Статья: СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ КОЛУМБИИ (ИСТОРИЯ КОЛУМБИИ С ДРЕВНЕЙШИХ ВРЕМЕН ДО НАЧАЛА XXI ВЕКА / ОТВ. РЕД. А. А. ЩЕЛЧКОВ, З. В. ИВАНОВСКИЙ. М., 2022) (2022)

Весной 2022 г. мировая османистика и туркология понесли тяжелую и невосполнимую утрату. 19 апреля 2022 г. оборвался жизненный путь выдающегося российского историка-османиста, президента Института стран Азии и Африки (ИСАА) МГУ, заслуженного профессора МГУ д. и. н. Михаила Серафимовича Мейера. Вспоминая, как недавно мы праздновали его 85-летний юбилей и наблюдали прямую фигуру с гордо поднятой головой и задорно смеющимися глазами, в сознании плохо укладывается мысль о смерти, усиливая остроту печали

30 с лишним лет со времени окончания холодной войны – срок, достаточный для сбалансированного и всестороннего исследования этого исторического явления. Именно такой анализ предлагают читателю пятнадцать авторов, представляющих широкий спектр национальных историографий, различных исследовательских подходов и тематических блоков сборника “Окончание холодной войны в восприятии современников и историков”

Монография докторов исторических наук, заведующего кафедрой всеобщей истории и международных отношений Ивановского государственного университета В. Л. Черноперова и профессора той же кафедры С. М. Усманова посвящена жизни и творчеству выдающегося германского ученого Леопольда фон Ранке (1795–1886), который считается «отцом» современного исторического исследования.

Один из старейших российских дипломатов Е. Е. Стааль значительную часть карьеры являлся чрезвычайным и полномочным послом при королеве Великобритании и Ирландии, императрице Индии. Он внес существенный вклад в стабилизацию русско-английских отношений. Это был период острых конфликтов и кризисов на международной арене середины 80-х – конца 90-х годов XIX в. Специальных исследований, посвященных Стаалю, пока не опубликовано. Ограниченные рамки статьи не позволяют представить полную картину его деятельности на дипломатическом поприще. Автор статьи видела свою задачу в том, чтобы осветить основные вехи жизни и взгляды Стааля, профессиональные приемы и методы, которые он использовал в работе в ходе переговоров по афганскому разграничению 1884–1885 гг. и как глава российской делегации на Первой конференции мира 1899 г. в Гааге. Источниковой базой исследования послужили публикации дипломатических документов, неопубликованные донесения Стааля в Министерство иностранных дел, материалы его личного архива, сохранившегося в Архиве внешней политики Российской империи, а также его письма, отложившиеся в Государственном архиве РФ. Награды, полученные Стаалем в родном отечестве и тех государствах, где он представлял интересы России, свидетельствуют о высокой оценке его плодотворных трудов

Цель статьи – анализ деятельности Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ) и ее роли в истории современных международных отношений на постсоветском пространстве и развитии сотрудничества в области комплексной безопасности. Авторы отмечают, что формируемая с 1990-х годов организация развилась в многофункциональную разветвленную структуру, обладающую как серьезной правовой базой, так и большим спектром элементов и непосредственных инструментов решения задач, стоящих перед ОДКБ. Они анализируют основные документы, определившие ход развития организации, сходство и различие в позициях ее членов по отдельным вопросам ее деятельности, эффективность миротворческой деятельности ОДКБ. Подчеркивается, что, несмотря на серьезные успехи в развитии ОДКБ, ее деятельность сопряжена с рядом проблем, связанных с различиями внешнеполитической ориентированности государств-членов, влиянием внерегиональных сил, конфликтами на постсоветском пространстве и целым рядом других аспектов. Тем не менее делается вывод, что ОДКБ сегодня является единственным механизмом поддержания безопасности на постсоветском пространстве, прошедшим проверку временем по вопросу коллективного реагирования на угрозы, и развитие этой организации является одним из приоритетов российской внешней политики в регионе

