Статья: Применение стандарта благополучия в контексте целей в области устойчивого развития, новых национальных проектов и Системы национальных счетов 2025 г. (2025)

Проблема неравенства и нестабильности условий труда остается одной из ключевых в социально-экономическом развитии России. Существенные различия в заработной плате, продолжительности рабочего времени и социальной защищенности работников формируют не только разрыв в уровне жизни, но и усиливают территориальную поляризацию. Пандемия COVID-19 и последующие экономические шоки продемонстрировали, что традиционные показатели занятости недостаточны для всесторонней оценки реального положения на рынке труда. В статье рассматривается разработка и апробация интегрального индекса условий труда, позволяющего комплексно оценить занятость и социально-экономические различия в регионах России. Особое внимание уделяется вопросам верификации индекса: оценке внутренней согласованности через коэффициент Кронбаха, а также сравнению равновесных и альтернативных схем агрегирования, включая метод главных компонент (Principal Component Analysis, PCA). Расчеты показали наличие трех устойчивых кластеров регионов: ядро с благоприятными условиями труда (Москва, Санкт-Петербург, сырьевые регионы Севера и Дальнего Востока), срединный пояс индустриально развитых субъектов Центрального и Приволжского округов, а также периферийная зона Северного Кавказа и юга Сибири, где сохраняется низкий уровень заработной платы, высокая дифференциация доходов и значительная доля неформальной занятости. Особый интерес вызывают регионы с колебательными траекториями, демонстрирующие миграцию между группами. Их динамика отражает чувствительность индекса к изменениям экономической конъюнктуры и институциональных условий. Сравнение базовой и PCA-взвешенной версий индекса условий труда показало высокую степень согласованности (ρ ≈ 0,80-0,83), но также выявило зоны нестабильности. Полученные результаты подтверждают, что индекс условий труда может использоваться как аналитический инструмент для мониторинга условий труда, оценки рисков и выработки адресных мер государственной политики в сфере занятости и социальной защиты.

В условиях санкционного давления преодоление диспропорций в концентрации финансов на региональном и муниципальном уровнях бюджетной системы – одна из задач финансовой безопасности. Вместе с тем до сих пор нет категориально-терминологического единства относительно понятия «финансовая безопасность» в отечественных научных исследованиях и законодательстве в силу его междисциплинарного характера, сложности категории и относительной новизны, зависимости от специфики субъектов безопасности, неопределенности смежных терминов, заинтересованности органов власти и хозяйствующих субъектов прежде всего в практическом аспекте безопасности. Многообразие трактовок понятия приводит к дальнейшему расширению понятийно-категориального аппарата, субъективности методик оценки, недостаточной обоснованности путей обеспечения финансовой безопасности. В статье представлено авторское понимание эволюции концепции финансовой безопасности на примере отечественных исследований. Выделены основные трактовки понятия финансовой безопасности и дана оценка существующей классификации подходов. Предложена собственная систематизация подходов к понятию финансовой безопасности. Показана трансформация концептуальных основ финансовой безопасности.

Современные вызовы экономического развития угледобывающих регионов требуют перехода от реактивного управления к проактивному стратегическому планированию, основанному на адаптации к технологическим изменениям и глобальной рыночной конъюнктуре. Это подразумевает создание долгосрочных сценариев развития, не просто учитывающих историческую специализацию региона, но и трансформирующих ее в систему устойчивых драйверов роста в соответствии с новыми технологическими парадигмами и внешними изменениями. Ключевая задача – синхронизация отраслевых приоритетов с глобальными трендами. В условиях изменения глобальной рыночной конъюнктуры важным аспектом становится адаптация стратегического планирования к новым условиям как с точки зрения инвестиций в инновации, инфраструктуру и человеческий капитал, так и с точки зрения поддержки конкурентных преимуществ отраслей специализации. В статье исследуются структурные проблемы экономики угледобывающих регионов России, обусловленные высокой зависимостью от экспорта сырья, волатильностью доходов и прочими рисками моноотраслевой специализации. На основе анализа данных о добыче, бюджетной устойчивости, проблемах и возможностях регионов выявлены ключевые системные вызовы. Предложены стратегические направления развития региональной экономики, фокусирующиеся на их диверсификации, модернизации инфраструктуры, стимулировании инноваций и развитии несырьевых секторов. Особое внимание уделено методологии стратегического планирования для управления диверсификацией, в частности, применению адаптивных стратегических методов к реализации структурных изменений.

