Статья: ЦЕНТР ПЕРЕГОВОРОВ В ВЕК ПЕРЕГОВОРОВ: ЗАМЕТКИ К ПРОЕКТУ (2023)

Педагогическая антропология, появившаяся в России в XIX веке в трудах Н. И. Пирогова и К. Д. Ушинского, имеет достаточно продолжительную историю своего становления и развития. На протяжении следующего века данный термин исчезал и появлялся снова в трудах теоретиков и практиков отечественной науки. Автор статьи анализирует траекторию развития российской педагогической антропологии как науки в первой четверти XXI века на остове работ отечественных исследователей. Выделяются ее основные особенности и тенденции. Ставится вопрос о путях и перспективах ее дальнейшего развития.

Обсуждается статья экономиста Стивена Хорвица «Сотрудничество вместо принуждения: важность детской игры…» с позиций антропологии современности. Опираясь подспудно на трансдисциплинарный подход, С. Хорвиц проанализировал множество источников из области социальных наук, исследующих проблемы социализации детей и подростков в условиях современности. Он пришел к выводу о важной роли игры без присмотра, или свободной детской игры, для развития навыков успешного социального взаимодействия в современном мире. С. Хорвиц убедительно доказывает, что неконтролируемая и неструктурированная детская игра спонтанно обучает детей социальной саморегуляции, непринужденным способам разрешения конфликтов, налаживанию отношений партнерства и сотрудничества друг с другом. Эти уроки чрезвычайно важны не только для благополучной взрослой жизни и психологической устойчивости перед лицом неопределенности, но и для поддержания культуры здорового демократического общества. Игра в широком смысле слова понимается как свободная деятельность людей, основанная на их взаимном согласии и структурированная правилами, которые создают сами игроки. В свободной детской игре формируются социальные навыки, необходимые для успешных человеческих взаимодействий в реальном мире. Напротив, практики игры под контролем взрослых ослабляют навыки социального взаимодействия, приучая детей ожидать, что взрослые вмешаются в разрешение их споров или станут использовать внешнее принуждение. Между тем именно способность субъектов самостоятельно вырабатывать правила для разрешения потенциальных конфликтов лежит в основе того, как свободные люди создают институциональные практики, снижающие в обществе уровень принуждения и насилия. Такие повседневные практики имеют истоки в детской игре, основаны на взаимном согласии игроков, эмпатии, заботе о чувствах удовлетворенности игрой другого человека и справедливости. КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА Антропология современности, социализация, конфликт, сотрудничество, детские игры, игра без присмотра, свободная игра.

Слова в названии этой статьи принадлежат известному российскому доктору Федору Петровичу Гаазу, подлинному символу доброты, который всей своей жизнью доказал возможность и необходимость творить добро. Однако сегодня происходит обратное - мы с тревогой наблюдаем значительное снижение уровня эмпатии и доброты среди учащихся, студентов и других групп населения на локальном и международном уровнях. Нас также не может не тревожить резко возросшая агрессивность людей в разных уголках планеты, что неизбежно отражается на жизни детей и подростков, приводя к множеству непоправимых трагедий и несчастий. Все это заставило нас переосмыслить свои приоритеты и породило насущную необходимость нового проекта, основанного на одной из наиболее ключевых и объединяющих ценностей, единодушно принятых человечеством. Речь идет о доброте, которую мы все легко различаем, принимаем с самого раннего возраста и высоко ценим в течение всей жизни. Этому был посвящен наш проект, краткое описание которого и составляет содержание статьи.

В статье обосновывается необходимость фиксации особенностей управления событийными пространствами для школьников в условиях кризиса. Перед событийными пространствами стоит гуманитарная задача поддержки школьников в период взросления и кризиса. Это попытка исследования, что сделали эти пространства для того, чтобы устоять на рынке в условиях непрекращающегося кризиса 2020-2022 гг. Целью исследования является фиксация практик, подтверждающая, что в нынешних реалиях существуют особенности управления. За основу исследования взято анкетирование Ассоциации Программных детских лагерей и участников первого Слета программных лагерей, который прошел с 23 по 25 февраля 2022 года в Санкт-Петербурге. В анкетировании приняли участие 10 регионов РФ, 25 организаций, работающие в сфере детского отдыха. Опрос негосударственных программных лагерей выявил уязвимость данных организаций в условиях кризиса. Задачей анкетирования было определение степени влияния эпидемии коронавируса на развитие бизнеса негосударственных образовательных компаний. Вопросы, которые были заданы предпринимателям в дополнительном образовании: как изменился спектр услуг, оказываемых школьникам и их родителям, какие управленческие действия привели к устойчивости и сохранению компаний, каким образом трансформировалась команда, какие управленческие навыки были приобретены в процессе прохождения кризиса. Мы видим, что на данный момент не собраны в достаточном количестве материалы по исследованиям на тему устойчивости событийных пространств, в частности программных лагерей, в период пандемии. Мы не обнаружили исследований на тему устойчивости подобных организаций. И этот вопрос требует дополнительного изучения.