В годы Второй мировой войны Ватикан развернул активную гуманитарную деятельность, для чего создавал свои благотворительные структуры, среди которых была Комиссия Помощи. В статье впервые в российской историографии рассмотрены принципы и методы ее работы с советскими военнопленными, изучен процесс сбора информации об их положении и численности, рассказано о подготовке и передаче подарков военнопленным, названы финансовые затраты Комиссии, рассмотрены взгляды членов Государственного секретариата Святого Престола на проблему репатриации. Источниковую базу статьи составили материалы Апостольского архива Ватикана, открытые для исследователей весной 2020 г.: делопроизводственные документы Комиссии Помощи, архива нунциатуры и Конгрегации чрезвычайных церковных дел 2-й секции Госсекретариата Святого Престола, которые содержат информацию о способах получения Комиссией сведений о военнопленных, а также дают возможность реконструировать процесс принятия решений по вопросам об оказании поддержки. В основе деятельности Комиссии Помощи лежали принципы помощи нуждающимся и убеждения в необходимости защиты прав человека. В результате исследования был установлен механизм работы Комиссии Помощи, определена ключевая роль нунциев в этом механизме. Через представителей Святого Престола в лагеря передавались иконы, религиозная литература, вещи, символические подарки. Для этих нужд Ватикан систематически пополнял фонд средств Комиссии. В послевоенные годы на первый план вышла проблема насильственной репатриации советских военнопленных в СССР.

В статье рассматривается один из аспектов изменения религиозной политики советского руководства в ходе Великой Отечественной войны. Известно, что в 1941–1943 гг. одним из главных адресатов этой политики были союзники СССР по антигитлеровской коалиции. Документ, на анализе которого построена данная статья, отражает взгляд английской стороны на происходившее в 1943 г. сближение Русской православной и Англиканской церквей. Это доклад в Ватикан, составленный отцом Леопольдом Брауном, настоятелем московского католического прихода св. Людовика. Американский священник описывает общую картину религиозной и околорелигиозной жизни страны с лета по осень 1943 г.; информирует Ватикан о ставших ему известными обстоятельствах проведения собора Русской православной церкви 1943 г. и избрания на нем патриарха Сергия; подробно останавливается на визите в Москву архиепископа Йоркского Англиканской церкви Гарбетта. Отец Браун акцентирует внимание на религиозной стороне этого визита. Он утверждает, что часть представителей британского дипломатического корпуса и журналистов ожидала, что между Русской православной и Англиканской церквами будет установлено литургическое общение. Эти предположения не были подтверждены членами английской делегации, но отражали настроения части британского общества.

Статья посвящена деятельности католических священников, сопровождавших итальянские войска на Восточном фронте в 1941–1943 гг. В основе статьи – воспоминания, дневники, письма и отчеты капелланов, в том числе их доклады, направленные в Ватикан в период военных действий, которые стали доступны для исследователей лишь в марте 2020 г., когда были открыты архивы Ватикана, относящиеся к понтификату Пия XII (1939–1958 гг.). Затронутая тема никогда не освещалась в отечественной историографии и мало подвергалась изучению в итальянских исследованиях. Цель статьи – проанализировать переданную капелланами информацию о территориях, где дислоцировалась итальянская армия: о положении местного населения, в том числе людей разных национальностей, особенно русских, украинцев, поляков, евреев; о религиозной ситуации на оккупированных территориях как в районах с преобладанием католиков или греко-католиков (Польша, Западная Украина), так и в районах, где преобладало православное население (главным образом Восточная Украина); действиях военных (итальянских и немецких солдат и офицеров); о собственной деятельности капелланов, заключавшейся не только в духовном окормлении итальянских войск, но и в совершении таинств и проведении богослужений для местного населения. Используемые впервые источники позволяют понять, какой им виделась жизнь местного населения на территориях, оккупированных итальянскими войсками, был ли Ватикан осведомлен о реальном положении вещей, а также сделать вывод о том, что Ватикан пытался или собирался предпринять для апостольской деятельности военных капелланов в Советском Союзе.

