализация доверия проводится при обеспечительной функции традиционных ценностей. Само доверие выступает в качестве механизма, который обеспечивает функционирование правовых, политических, экономических отношений. Опыт Китая демонстрирует значимость ресурса социального доверия в формировании и обеспечении развития правовых, политических, экономических институтов. Доверие позволяет общественной системе Китая эффективно осуществлять управление, минимизировать риски внешнего воздействия, повышать оперативность процессов. Анализ примера Китая показывает ключевую роль социокультурного потенциала общества в формировании уникального пространства доверия внутри страны и его влияние на конструирование внешнеполитических отношений. Доверие позволяет достичь и реализовать ключевые принципы международной коммуникации: открытость, прозрачность, объяснимость, сохраняя в то же время баланс внутреннего и внешнего, безопасности и развития. Данные подходы, согласно позиции автора, обладают перспективой применения в России.
В статье рассмотрены особенности применения технологии искусственного интеллекта в системе здравоохранения, включая вопросы персональной ответственности врача при принятии решений о диагностике и лечении на основании сформулированного предложения (решения) алгоритма. Представлен обзор действующей системы правового регулирования ответственности медицинских работников, а также проведена оценка возможных вариантов распределения ответственности в связи с внедрением искусственного интеллекта в работу врачей. Раскрыты потенциальные направления совершенствования законодательства и выделены особенности, касающиеся медицинских организаций, медицинских работников и пациентов, которым будет оказана медицинская помощь с использованием интеллектуальных систем. Проанализированы тенденции распределения ответственности за причинение вреда при оказании медицинской помощи в таких случаях, что позволило выработать возможные варианты распределения ответственности между медицинской организацией и медицинским работником в будущем.
Опираясь на методологию научного познания и фундаментальные положения цивилистики, автор анализирует правовые последствия цифровой трансформации в гражданском обороте и приходит к выводу, что различные цифровые объекты (цифровое право, цифровой рубль, цифровая валюта, криптовалюта, цифровые финансовые активы, искусственный интеллект и его технологии) — идеальные по своей природе инновационные продукты, — благодаря используемому процессором компьютера машинному языку, то есть материальной по своей природе системе знаков, воплощаются в объективной цифровой форме, становясь объектами гражданского оборота. На основе проведенной классификации цифровых объектов рассмотрены их видовые особенности и различия в правовом режиме. Выявлены тенденции развития имущественного оборота, связанного с эффектом мультиплицирования цифровых объектов в условиях трансформации. Проанализированы правовые последствия изменения объективной формы и заменяемости материальных носителей новых цифровых объектов. Отмечено, что проблемно-практические вопросы трансформации взаимосвязи содержания, формы и материального носителя цифровых объектов актуализируют проблему разработки и законодательного закрепления тех правовых конструкций, с помощью которых можно не только устранить пробельность и сложности в регулировании отношений с новыми инновационными продуктами, но и предусмотреть механизм надлежащей правовой охраны цифровых объектов и защиты субъективных прав на них.
Подходы КНР к регулированию отношений, связанных с использованием открытых ресурсов, программного обеспечения с открытым исходным кодом, заслуживают особого внимания ввиду масштабного использования китайских решений в мире. Активность Китая в области программного обеспечения с открытым исходным кодом резко возросла в 2020 г., заложив основу для того типа инноваций, который можно констатировать сегодня. Энергично поощряя культуру создания программного обеспечения с открытым исходным кодом, Китай обеспечил широкий круг разработчиков доступом к инструментам искусственного интеллекта, а не ограничил их несколькими доминирующими компаниями. В обозначенном контексте возникает проблема охраны интеллектуальных прав на результаты интеллектуальной деятельности, созданные с помощью или на основе программного обеспечения с открытым исходным кодом, прежде всего посредством генеративного искусственного интеллекта. Важно понимать, что именно в законодательстве об авторском праве конкретного государства с учетом территориального принципа охраны интеллектуальной собственности могут быть реализованы те или иные режимы свободного использования произведений, к которым относятся и программы для ЭВМ. При этом, как представляется, невозможно игнорировать то обстоятельство, что использование открытого исходного кода и реализация с учетом этого различных решений и сервисов на основе искусственного интеллекта также зачастую предполагают творческую деятельность, сопряженную с созданием результатов интеллектуальной деятельности. Китайский подход предусматривает решение ключевых правовых проблем, связанных с широким применением систем искусственного интеллекта, и ввиду его модельного характера может быть использован при развитии законодательства в сфере искусственного интеллекта в России и в рамках БРИКС в целом.