Одним из главных конкурентных преимуществ сельского хозяйства России является его высокая обеспеченность земельными ресурсами, что не исключает необходимости бережного отношения к земле и проведения политики рационального землепользования. В статье показана отрицательная динамика площади сельскохозяйственных земель России за 1990–2023 гг. и в большинстве субъектов Российской Федерации за 2007–2023 гг. Отмечено широкое распространение дефляции почвы и выведение сельскохозяйственных земель из экономического оборота. Предлагается ряд мер по преодолению этих негативных процессов, включая устранение неблагоприятных последствий земельной реформы 1990-х гг., оптимизацию размеров землепользования субъектов хозяйственной деятельности, нормирование использования сельскохозяйственных земель, стимулирование применения минеральных удобрений и почвозащитных технологий.

Предварительные итоги I полугодия 2025 г. свидетельствуют о выраженном снижении темпов роста доходов консолидированных бюджетов субъектов Российской Федерации в условиях затухания экономической активности и усложнения экономической ситуации в ряде ключевых отраслей экономики. Рост собственных доходов региональных бюджетов имеет место на фоне сохраняющегося сокращения безвозмездных поступлений из федерального бюджета. Мероприятия налоговой реформы пока более выраженно сказываются на доходах федерального бюджета, чем на доходах субфедеральных бюджетов. В I полугодии имело место сокращение поступлений налога на прибыль в региональные бюджеты (при росте доходов федерального бюджета от этого налога). Рост доходов бюджета от НДФЛ был более выраженным для федерального, чем для региональных бюджетов. Сохранение опережающего роста расходов региональных бюджетов при незначительном увеличении поступлений доходов приводит к нарастанию дефицитов бюджетов субъектов Российской Федерации и, соответственно, к росту государственного субфедерального долга. Списание части задолженности субъектов Федерации по бюджетным кредитам в I полугодии текущего года не повлияло на тенденцию к росту объема их государственного долга.

Вступление в силу с 1 января 2027 г. норм нового федерального закона о местном самоуправлении, регулирующих компетенцию муниципалитетов, делает актуальным формирование стратегического подхода к распределению полномочий между региональными и местными властями. С учетом этого в статье предпринимается попытка анализа института перераспределения полномочий органов местного самоуправления с позиций его законодательного регулирования и практики применения в регионах. Основное внимание уделено исследованию законов всех субъектов Российской Федерации о перераспределении полномочий. Автор приходит к выводу, что регионы чаще всего перераспределяют в свою пользу полномочия, которые не требуют значительных финансовых затрат, но имеют высокий потенциал властного воздействия на развитие муниципалитетов. Отмечаются риски такого подхода, в т. ч. снижение социальной эффективности местного самоуправления. Результаты исследования подчеркивают необходимость стратегического подхода к определению на региональном уровне сферы компетенции муниципалитетов в целях достижения баланса между операционной и социальной эффективностью местного самоуправления.

В российской статистике присутствует количественная мера оценки результатов интеллектуальной деятельности, однако нет качественной. Эта недостача не позволяет в полной мере оценить истинную продуктивность труда исследователей в федеральных округах. Отсутствие статистических данных об экономической эффективности результатов научных исследований и разработок (ИР) принуждает обратиться к непрямым способам оценки. Сопоставление в статике и динамике затрат на ИР и количественных показателей результативности ИР на уровне федеральных округов и в межстрановом плане позволило обнаружить неочевидные явления: отсутствие положительной корреляции между затратами и результатами ИР; спад изобретательской активности в 2015–2022 гг.; переориентацию ИР на разработку производственных технологий; падение роли низконаукоемких регионов в экспорте технологий при общей активизации торговли технологиями. Истолкование этих явлений дано лишь в первом приближении.

К числу важных, но малоисследованных проблем в отечественной науке и практике относится определение взаимосвязи между процессом инновационного развития российской экономики и динамикой научно-технологического развития экономик субъектов Российской Федерации. В условиях же ориентации отечественной экономики на обеспечение технологического суверенитета важность оценки вклада каждого региона в научно-технологическое развитие страны возрастает многократно. Цель статьи – анализ динамики научно-технологического развития регионов за ряд лет. Он проводился на основе опубликованных на сайте Росстата статистических данных за 2019, 2022 и 2023 гг. Авторами также использовались статистические данные, размещенные на сайте Министерства науки и высшего образования. В основу исследований положен предложенный в предыдущих работах авторский агрегированный индекс. Была обнаружена довольно устойчивая зависимость между структурой экономики и научно-технологическим развитием (НТР). Регионы с более диверсифицированной структурой экономики имеют более высокий индекс НТР. Ожидаемо высокий уровень тесноты связи оказался у доли научной деятельности в регионе и НТР, особенно у подиндекса, отвечающего за финансирование науки.