В современных исследованиях, посвященных истории войн, достаточно востребованным направлением является изучение специфики информационного дискурса. Обращение к методам исторической имагологии позволит более точно проследить эволюцию процесса визуализации и мифологизации Второй мировой войны в кинематографе США. Без изучения базовых принципов, методов, механизмов и инструментов данного процесса крайне сложно понять особенности развития и взаимодействия кинематографа и пропаганды США на последующих исторических этапах. Основная исследовательская цель – установить, какие особенности и приемы пропаганды использовались в фильме «Остров Уэйк» режиссера Джона Фэрроу, вышедшем на экраны в 1942 г. и рассказывающем об обороне Уэйка от японцев в декабре 1941 г. В анализируемом фильме сочетаются старые и новые методы пропаганды и визуализации войны. На примере этой картины хорошо видны особенности начального этапа эволюции государственной пропаганды США с помощью кино и развитие визуального образа Второй мировой войны, на который оказывали влияние и общественная мифология (связанная с историческим прошлым США), и внешнеполитические (военные) события (неудачные американо-японские переговоры 1941 г., поражения в войне в декабре 1941 г.), и социально-экономические изменения в США. Фильм «Остров Уэйк» создает новый образ морского пехотинца – настоящего солдата, способного решать любые задачи, сопротивляться многократно превосходящим силам врага. Фильм Фэрроу – первый шаг к тому образу морпеха, который будет так популярен в Голливуде во второй половине ХХ в

В статье на основе материалов из архива МИД Франции, большая часть из которых до сих пор не была введена в научный оборот, рассматриваются подготовка, ход и итоги советско-французской конференции 1926–1927 гг., в рамках которой обсуждался вопрос выплаты долгов Российской империи. Французские документы показывают, что советская сторона с самого начала обозначила, что вопрос выплаты царских долгов для нее в силу экономического положения в стране неразрывно связан с предоставлением кредитов. Французская делегация, хотя и не признавала связи между двумя этими вопросами, была готова обсуждать их параллельно и показывала реальную заинтересованность и в урегулировании долгового вопроса, и в предоставлении кредитов. Несмотря на значительные разногласия, позиции делегаций в ходе переговоров постепенно сближались, были согласованы конкретные цифры и детали по ключевым вопросам, достижение взаимоприемлемого результата казалось вполне возможным. Активным сторонником достижения договоренностей с Москвой был посол Франции в СССР Жан Эрбетт. Он неоднократно писал в Париж, что французской промышленности очень важен советский рынок, тем более что конкуренты Франции уже были там. Также он предполагал, что в случае успеха Парижской конференции советское государство перестало бы вести идеологическую пропаганду против Франции, как это произошло по отношению к Германии после Рапалльского договора 1922 г.

Однако приход к власти во Франции в июле 1926 г. правительства Национального объединения во главе с Раймоном Пуанкаре вместо конструктивно настроенного по отношению к СССР Левого блока и особенно обострение британо-советских отношений с последующим разрывом дипломатических отношений между Москвой и Лондоном способствовали росту антисоветских настроений во Франции и, как следствие, ужесточению французской позиции на переговорах, что привело в итоге к провалу конференции. Проиграли от этого прежде всего французские держатели российских ценных бумаг

В 2022 г. исполняется 100 лет со времени образования современного независимого ирландского государства. Ключевое значение для его создания и политической судьбы сыграл подписанный в декабре 1921 г. англо-ирландский договор, который на столетие определил направление политики ирландского государства, заложил основы современной ирландской государственности. Договор был подписан после двухлетней англо-ирландской войны, в которой провозглашенная в 1919 г. Ирландская Республика отстаивала свою независимость, когда обе стороны нашли в себе силы объявить перемирие и пойти на длившиеся пять месяцев переговоры. В статье рассматриваются события, повлиявшие на условия подписания договора, в том числе Закон 1920 г. об управлении Ирландией, предусматривавший создание двух ирландских парламентов – для Юга и Севера страны, фактически означавший ее раздел, а также комплекс сложных и драматических событий между перемирием и подписанием договора. Особое внимание уделено позиции британского премьера Д. Ллойд-Джорджа и лидера ирландских республиканцев И. Де Валеры по ключевым вопросам ирландского суверенитета и территориальной целостности, нашедшие отражение в их многомесячной переписке. Подписанный Британией мирный договор с непризнанной Ирландской Республикой стал отправной точкой ее движения к подлинной независимости