В статье рассмотрены основные перспективы и риски использования искусственного интеллекта в правотворческой деятельности и правовой аналитике в России и за рубежом. Актуальность темы определяется растущей практикой применения ИИ в самых разных сферах юридической деятельности, включая правотворчество, и при этом неудовлетворительной степенью ее научной разработанности. Отмечено, что в правовой аналитике с помощью искусственного интеллекта можно быстро определить, какие законы регулируют однородные общественные отношения, сделать соответствующую подборку, выявить правовые коллизии и пробелы в правовом регулировании. Становится возможным также оперативный анализ правовых норм или механизма правоприменения. Необходимо разработать адекватные алгоритмы для автоматической обработки и классификации нормативных актов, поскольку даже в рамках одной правовой системы они имеют различную форму и структуру; анализирующая их система должна быть способна адаптироваться к различным источникам данных. Применение ИИ в правотворчестве имеет следующие преимущества: значительное увеличение скорости обработки данных; возможность находить тенденции, ошибки и противоречия в больших объемах информации; возможность быстро сравнивать любые документы и составлять (предлагать) новые на основе имеющихся образцов и т. д. Выявлены следующие недостатки: существует опасность, что искусственный интеллект может принимать неправильные решения или обладать предвзятостью при формулировке текстов законопроектов; автоматическое составление законопроектов может привести к утрате человеческого влияния на законотворческий процесс, что может нарушать базовые принципы демократии и вызвать катастрофические последствия.
Принятие в ЕС Закона об искусственном интеллекте и включение в план работы законодательных органов Китая разработки соответствующего единого закона об ИИ показывает, что от этических кодексов и стратегий развития технологии мир переходит к вопросу всеохватного регулирования применения ИИ. В российской литературе на фоне большого внимания к актам ЕС недостаточное внимание уделено регулированию ИИ в Китае. Анализ показал, что уникальный опыт сегментарного регулирования в Китае и в определенной степени экспериментально-правового подхода в России позволяет действовать максимально аккуратно в создании системы регулятивной песочницы, формируя достаточно узко дифференцированное регулирование систем ИИ. Китайский подход к соблюдению социалистической морали и нравственности при применении ИИ в духе «развития науки и технологий во благо» и «подхода, ориентированного на человека» соответствует тенденциям российского права к защите традиционных духовно-нравственных ценностей. Китайская схема регулирования рисков классифицирует риски не горизонтально, а в зависимости от возникающих из одного и того же продукта, что больше подходит для таких технологий, как генеративный ИИ. Это может быть учтено при формировании российской позиции к содержанию правового регулирования применения ИИ.
В статье рассматриваются положительные и отрицательные аспекты текущего регулирования технологий в области культуры и искусства, основанных на элементах искусственного интеллекта (ИИ). Актуальность темы диктуется стремительным развитием и всё более широким применением технологий ИИ в современном обществе. В работе выделены основные преимущества и риски, которые несет использование ИИ в культурной сфере жизни общества, а также предложены правовые меры для максимизации полезных тенденций и предотвращения отрицательных последствий. Установлено, что в правовой доктрине относительно применения ИИ при создании произведений искусства и культуры одним из самых обсуждаемых является вопрос закрепления авторских прав на произведения, созданные с помощью ИИ (картины, песни, программные коды, книги). Немаловажной признается проблема защиты прав авторов, на чьих произведениях ИИ обучается и затем в разной степени копирует их стиль или отдельные элементы. Содержание права интеллектуальной собственности и порядок их защиты различаются от страны к стране, что вызывает затруднения при обсуждении вопросов защиты авторских прав на произведения, созданные посредством генерации ИИ. Результаты разрешения всех этих вопросов в законодательствах разных стран окажут значительное влияние и на культуру, и на право будущего. Отмечается, что создание общеобязательных государственных стандартов при использовании ИИ может стать ключом к эффективному правовому регулированию.
Внедрение цифровых технологий в сферу реализации прав и свобод человека носит неоднозначный характер, приводящий к размыванию устоявшихся представлений о конституционных правах и свободах человека. В целом все группы конституционных прав и свобод человека подверглись цифровизации. Применение цифровых технологий и искусственного интеллекта способствовало созданию новых форм реализации конституционных прав и свобод. Однако цифровизация повлекла за собой и новые угрозы, которые могут быть нейтрализованы только путем создания новых правовых механизмов. Практика показала, что право как универсальный социальный регулятор применимо для регламентации общественных отношений в цифровой среде. Стихийно сложившиеся инструменты саморегулирования не опираются на базовые конституционные принципы, в том числе на признание прав и свобод человека высшей ценностью, следовательно, они не могут выполнять роль основного источника регулирования. В условиях быстро развивающихся технологий и меняющихся общественных отношений возрастает значение конституционных принципов, а также прав и свобод человека как базовой ценности, фундамента для построения новых правоотношений в цифровой среде и создания новых цифровых прав. В частности, с учетом масштабов проникновения цифровых технологий в реализацию конституционных прав и свобод человека необходимо прежде всего законодательно закрепить гарантию доступа к сети Интернет как условие реализации конституционных прав и свобод в цифровой среде, а также дополнить положения о запрете дискриминации прав и свобод человека в зависимости от формы реализации прав и свобод.