Статья отражает результаты исследования подходов к реализации рефлексивных практик в России и за рубежом с целью подтверждения или опровержения гипотезы о том, что наблюдаемая неготовность учителей к проведению рефлексии с учениками в общем образовании, равно как и сопротивление со стороны учеников/студентов, носит системный характер, а также с целью найти основания наблюдаемого явления. Проведенные поисковые исследования позволили обобщить подходы к реализации рефлексивных практик для последующей разработки авторских методических рекомендаций, минимизирующих психологические барьеры участников рефлексии. Показано, что общепринятое понятие «рефлексии» в различных научных и методологических школах отсутствует. Для обсуждения практических аспектов реализации рефлексивных практик показаны наиболее значимые, по мнению авторов, модели рефлексии. Исследование выявило различия в понимании и реализации рефлексии и рефлексивных практик в России и за рубежом. В частности, в англоязычном поле рефлексия воспринимается более широко (в том числе для анализа эмоциональной реакции на событие), в России понятие «рефлексия» воспринимается более жестко и оспаривается, что считать «рефлексией», а что нет.

Работа посвящена генезису концепции человеческого потенциала в экономической науке. Показано, как современная экономика пришла к понятию человеческого потенциала и родственному ему понятию человеческого развития в современной трактовке. Рассмотрено, как благодаря работам нобелевского лауреата Амартия Сена экономика перешла от теории полезности к теории возможностей человека. Понимание человеческого потенциала в контексте возможностей долгое время оставалось доминирующим и сегодня считается классическим. Однако начиная с середины 2000-х гг. благодаря работам другого нобелевского лауреата Джеймса Хекмана человеческий потенциал начали связывать с развитием «внутренних способностей» человека, с активизацией деятельностных аспектов его личности, агентности и самостоятельности. В данной работе также проводятся различия между такими важными для экономики понятиями, как благополучие, счастье, возможности и способности.

В работе рассматривается понятие личностного потенциала (ЛП), введенное автором для обозначения системы психологических характеристик личности, значимых для успешного решения жизненных задач. Личностный потенциал как стержень личности есть то в ней, благодаря чему она способна функционировать как автономный субъект, не следуя исключительно внутренним импульсам или давлению внешней среды, прокладывать свой непрямой путь в изменчивом мире, руководствуясь своими целями и смыслами. Личностный потенциал осмысляется в данном подходе как потенциал саморегуляции. Сутью саморегуляции как общего объяснительного принципа активности живых и квазиживых систем является то, что действия субъекта на пути к цели заранее не заданы и не запрограммированы в деталях, но непрерывно корректируются под влиянием обратных связей, которые он получает, информации о том, приближается ли он к желаемому или удаляется от него. Таким образом, ЛП включает в себя те личностные особенности, благодаря которым субъект может успешно осуществлять функции саморегуляции. ЛП также понимается как системная организация психологических ресурсов личности, от которой определяющим образом зависит, будет ли сам субъект бенефициаром собственных ресурсов человеческого потенциала, сможет ли он поставить их на службу собственным автономным мотивам и целеполаганию, прокладывая самостоятельную траекторию в изменчивом окружении, или же окажется инертным исполнителем неконтролируемых импульсов, чужой воли и давления внешних обстоятельств. Человек как носитель личностного потенциала распоряжается собой как носителем ресурсов или как элементом человеческого капитала. К трем основным подструктурам и функциям ЛП относятся самоопределение (ориентировка в ситуации неопределенности, взвешивание альтернатив и выбор целей и приоритетов), достижение (прокладывание оптимального пути к цели на основе имеющихся ресурсов) и сохранение (уклонение и защита от внешних угроз и давлений, стремящихся нарушить планы субъекта, вынудить его к изменениям).

Цель настоящей работы - проанализировать закономерности интереса к вопросу единства предмета психологии, чтобы на его материале порассуждать о том, существуют ли такие его имманентные свойства, развивая логику которых, можно было бы составить чертеж психологии и человека будущего. Отметим, что настоящая работа не претендует на жанр строгой научной статьи или тем более обзора, а выполняет более скромную роль творческого этапа «мозгового штурма» по проблемам организации современной психологии и основ футурологических размышлений. С этим связана и большая метафоричность, применяемая в этом жанре намеренно. Однозначно, все изложенные здесь идеи потребуют и второго этапа - критического.

Цель настоящей работы - проанализировать закономерности интереса к вопросу единства предмета психологии, чтобы на его материале порассуждать о том, существуют ли такие его имманентные свойства, развивая логику которых, можно было бы составить чертеж психологии и человека будущего. Отметим, что настоящая работа не претендует на жанр строгой научной статьи или тем более обзора, а выполняет более скромную роль творческого этапа «мозгового штурма» по проблемам организации современной психологии и основ футурологических размышлений. С этим связана и большая метафоричность, применяемая в этом жанре намеренно. Однозначно, все изложенные здесь идеи потребуют и второго этапа - критического.