Быстро развивавшаяся Батумская подсистема в августе–сентябре 1918 г. вступила в стадию открытого столкновения имперских претендентов на гегемонию в макрорегионе. Масштабы и значение военных действий приобрели новое измерение, ведь решался вопрос о контроле над крупнейшим нефтеносным районом, а также просматривались широкие перспективы дальнейшей экспансии Центральных держав на Среднем Востоке и в Центральной Азии. От исхода боев за Баку зависело не только снабжение топливом нескольких великих держав, но и баланс сил на османских фронтах Первой мировой войны, а также судьба целого ряда государственных проектов, положенных в основу переустройства южной периферии бывшей Российской империи. Военно-политические возможности Германии, Советской России, Британской и Османской империй значительно осложнялись серией конфликтов между силами, действующими в регионе, а также рядом инфраструктурных и технических трудностей. Это отложило реализацию имперских проектов, стало катализатором острого кризиса на других фронтах Первой мировой и Гражданской войн. Поступательный процесс оформления германской гегемонии и включения Батумской подсистемы в более масштабную структуру Брестской системы был приостановлен до перехода Первой мировой войны в стадию крушения Центральных держав. Битва за Баку обозначила не только потенциал, но и пределы возможных межимперских компромиссов. Сложность дипломатического противостояния вокруг трансформации Закавказья зачастую недооценивается при рассмотрении его на локальном уровне, однако обращение к архивным источникам и мемуаристике, в том числе неопубликованной, позволяет встроить многие региональные конфликты в глобальный имперский контекст, обнаружить закономерности в развитии военно-политической обстановки далеко за пределами рассматриваемого макрорегиона

Статья посвящена переломному моменту в истории Германской империи 1871– 1918 гг., связанному с обстоятельствами отставки первого имперского канцлера и министра-президента Пруссии О. фон Бисмарка в марте 1890 г. и переходу к так называемому вильгельмовскому периоду в истории страны. Несмотря на высокую степень изученности данной темы, преимущественно в немецкой историографии, она остается предметом дискуссии историков и по сей день. Опираясь на уже существующие исследования, автор статьи дополняет их информацией, содержащейся в переписке российского посольства в Берлине с Министерством иностранных дел Российской империи за январь–апрель 1890 г., практически незнакомой широкому читателю. В фокусе интереса автора статьи находятся особенности характера и личности императора Вильгельма II, основные этапы его биографии до 1890 г., оказавшие влияние на возникновение и ход канцлерского кризиса; политические разногласия между императором и канцлером, ставшие катализатором их разрыва; последствия отставки Бисмарка и воздействие этих событий на последующее развитие Германии. В результате исследования автор приходит к следующим выводам. Во-первых, основной причиной отставки канцлера был психологический склад монарха, желающего почувствовать свободу. Человек, всю жизнь очень зависимый эмоционально от своих менторов, постарался уйти из-под опеки главного из них – Бисмарка. Во-вторых, Германская империя ни в чем не должна была уступать Британской, к правящему дому которой Вильгельм испытывал полную гамму чувств «любви-ненависти». И в этой ситуации Бисмарк, всячески сопротивляющийся государственной колониальной политике и внутриполитической трансформации, совершенно не подходил на роль главной опоры нового монарха, имевшего далеко идущие, хоть и крайне туманные, планы. Его идея о принципиальной возможности в конце XIX в. единолично определять всю политику такой страны, как Германия, была изначально обречена на провал. Исключение из системы такого сдерживающего и направляющего фактора, как Бисмарк, сделало ее еще более неустойчивой. Впрочем, иного выхода из конфликта и не могло быть, и 1890 г. знаменовал собой начало нового этапа в истории страны.

В статье анализируются политические проповеди протестантских пасторов, прочитанные и опубликованные ими во время Освободительной войны 1813 г. против наполеоновской Франции. Именно в этот период в Пруссии фактически была введена всеобщая воинская повинность для мужчин, против врага была объявлена тотальная война с характерной для нее массовой мобилизацией всех слоев населения на защиту Отечества. Цель исследования заключается в том, чтобы продемонстрировать вклад протестантского духовенства в модернизацию прусской военной системы. Исследование базируется на кейс-методе, так как представляет собой анализ взаимодействия религии и политики на конкретном примере Пруссии, а также опирается на ведущиеся в современной исторической науке дискуссии о секуляризации и модернизации. Анализ источников показал, что идея массовой мобилизации продвигалась в Пруссии с помощью религиозной аргументации и символики, а политическая проповедь служила основным инструментом государственно-патриотической пропаганды. Опираясь на цитаты из Библии, прусские пасторы преподносили войну против Наполеона как оправданную, справедливую и священную, так как она велась во имя Бога и общечеловеческих ценностей. Священными объявлялись и ценности национально-патриотического характера, при этом особый упор в проповедях делался на локальный религиозно-династический прусский патриотизм. Через проповеди духовенство поддерживало готовность прусского населения нести материальные жертвы ради спасения Отечества и всего человечества от наполеоновской тирании. Таким образом, военная мобилизация в Пруссии в 1813 г. шла рука об руку с интенсификацией народной религиозности. Это обстоятельство позволяет сделать вывод о том, что в европейских государствах начала XIX в. модернизация не всегда означала секуляризацию

В статье рассматриваются ход и формы антиреспубликанских восстаний на землях бывшего герцогства Савойя, присоединенного к Франции в ходе Революции XVIII в., и причины их поражений. Цель работы – проанализировать трансформацию народного протеста в Савойе на протяжении 1793 г. Автор использует разнообразный корпус источников, включая и некоторые неопубликованные материалы из Государственного архива Турина. События января–октября 1793 г. рассматриваются в статье в свете историографической концепции «народной контрреволюции». Присоединение к Франции территории Савойи произошло при активной поддержке ее населения, но сразу после введения в регионе гражданского устройства духовенства и начала обращения ассигнатов социальная обстановка накалилась до предела. Социальному взрыву способствовал и декрет Конвента Франции о массовом призыве в республиканскую армию. Обострились давние противоречия между городом и деревней, начало которым было положено реформами земельных отношений 1770-х годов. Крупные восстания охватили окрестности городов Саланш, Межев, Клюз, Анси, Румийи, долину Тон, а в ходе вторжения сардинских войск – районы Фосиньи, Тарантез и Морьенн. Республиканцы прямо называли этот департамент «маленькой Вандеей». Протест в этом регионе имел свои особенности и эволюционировал от традиционного по своей форме бунта к локальной гражданской войне, в которой возникала и простейшая политическая программа восставших. Но крестьяне оказались не готовы к участию в боевых действиях, не имели военного опыта, а силы и ресурсы сардинской армии были весьма ограниченны. Понимая, что план возвращения Савойи под власть короля к концу сентября 1793 г. невыполним, войскам пришлось вернуться в Пьемонт. Восстановление власти Республики над мятежным департаментом ознаменовалось началом политики революционного террора в Савойе.

Впервые публикуемый в приложении к настоящей статье документ из собрания Российского государственного архива древних актов является ярким свидетельством сотрудничества высшего представителя Римско-католической церкви в Османской империи архиепископа Раймондо Галлани с российской дипломатией. Личности Галлани как в российской, так и в европейской историографии уделено мало внимания. До сих пор не существует не только ни одной посвященной ему монографии, но даже ни одного сколько-нибудь удовлетворительного его жизнеописания. Вместе с тем корреспонденция прелата была чрезвычайно обширной. Кроме своего непосредственного римского начальства, он взаимодействовал с разведками своей родной Дубровницкой республики, а также России и Венеции. Информация, добытая архиепископом, высоко ценилась царем Петром, а его услуги щедро оплачивались. Случай, описанный в челобитной Саввы Рагузинского, касается как раз защиты архиепископа Галлани от возможного раскрытия его деятельности перед турецкими властями. Происшествие вызвало гнев царя, и Рагузинский был вынужден оправдываться. Впервые на русском языке публикуется краткая биография архиепископа Галлани. На основании изученного материала делается вывод, что его сотрудничество с российской дипломатией преследовало не столько материальный интерес, сколько было вызвано симпатией к политике Петра, что объясняется происхождением Галлани, которому были близки идеи панславянства, распространенные в среде его соотечественников

Концепция композитарной монархии – выработанный в современной историографии аналитический инструмент для изучения крупноразмерных, структурно сложных государственных образований и происходящих в них этнокультурных и этнополитических процессов. Композитарные монархии развивались в условиях конкуренции универсалистского и партикуляристского дискурсов, определявших конфигурацию их внешних контуров и внутренних структур. История Британии с классического Средневековья и до правления Тюдоров и Стюартов свидетельствует о процессе формирования «композитных» (составных) идентичностей, которые в рамках сложных в территориальном отношении политий принимают форму консентуальных идентичностей, связанных с этническими общностями второго плана. Внутри композитарных политий возникают условия для реализации различных стратегий аккультурации. Выделяют следующие модификации аккультурационных стратегий: ассимиляция, сепарация, маргинализация и интеграция. Единственно возможным вариантом для формирования консентуальной идентичности в условиях композитарной монархии является модель интеграции. Интеграция позволяет композитам, вовлеченным в процесс этноморфоза, различными путями актуализировать собственное историко-культурное наследие и структурировать коллективное самосознание. Неоднородная структура композитарной монархии при Тюдорах и первых Стюартах предполагала, что стратегия интеграции задействует административные и интеллектуальные механизмы, разнящиеся для композитов британской периферии – Уэльса, Ирландии и Шотландии.

Корнуолл – географически изолированный регион, расположенный на одноименном полуострове на юго-западе Британии. В период раннего Нового времени он представлял собой один из ярких примеров территориальной и этнокультурной автономии, обладавшей неопределенным статусом и специфическими привилегиями, что способствовало сохранению и воспроизводству здесь правовой и культурной самобытности. Подобные автономии являлись важным инструментом для поддержания устойчивости монархии и в целом всей системы потестарных отношений. Как правило, конструирование автономий и связанных с ними региональных идентичностей проводилось на разном уровне, в том числе и в интеллектуальной среде, что было выражено в создании так называемых локально ориентированных нарративов. Цель данной статьи – анализ рефлексии современников о статусе Корнуолла в составе британской композитарной монархии; рассматривается спектр идентичностей, которые были тесно связаны со статусом данной автономии. В качестве основного источника избран один из многочисленных локально ориентированных обзоров – трактат Ричарда Керью «Описание Корнуолла», который до настоящего момента практически не исследовался в контексте становления региональных идентичностей. В данном тексте конкретное локальное сообщество Корнуолла представлено в качестве проекции макрокосма Британии. Керью предлагает собственную корнуоллоориентированную версию этногенетического мифа, согласно которой заселение Британских островов начинается с побережья Корнуолла, что делает его «ключом» ко всей английской истории. Реконструируются нарративные стратегии включения Корнуолла в английское политическое и культурное пространство, которые, с одной стороны, были направлены на преодоление внутренней разнородности территориального государства, а с другой – подчеркивали его статус как уникального сообщества с собственной региональной спецификой и ареалом местных идентичностей

Объектом данного исследования является христианская литургика, а предметом – ее методология. Цель – уточнение места сравнительной литургики в ряду исторических дисциплин – определила постановку основных задач: 1) экспликацию методологических установок ведущих литургистов эпохи так называемого «литургического возрождения» XIX–ХХ вв., а также современных исследователей литургической истории (в лице Проспера Геранже, Фернана Каброля, А. П. Голубцова, Антона Баумштарка, Роберта Тафта, Фрица Уэста, Карла Х. Бирица и др.), к которому относится и католическое литургическое движение; 2) апробацию их методологии на конкретном историческом материале в контексте межконфессиональных теологических дискуссий вокруг вопросов пресуществления Св. Даров, по-разному решаемых в православии, католицизме, лютеранстве, кальвинизме и других конфессиях и церквях, в том числе Церкви Англии; 3) выявление специфики исторической компаративистики. Авторы приходят к выводу, что вышеназванные литургисты в своих штудиях использовали именно исторический сравнительный метод, а не теологический либо какой-то иной (юридический, социологический, политологический), тем самым создавая новую историческую дисциплину – сравнительную литургику как науку. Современный комплексный «литургический метод» относится к метатеоретической области литургиологии, поскольку включает в себя целый междисциплинарный арсенал конкретных методов и методик, таких как, например, каузальный анализ, анализ форм, структурно-функциональный анализ, методы классификации, экстраполяции и моделирования, требующих постоянной ревизии и обновления. Насколько такая ревизия важна, иллюстрируется примером обращения А. Баумштарка к органицистской теории в русле эволюционизма. Относительная новизна предпринятого исследования видится его авторам (а) в переносе фокуса внимания с православно-католической полемики на внутриреформатскую, обычно редко освещаемую в трудах по литургике; (б) в попытке строгого эпистемологического разграничения литургики (частной теории) и литургиологии (общей теории) как близкородственных дисциплин по признаку тяготения одной к области ритуалистики (частной теории ритуала), а другой – к области ритуалогии (общей теории ритуала). Дополнительную актуальность исследованию прида - ет необходимость учета тезауруса литургики при проведении искусствоведческих экспертиз современного церковного и секулярного художественного творчества.